Когда на Северную Дакоту опускается ночь и почерневшее небо серебрится мириадами звезд, все вокруг меняется и мир начинает словно жить другой жизнью-полной призрачных теней и таинственных звуков.
Добавить в моё избранное
24 мин, 57 сек 16681
Желто-белый диск луны блуждает среди мерцающих звезд и неяркий свет этого «ночного странника» отражается от снежного покрова бескрайних степей и замерзших озер этого казалось бы дикого нетронутого уголка вселенной.
Асфальт черным ковром стелится среди снежных равнин, словно приглашая прогуляться самого дьявола в этом ночном мире.
Все вокруг замерло в ожидании чего-то, что обязательно должно произойти, в определенное время и в определенном месте дикого уснувшего края.
В свете полной луны, на растрескавшийся от морозов асфальт легла неясная тень и тут же замерла. Вскоре тень пошевелилась и чуть сместилась к центру дороги вновь замерев словно вслушиваясь в тишину.
Молодая самка оленя выгнула шею и кончики ее ушей задрожали в попытке определить источник странного и непонятного шума доносившегося издали. Зима выдалась на редкость морозная, и смерзшийся снег не давал возможность добывать достаточно пропитания себе и новорожденному олененку прятавшемуся неподалеку в колючих зарослях. Самка слышала все наростающий шум, но ее инстинкты были слепы к неясной неопределимой угрозе. Вскоре мощный свет мчащегося грузовика осветил ту часть дороги, где замерла оленица пытаясь определить стоит прятаться или нет. Две ярких фары слепили животного, и оно словно зачарованное бесстрастно глядело в глаза приближающейся смерти.
Мощный удар отбросил самку на двадцать метров, и она перевернувшись в воздухе рухнула на обледеневшую обочину. Оленица быстро вскочила на ноги и бросилась к лесу волоча за собой дымящиеся на морозе внутренности. Но уже через секунду ноги ее подкосились и она свалилась замертво не издав ни звука.
Зеленые и красные цифры видны были за два километра и выглядели как размазанные пятна света. Различить их было возможно не более чем с пятисот метров.
Гарри сбросил скорость и включил поворотник.
— Что за чертовщина! — Выругался он осипшим от курения голосом, и с силой шмякнул ладонью по рулевому колесу.
— Что ни день, то цена на дизель вверх скачет. Куда смотрят эти ублюдки из профсоюзов? Даром что дыры в штанах просиживают. Все надоело. Продам тягач и к черту на ферму уеду. Буду свиней разводить-все лучше чем своим задом зарабатывать на жизнь.
Продолжая ругаться и разбрызгивать слюну по салону собственного тягача, Гарри въехал на заправочную станцию и остановился у дизельного насоса поближе к входу на тракстоп чтобы не бегать по чем зря по морозу. А мороз стоял тот еще. Бортовой компьютер светился дигитальным экраном на котором красовались зеленые злобные цыфры: -31с. Но любому было ясно, что из-за сильного ветра температура ощущается на все 40с а то и больше.
Гарри натянул на себя меховую куртку, надвинул на уши вязанную шапку и нехотя выполз на улицу.
— Номер тягача? -Спросила очень упитанная заправщица, у которой на груди необъятных размеров, затерялась табличка с надписью: «Менеджер» — Сто восемь, -буркнул Гарри и протянул менеджеру свою карточку по которой ему заливали солярку.
— Водительский код? -Продолжала спрашивать женщина одновременно снимая с карточки данные.
— Такой же… — Какой такой же? -Удивленно выпучив глаза переспросила полная леди, искренне не понимая о чем идет речь.
— Сто восемь… Какой еще? -Снова просипел Гарри теряя терпение.
— Километраж?
— Напишите все нули… — Как это все нули? Мне необходимо заполнить графы. Вы что же не знаете километраж вашего грузовика?
— Ок. Напишите один миллион. Так вас устроит?
— Миллион… это много, -задумчиво проговорила дама и ее рука зависла над клавиатурой… — А это сколько нулей? -Ничуть не смутившись спросила менеджер.
Гарри стянул с себя шапку и тихо выматерился. Он искоса взглянул на женщину, вытер вспотевший лоб и пробормотал:
— Шесть, красавица, шесть нулей… Солярка текла медленно и походила больше на машинное масло а не на топливо. Гарри на собственном опыте знал, что в такой мороз солярка может замерзнуть и тогда вызывай техпомощь.
Но в Северной Дакоте в дизель добавляли специалные жидкости для предотвращения загустения, хотя иногда и этого было недостаточно.
Наконец баки были заполненны до отказа и Гарри вернулся на трак-стоп, чтобы получить квитанцию и заодно прикупить кое-чего из еды.
Когда он выходил сжимая в одной руке полулитровый пластиковый стакан с кофе, а в другой кулек с продуктами, к нему резво шмыгнула молоденькая девчушка, лет двадцати в черной вязанной шапочке и в огромных круглых очках.
— Вы в какую сторону едете? -Жалобно проскулила она и вопросительно уставилась на дальнобойщика.
— Гран Форкс в Северной Дакоте. Еду через Фарго по девяносто четвертой, но без остановок — мне завтра надо успеть разгрузиться.
Девчушка аж запрыгала от радости:
— Так мне же как раз туда. А я уже всякую надежду потеряла-никто не берет, говорят страховки на лишнего пассажира нет.
Асфальт черным ковром стелится среди снежных равнин, словно приглашая прогуляться самого дьявола в этом ночном мире.
Все вокруг замерло в ожидании чего-то, что обязательно должно произойти, в определенное время и в определенном месте дикого уснувшего края.
В свете полной луны, на растрескавшийся от морозов асфальт легла неясная тень и тут же замерла. Вскоре тень пошевелилась и чуть сместилась к центру дороги вновь замерев словно вслушиваясь в тишину.
Молодая самка оленя выгнула шею и кончики ее ушей задрожали в попытке определить источник странного и непонятного шума доносившегося издали. Зима выдалась на редкость морозная, и смерзшийся снег не давал возможность добывать достаточно пропитания себе и новорожденному олененку прятавшемуся неподалеку в колючих зарослях. Самка слышала все наростающий шум, но ее инстинкты были слепы к неясной неопределимой угрозе. Вскоре мощный свет мчащегося грузовика осветил ту часть дороги, где замерла оленица пытаясь определить стоит прятаться или нет. Две ярких фары слепили животного, и оно словно зачарованное бесстрастно глядело в глаза приближающейся смерти.
Мощный удар отбросил самку на двадцать метров, и она перевернувшись в воздухе рухнула на обледеневшую обочину. Оленица быстро вскочила на ноги и бросилась к лесу волоча за собой дымящиеся на морозе внутренности. Но уже через секунду ноги ее подкосились и она свалилась замертво не издав ни звука.
Зеленые и красные цифры видны были за два километра и выглядели как размазанные пятна света. Различить их было возможно не более чем с пятисот метров.
Гарри сбросил скорость и включил поворотник.
— Что за чертовщина! — Выругался он осипшим от курения голосом, и с силой шмякнул ладонью по рулевому колесу.
— Что ни день, то цена на дизель вверх скачет. Куда смотрят эти ублюдки из профсоюзов? Даром что дыры в штанах просиживают. Все надоело. Продам тягач и к черту на ферму уеду. Буду свиней разводить-все лучше чем своим задом зарабатывать на жизнь.
Продолжая ругаться и разбрызгивать слюну по салону собственного тягача, Гарри въехал на заправочную станцию и остановился у дизельного насоса поближе к входу на тракстоп чтобы не бегать по чем зря по морозу. А мороз стоял тот еще. Бортовой компьютер светился дигитальным экраном на котором красовались зеленые злобные цыфры: -31с. Но любому было ясно, что из-за сильного ветра температура ощущается на все 40с а то и больше.
Гарри натянул на себя меховую куртку, надвинул на уши вязанную шапку и нехотя выполз на улицу.
— Номер тягача? -Спросила очень упитанная заправщица, у которой на груди необъятных размеров, затерялась табличка с надписью: «Менеджер» — Сто восемь, -буркнул Гарри и протянул менеджеру свою карточку по которой ему заливали солярку.
— Водительский код? -Продолжала спрашивать женщина одновременно снимая с карточки данные.
— Такой же… — Какой такой же? -Удивленно выпучив глаза переспросила полная леди, искренне не понимая о чем идет речь.
— Сто восемь… Какой еще? -Снова просипел Гарри теряя терпение.
— Километраж?
— Напишите все нули… — Как это все нули? Мне необходимо заполнить графы. Вы что же не знаете километраж вашего грузовика?
— Ок. Напишите один миллион. Так вас устроит?
— Миллион… это много, -задумчиво проговорила дама и ее рука зависла над клавиатурой… — А это сколько нулей? -Ничуть не смутившись спросила менеджер.
Гарри стянул с себя шапку и тихо выматерился. Он искоса взглянул на женщину, вытер вспотевший лоб и пробормотал:
— Шесть, красавица, шесть нулей… Солярка текла медленно и походила больше на машинное масло а не на топливо. Гарри на собственном опыте знал, что в такой мороз солярка может замерзнуть и тогда вызывай техпомощь.
Но в Северной Дакоте в дизель добавляли специалные жидкости для предотвращения загустения, хотя иногда и этого было недостаточно.
Наконец баки были заполненны до отказа и Гарри вернулся на трак-стоп, чтобы получить квитанцию и заодно прикупить кое-чего из еды.
Когда он выходил сжимая в одной руке полулитровый пластиковый стакан с кофе, а в другой кулек с продуктами, к нему резво шмыгнула молоденькая девчушка, лет двадцати в черной вязанной шапочке и в огромных круглых очках.
— Вы в какую сторону едете? -Жалобно проскулила она и вопросительно уставилась на дальнобойщика.
— Гран Форкс в Северной Дакоте. Еду через Фарго по девяносто четвертой, но без остановок — мне завтра надо успеть разгрузиться.
Девчушка аж запрыгала от радости:
— Так мне же как раз туда. А я уже всякую надежду потеряла-никто не берет, говорят страховки на лишнего пассажира нет.
Страница 1 из 7
