Мне было 15 лет. Переломная дата. Я помню не все, но то, что помню до сих пор вызывает дрожь…
Добавить в моё избранное
1 мин, 48 сек 7921
Я поднимался вверх по дороге от автобусной остановки к дому. Был вечер — уже стемнело. По левую руку от меня простирался гаражный кооператив, по правую — кривые ветви деревьев. Это была середина осени. Резкие порывы ветра кружили сухие листья вызывая тем самым шелест, похожий на хруст сухариков под зубами. Именно из-за этого хруста я сразу же услышал приближающиеся шаги. Обернувшись, я встретился глазами с женщиной. По ее щекам текли слезы, руки судорожно вцепились в подол рваного платья. Ужас и горе, написанные на ее лице пронзили мою душу.
— Что случилось? Вам помочь? — мой голос дрожал.
Она не ответила. Лишь вгляделась в мои глаза внимательней, а затем побежала в темноту между гаражами.
— Постойте! Что случилось?— я пошел следом выкрикивая предложения о помощи. Настолько меня поразил страх на ее лице… Я побежал следом. Тень гаражей накрыла нас. Минут пять я слышал только шорох листвы под нашими ногами. За гаражами начинался небольшой лесок и мы выбежали под деревья. Женщина бежала впереди спотыкаясь о корни, но не падая; мне же пару раз пришлось наткнуться на сухие ветви деревьев.
Впереди показался свет. Он лился из небольшого раскола в земле. Сверху была насыпь и пару валунов. Я часто бывал в этом лесу будучи маленьким мальчиком, но видеть эту расщелину мне не приходилось. Женщина нырнула внутрь. Я побрел за ней. То, что я там увидел преследует меня до сих пор во снах.
Под потолком болтались крючья. Большинство из них были заполнены — человеческие тела свисали с них наподобие коровьих туш на скотобойне. Некоторые были еще живы, другие вяло обвисли на своих подпорках. С двоих была снята кожа — тела, вывернутые наизнанку словно тушки кроликов истекали кровью, мышцы местами были порваны или же срезаны и обнажали ряд ребер. На земле стояли огромные котлы с непонятным мне кипящим варевом. По стенам плясали тени от колышущихся языков пламени. И среди этих теней были и человеческие. Их обладатели должны были вот-вот появиться. Их тени — это последнее, что я помню.
Меня нашли в лесу на поляне. Я лежал без сознания с исцарапанным лицом, но без каких-либо других увечий. Опрашивая потом людей, нашедших меня, я точно убедился, где именно они меня обнаружили. Вернувшись туда вновь — днем и с друзьями — я обыскал каждый метр почвы. Никаких валунов, никаких расщелин…
— Что случилось? Вам помочь? — мой голос дрожал.
Она не ответила. Лишь вгляделась в мои глаза внимательней, а затем побежала в темноту между гаражами.
— Постойте! Что случилось?— я пошел следом выкрикивая предложения о помощи. Настолько меня поразил страх на ее лице… Я побежал следом. Тень гаражей накрыла нас. Минут пять я слышал только шорох листвы под нашими ногами. За гаражами начинался небольшой лесок и мы выбежали под деревья. Женщина бежала впереди спотыкаясь о корни, но не падая; мне же пару раз пришлось наткнуться на сухие ветви деревьев.
Впереди показался свет. Он лился из небольшого раскола в земле. Сверху была насыпь и пару валунов. Я часто бывал в этом лесу будучи маленьким мальчиком, но видеть эту расщелину мне не приходилось. Женщина нырнула внутрь. Я побрел за ней. То, что я там увидел преследует меня до сих пор во снах.
Под потолком болтались крючья. Большинство из них были заполнены — человеческие тела свисали с них наподобие коровьих туш на скотобойне. Некоторые были еще живы, другие вяло обвисли на своих подпорках. С двоих была снята кожа — тела, вывернутые наизнанку словно тушки кроликов истекали кровью, мышцы местами были порваны или же срезаны и обнажали ряд ребер. На земле стояли огромные котлы с непонятным мне кипящим варевом. По стенам плясали тени от колышущихся языков пламени. И среди этих теней были и человеческие. Их обладатели должны были вот-вот появиться. Их тени — это последнее, что я помню.
Меня нашли в лесу на поляне. Я лежал без сознания с исцарапанным лицом, но без каких-либо других увечий. Опрашивая потом людей, нашедших меня, я точно убедился, где именно они меня обнаружили. Вернувшись туда вновь — днем и с друзьями — я обыскал каждый метр почвы. Никаких валунов, никаких расщелин…
