Возвращение

Он пришел к фантастической идее — запомнить очертания проплывающего ландшафта, чтобы затем его опознать при повторении.

Он даже постарался выделить какие-то знаковые участки, например одно из пятен напоминало равносторонний треугольник, другое четко очерченный овал.

— Если я опять буду над ними, то замечу, — решил он и принялся выискивать другие достопримечательности.

— Глупое занятие, сколько лечу? А сколько еще лететь и где гарантия, что буду пролетать именно в этом месте, если вообще сделаю полный оборот?

Вновь его земное рациональное мышление взяло верх.

— Надо придумать время в течение которого я буду парить над планетой, ведь не может же это продолжаться вечно.

— Хотя сколько продолжался его полет в земном измерении он не знал. И чтобы получить хоть какую-то привязку к длительности решил досчитать до тысячи.

— Потом я возьмусь за рычаг и…, — что он будет с ним делать и куда направит пока оставалось для него загадкой.

Неосознанно почувствовались какие-то изменения. Александр напрягся и стал пристальнее всматриваться в планету.

— Ага, — он заметил что серые и черные ландшафты стали проплывать несколько быстрее.

— Значит скорость увеличилась, ну и…?

Он оторвал взгляд от планеты и понял что мелькавшие огоньки звезд превратились в сплошные световые линии.

— Ого, ничего себе…, вот это скорость, может стоит что-то предпринять?

Александр вновь вернулся к планете. На его глазах проплывающая поверхность планеты замелькала.

— Ого! — он повернулся в сторону звезд и увидел как множество световых полосок слились в один сплошной белесый туман.

— Чем все это закончится? — подумал он с волнением.

Когда его взгляд в очередной раз упал на планету, то его удивлению не было предела, то что неслось с большой скоростью, сейчас просто превратилось в одну темно серую однородность.

— Ого! — вновь произнес он и замер в нерешительности.

— Что же будет дальше?

Перегрузки, или что там должно было быть, отсутствовали, его перестало прижимать к креслу.

— Почему при ускорении пропали перегрузки, — он вспоминал университетский курс физики.

— Что же делать? Я собирался считать до тысячи…, — вспомнил он и усмехнулся.

— Есть ли предел для этой капсулы? Есть ли скорость, после которой она рассыплется? — терзался он сомнениями.

— Хотя зачем, зачем мне все это, я же умер, боюсь умереть и в этом мире? Ладно, судя по туману с двух сторон — со стороны звезд более светлый — я уже лечу со скоростью неизвестной людям. И она все увеличивается и предела ее не существует! Конечно, не существует! Как нет ограничений в бесконечности и вечности, так нет ограничений и в цифре скорости! — осенило его вдруг и он прочувствовал это настолько ярко, что по его живому или мертвому телу пробежал озноб.

— Вот это да! Вот они наши законы, никуда не годятся, мы даже не могли представить, что есть скорости выше скорости света!

Откуда была у него уверенность, что сейчас его скорость больше допустимой земными учебниками, он не знал, но почему-то твердо был в этом уверен.

— Даже от луны до земли свет летит более секунды, а то, как быстро проносятся мимо звезды, говорит о скорости во много раз большей, — объяснял он себе.

Теперь кое-что его стало настораживать, а именно высота над планетой, как теперь понять приближается он к ней или нет? Ведь эта серая дымка не давала никакой возможности понять высоту. А если так, то не следовало ли от греха подальше направить аппарат в открытый космос?

— Что толку тут кружить? А как же отдаться на волю абсолюта? Ведь оказался я здесь именно потому что не препятствовал и не вмешивался в полет. Так может пусть будет что будет?

Он постарался расслабиться и откинулся на кресло. В конце концов, что он тут может потерять или обрести? Слишком мало знаний для хоть какой-то ориентации.

— Возможно, мое духовное развитие не дает мне шансов на большее?

Ему вдруг отчетливо представилось, как духовный прогресс на земле отображается пониманием тут.

— Например, буддистский монах, наверное, знал бы что ему делать сейчас… Александр был лишен всяких ориентиров, за его кабинкой все было в серой дымке.

— Сейчас я возьмусь за управление, — твердо решил он.

— А как же досчитать до тысячи? Ладно, только на этот раз до ста.

— Один, два, три…, — стал он произносить вслух. Теперь, когда взгляду некуда было упасть кроме как на рычаг и свое тело, он пустился в воспоминания. Как там дома его жена и ребенок, наверное плачут над его телом, сколько ж времени прошло с его кончины? Может он уже давно погребен и на его могиле колышутся цветы? — Кто может знать о том, что здесь происходит? Я совершенно один, один в бескрайней вселенной, мотаюсь вокруг какой-то планеты! Где я? куда лететь?