Мне уже достаточно много лет, но именно сейчас решил рассказать о случае, который произошёл со мной в конце восьмидесятых годов прошлого века. Тогда ещё существовал Советский Союз, и билеты на курорты страны распространял профсоюз каждого предприятия совершенно бесплатно.
Добавить в моё избранное
3 мин, 58 сек 19975
Вот и получил «горящую» осеннюю путёвку на один из курортов Черноморского побережья. Мне было уже под тридцать, но семьи тогда не имел. Даже радовался, что на всю катушку могу загулять с девушками, не опасаясь за последствия. Да и товарищ по вагону достался наш, заводской, Витька Карнаухов из ремонтного цеха.
— Ну что, брат, — радостно потирал руки Витька, усаживаясь рядом со мной, — отдохнём!
— Ещё как! — поддакивая я ему.
Соседи были пожилые, поэтому нам они были неинтересны.
— До отправления минут пятнадцать, может, за пивком сбегать? — предложил Карнаухов.
— Давай! — согласился я.
Витька убежал, а мне стало скучно. Чтобы скоротать время, вышел из вагона на перрон и достал сигарету.
— Угостишь? — кто-то спросил сзади. Я оглянулся и увидел парня лет двадцати пяти. Ему очень шла железнодорожная форма. Подтянутый, в чистой белой рубашке и наглаженных брюках он был похож на военного.
— Конечно, угощу! — я достал сигарету и протянул незнакомцу.
Он закурил и посмотрел на меня:
— В отпуск?
— Да, на Чёрное море! А ты проводник?
— Вроде того! — парень улыбнулся, — С пятнадцатого вагона.
— Интересная у тебя работа! — чтобы как-то продолжить разговор вставил я.
— Да, города, люди… — Постоянно в разъездах?
— То к одному составу прицепимся, то к другому. И так всегда.
— Прицепимся? — не понял я.
— Прицепят, конечно! — поправился парень, — Кстати, меня Андреем зовут. А фамилия Туманов.
Я назвал своё имя и добавил:
— Впереди два дня пути, увидимся! — и протянул ему руку.
Потом Андрей пошёл в конец состава, видимо, к своему вагону, а я, увидев Витьку с пивом, зашагал навстречу.
Мы пили пиво и смотрели в окно. Даже когда стемнело, и соседи-старики улеглись спать, мы шёпотом продолжали мечтать о том, какой же у нас впереди замечательный отпуск, и какие девчата ждут нас на берегу самого синего моря в мире!
Потом Витька полез на свою полку и, пожелав мне спокойной ночи, быстро уснул. А мне не спалось. В вагоне было тихо, лишь изредка доносилось детское бормотание да храп какого-то пассажира. Я вспомнил про Андрея. Посмотрев на часы, решил прогуляться до пятнадцатого вагона: вдруг не спит, а дежурит? Для чего пошёл, я теперь и сам не знаю. Тем более, наш вагон был девятым, а, значит, совсем рядом.
В пятнадцатом вагоне пахло очень странно, и запах был непривычным. Возникло какое-то беспокойство, но тогда я не придал этому значения. Меня поразило другое — никто не спал! Я смотрел на пассажиров, и становилось не по себе. При тусклом освещении пассажиры сидели на своих местах. Никто не ходил, не шелестел бумагой. Все сидели и просто смотрели друг на друга. И ещё… Все они были преклонного возраста, старики и старушки.
Пройдя по вагону, я ввалился в купе проводников. Андрей не спал, а тоже смотрел в окно. Увидев меня, сразу засуетился:
— Ты здесь откуда?
— Да вот, в гости решил… — Ночью? Ну, садись, коли пришёл. Не спится?
— Не спится, — кивнул я головой.
— Чай будешь? — спросил Андрей, — только… холодный. Титан, понимаешь, не работает.
Если честно, чаю мне не хотелось, и махнул: не надо, мол!
Я ругал себя за то, что пришёл незвано, да ещё в такой час. Андрей молчал и покачивался в такт вагона, сложив на коленях руки.
— Ты куда своих везёшь, в дом престарелых? — чтобы как-то разрядить обстановку, пытался пошутить я.
— Им этого не надо, они в другое место едут!
Андрей вдруг встал со своего места и открыл дверь:
— Ты уж извини, друг, давай завтра! И поговорим, и сообразим что-нибудь!
Поезд заскрипел тормозами и остановился. Какая-то станция. Я попросил Андрея выпустить меня на перрон: было просто неуютно идти мимо странных пассажиров. Едва я коснулся земли, дверь странного вагона захлопнулась.
Всё верно: табличка под номером пятнадцать, только вагон какой-то весь потёртый и облезлый, как — будто не красился много лет. Недаром там такой запах стоит, как на кладбище! Я содрогнулся от этого сравнения и поспешил в свой девятый.
Утром попытался узнать об Андрее Туманове из пятнадцатого вагона, только наша проводница очень странно смотрела мне в глаза и уверяла, что никакого Андрея с такой фамилией в их бригаде нет. А окончательно добил меня бригадир, который констатировал, что и пятнадцатого вагона нет в составе, поскольку четырнадцатый — последний.
— Как же… — пытался поспорить я, — лично видел… — Ошиблись, молодой человек! — завершил разговор бригадир и поспешил по своим делам.
— Бывает! — хихикнула проводница.
— Знакомишься?! — хлопнул по плечу Витька. Видимо, мой разговор с проводницей он принял за ухаживания, и я не стал его разочаровывать. Рассказывать о своём ночном бреде ему не хотелось.
— Ну что, брат, — радостно потирал руки Витька, усаживаясь рядом со мной, — отдохнём!
— Ещё как! — поддакивая я ему.
Соседи были пожилые, поэтому нам они были неинтересны.
— До отправления минут пятнадцать, может, за пивком сбегать? — предложил Карнаухов.
— Давай! — согласился я.
Витька убежал, а мне стало скучно. Чтобы скоротать время, вышел из вагона на перрон и достал сигарету.
— Угостишь? — кто-то спросил сзади. Я оглянулся и увидел парня лет двадцати пяти. Ему очень шла железнодорожная форма. Подтянутый, в чистой белой рубашке и наглаженных брюках он был похож на военного.
— Конечно, угощу! — я достал сигарету и протянул незнакомцу.
Он закурил и посмотрел на меня:
— В отпуск?
— Да, на Чёрное море! А ты проводник?
— Вроде того! — парень улыбнулся, — С пятнадцатого вагона.
— Интересная у тебя работа! — чтобы как-то продолжить разговор вставил я.
— Да, города, люди… — Постоянно в разъездах?
— То к одному составу прицепимся, то к другому. И так всегда.
— Прицепимся? — не понял я.
— Прицепят, конечно! — поправился парень, — Кстати, меня Андреем зовут. А фамилия Туманов.
Я назвал своё имя и добавил:
— Впереди два дня пути, увидимся! — и протянул ему руку.
Потом Андрей пошёл в конец состава, видимо, к своему вагону, а я, увидев Витьку с пивом, зашагал навстречу.
Мы пили пиво и смотрели в окно. Даже когда стемнело, и соседи-старики улеглись спать, мы шёпотом продолжали мечтать о том, какой же у нас впереди замечательный отпуск, и какие девчата ждут нас на берегу самого синего моря в мире!
Потом Витька полез на свою полку и, пожелав мне спокойной ночи, быстро уснул. А мне не спалось. В вагоне было тихо, лишь изредка доносилось детское бормотание да храп какого-то пассажира. Я вспомнил про Андрея. Посмотрев на часы, решил прогуляться до пятнадцатого вагона: вдруг не спит, а дежурит? Для чего пошёл, я теперь и сам не знаю. Тем более, наш вагон был девятым, а, значит, совсем рядом.
В пятнадцатом вагоне пахло очень странно, и запах был непривычным. Возникло какое-то беспокойство, но тогда я не придал этому значения. Меня поразило другое — никто не спал! Я смотрел на пассажиров, и становилось не по себе. При тусклом освещении пассажиры сидели на своих местах. Никто не ходил, не шелестел бумагой. Все сидели и просто смотрели друг на друга. И ещё… Все они были преклонного возраста, старики и старушки.
Пройдя по вагону, я ввалился в купе проводников. Андрей не спал, а тоже смотрел в окно. Увидев меня, сразу засуетился:
— Ты здесь откуда?
— Да вот, в гости решил… — Ночью? Ну, садись, коли пришёл. Не спится?
— Не спится, — кивнул я головой.
— Чай будешь? — спросил Андрей, — только… холодный. Титан, понимаешь, не работает.
Если честно, чаю мне не хотелось, и махнул: не надо, мол!
Я ругал себя за то, что пришёл незвано, да ещё в такой час. Андрей молчал и покачивался в такт вагона, сложив на коленях руки.
— Ты куда своих везёшь, в дом престарелых? — чтобы как-то разрядить обстановку, пытался пошутить я.
— Им этого не надо, они в другое место едут!
Андрей вдруг встал со своего места и открыл дверь:
— Ты уж извини, друг, давай завтра! И поговорим, и сообразим что-нибудь!
Поезд заскрипел тормозами и остановился. Какая-то станция. Я попросил Андрея выпустить меня на перрон: было просто неуютно идти мимо странных пассажиров. Едва я коснулся земли, дверь странного вагона захлопнулась.
Всё верно: табличка под номером пятнадцать, только вагон какой-то весь потёртый и облезлый, как — будто не красился много лет. Недаром там такой запах стоит, как на кладбище! Я содрогнулся от этого сравнения и поспешил в свой девятый.
Утром попытался узнать об Андрее Туманове из пятнадцатого вагона, только наша проводница очень странно смотрела мне в глаза и уверяла, что никакого Андрея с такой фамилией в их бригаде нет. А окончательно добил меня бригадир, который констатировал, что и пятнадцатого вагона нет в составе, поскольку четырнадцатый — последний.
— Как же… — пытался поспорить я, — лично видел… — Ошиблись, молодой человек! — завершил разговор бригадир и поспешил по своим делам.
— Бывает! — хихикнула проводница.
— Знакомишься?! — хлопнул по плечу Витька. Видимо, мой разговор с проводницей он принял за ухаживания, и я не стал его разочаровывать. Рассказывать о своём ночном бреде ему не хотелось.
Страница 1 из 2
