Имплант

— Сижу тут, ем плов — рис промыт, костей в мясе нет — и вдруг… зуб ломается, да ещё клык глазной.

А у меня проблем с зубами никогда не было, пломбы-то нет ни одной… — Идём к заведующей, она тебе новый вылепит, конечно, не «за просто так».

Послушалась, и… зуб появился моментально, будто сам вырос в моём рту, не отличаясь от остальных. И денег жалеть я не стала. Но… не прошло и полгода, как он отвалился.

Больше не стала обращаться к подружке за советом. Выбрала себе Изю Львовича, новенького дантиста из Москвы, и смело легла в кресло. Он оказался приятным мужчиной, но с крупноватыми для стоматолога руками. Врач обезболил мне десну и я, ничего не чувствуя, перенесла процедуру легко и без страха, слабо ощущая движение его пальцев во рту. Неизвестно, как они только влезали туда. Сделала рентген, и Изя вживил имплант, сделав мне новый зуб.

— Больше у вас проблем не будет, не волнуйтесь, а если появится боль, выпейте таблеточку обезболивающую, — сказал он и улыбнулся. Его улыбка мне показалась необычной и даже странной.

— У вас сейчас небольшая отечность на щеке, но она быстро пройдет, а синячок рассосётся.

Я отблагодарила врача, но когда глянула в зеркало, ужаснулась — на меня смотрела молодая женщина с синим фингалом под глазом и некрасиво опухшей щекой. Сдуру — «хватило ума» позвонить мужу и сказать, что я в поликлинике, рядом с его гаражом. Он быстро зашел за мной, и я увидела испуг в его глазах:

— И как прикажешь теперь идти рядом с тобой?

Встречные люди смотрели на него осуждающе, а одна бабуля остановилась и с гневом произнесла:

— А с виду такой приличный человек! Шляпу одел, а руки распускаешь.

На другой день ко мне в гости пришла мама и взмахнула руками:

— За что он тебя так? Вроде всегда так дружно жили… — Мама, ну что за глупости? Не будь, как все… имплант я поставила, завтра всё пройдет.

Она не поверила и, покачивая головой, тихо пробормотала под нос:

— И шо за иплант? Где зуб, а где глаз… Да чего уж там — красоту ничем не испортишь — видная я. Когда мы с мужем шли, мужики всегда оглядывались, нервируя его. И кто знает, что у них было в головах на этот раз — за что я этот фингал заработала.

Но… мне перестали сниться сны. А я в них жила своей жизнью, гораздо интересней и насыщенней, чем эта. И вот… всё прекратилось.

Природа с болью отвергала чужое в моём организме — пришлось пить обезболивающие таблетки. Вскоре неприятность закончилась, синяк и опухоль сошли, видимо — это нормально. Не зря же говорится — красота требует жертв.

Но мои сны не возвращались, и писать стало не о чем, ведь я из них черпала свои сюжеты. Сны мои были многосерийные, иногда предсказательные и сбывающиеся. Теперь я лишилась этого удовольствия. Кто говорил, что я устала, или весенний авитаминоз, но мне от этого не было легче.

Раньше, чтобы их увидеть, я специально не смотрела телевизор на ночь, мои-то сны… куда красочнее были. Даже ужастики попадались, но больше — фэнтези, а то и эротика, от которой я просыпалась счастливой. Однажды «ужастик» меня даже испугал. Мне приснилось, будто я охотница, выследив и безжалостно прикончив, мужчину-жертву, разделала его, как тушку зверя. Когда проснулась, пришла в ужас — никогда не подозревала в себе таких наклонностей — я любила мужчин. А тут такое вытворила.

Подруга сказала:

— Не переживай, может, ты была в прошлом киллером или патологоанатомом.

Но всё это ерунда, по сравнению с тем, что я стала писать. Заинтересовалась политикой, еврейским вопросом. Мои статьи стали такой направленности, что от меня даже в блоге многие отвернулись, особенно евреи. Я будто бы получила «прогу» о сионизме. И мне пришла в голову мысль:

— Изя Львович вживил мне коварный имплант, который стал работать «наоборот», не по той программе. Я всегда была мирной писакой, меня никогда не волновали эти вопросы.

А тут, как наваждение. И говорить-то больше ни о чем не могла.

Муж сказал:

— Ты себе могилу роешь, оставь эту тему. Достаточно одно слово написать — ЕВРЕЙ — какая буча поднимается. И антисемиткой станешь, и последней бякой. Ты посмотри, что у тебя творится — дальше первых абзацев тебя никто не читает. О чём ты пишешь — народ не интересует, сразу начинается скандал. На сегодня ты осталась одна.

В моей голове возникали воспоминания детства, как маму обзывали еврейкой. А дед попрекал бабушку, что дочь не от него, а от соседа-Соломона. На работе у мамы были друзья евреи, она дружила с ними.

Самое интересное, что мне это было всегда фиолетово, а тут засело в голове и заставляло писать и писать. Толкнула я снова в журнале тему идей и течений, что придумали Каганы. Умными показались, хитрыми и догадливыми, всё предвидели, просчитали все ходы, предложили новые варианты. Особенно мне понравилась фраза:

— «чем сильнее противник, тем глубже надо вдумываться, тем сильнее будут те, кто его победит».