Билли, Джимми и Рита подбегали к Месту Назначения. Конечно, не самое подходящее название, ведь тут было совершенно странное и пугающее открытие, но остальные варианты получились либо слишком неподходящими, либо чересчур несуразными.
Добавить в моё избранное
6 мин, 51 сек 15375
Но Джимми уже пытался открыть саркофаг; у него, правда, ничего не получалось.
А что если Хэнк… Да забудь ты про Хэнка!
Легко сказать. Мне кошмары после его исчезновения по ночам снятся: будто бы меня похищают зверо-люди, выбежавшие из леса, и… Ты так и будешь болтать или наконец поможешь?
Ох… Ладно.
Билли тоже упёрся руками в тяжеленную крышку, напрягся — и вместе им удалось сдвинуть её. Сперва немного; затем, когда они отдышались, ещё чуть-чуть. Ещё отдых, и новая попытка, — и вот, в конце концов, между крышкой и саркофагом образовалась дыра, достаточно большая, чтобы они могли заглянуть внутрь.
Билли отметил про себя, что лучи света как-то неохотно залетают в темное чрево саркофага. Если они вообще там есть. Предположение, что неведомый гроб, обнаруженный строителями, мог собственной волей отталкивать свет, не прибавило мальчугану храбрости.
«И ведь строители ни вчера, ни сегодня не стали высматривать, что внутри. Испугались и вызвали учёных, чтобы они сами во всём разобрались. А мы, значит, такие смелые: не дождались их, сами попёрлись. Хе, и отправились-то втроём, умники, чтобы точно получилось общими усилиями крышку сдвинуть: Трэвису одному это не удалось. Эх, что-то, мне кажется, Рита правильно сделала, что не пошла с нами»… Течение минорных и опасливых мыслей Билли было прервано резким, неожиданным и очень громким криком, почти воплем.
Вопил Джимми.
Билли вначале не понял происходящего, а когда осознал, у него душа свалилась в пятки. Остолбеневший, он расширенными от неописуемого ужаса глазами взирал на то, как некая сухая, тонкая, разлагающаяся зеленоватая рука удерживает руку его брата.
Оно схватило меня! Помоги, Билли! Помоги!
Храбрый, даже бесстрашный Джимми ещё никогда так не верещал. В другой ситуации Билли бы не устоял — съязвил по этому поводу… Но не теперь.
Он уже было рванулся вперёд, ведомый страхом за брата, и этот страх пересилил ужас перед неизвестным, но вдруг лежащее в саркофаге тело вскочило и погрузилось в летающий по небольшой пещере свет. Теперь-то он прекрасно вырывал из мрака творившееся, будто бы только и ждал подходящего момента.
Лицо трупа, причём трупа многодневного, взирало на Билли. Потёкшая кожа, выглянувшее протухшее мясо, один глаз пуст, а в неровных дырах на шее и лице копошатся черви. Существо или мертвец, или, чёрт бы его побрал, что бы оно ни было!, нещадно воняло и оказалось абсолютно голым. С первого взгляда, ничего странного, если б не один факт.
Перед Билли восседал, злобно на него глядя и не выпуская руки Джимми, пропавший на днях парень. Без какой-либо одежды. Несмотря на следы разложения, зловонные потёки, трупных червей, Билли немедля узнал его. Они раньше с Хэнком не сказать чтобы дружили, но хорошо приятельствовали. Теперь же он, Хэнк Доусон, сидел внутри непонятно как и когда взявшейся тут пещеры, сидел в саркофаге, которому, с виду, сотни лет и материал которого, песочно-зелёный, навевал самые фантастичные и жуткие мысли, — он сидел и злобно лыбился.
Вот открылся рот, показались гнилые зубы, совсем невеликое количество — гораздо больше было дырок. Сильнее дохнуло смрадом; Билли затошнило.
И он потерял сознание, свалился на пещерный пол.
А потому не мог видеть, как истерично вопящему Джимми, его родному брату, с издевательской лёгкостью отрывают руку… … Рита, услышавшая вопли, перепугалась до смерти. Она не смогла заставить себя спуститься туда, даже крикнуть им банальное «Как вы там? В порядке?» Вместо того она бросилась обратно в деревню, за помощью.
Эти летние каникулы братья Самуэль не переживут.
Но намного страшнее будет то, что произойдёт, когда взрослые, привлечённые рассказом перепуганной насмерть Риты, прибегут спасать попавших в беду мальчиков. Расширят с помощью инструментов проход и окажутся в светящейся страннейшим, непонятнейшим, непонятно откуда берущимся светом пещере. Подойдут к саркофагу, саркофагу с закрытой крышкой, и довольно легко, при своей-то отнюдь не детской силе, отодвинут её… … Есть силы и силы.
Одни заставляют нас думать, прежде чем мы сделаем что-либо.
Другие действуют именно из-за нашей бездумности.
Но есть и третьи силы, существование которых принято отрицать, — те, что могущественнее человека, неясны ему и никому не подчиняются. Силы, что, например, обитают в загадочных, притягательных своей мистичностью местах. И уже с ними не смогут совладать ни дети, ни взрослые, ни приехавшие на место происшествия-преступления полицейские, спасатели, врачи.
Хотя какого преступления? Тем силам не ведомы подобные слова. Они смеются над таким. Берут — чтобы убить; и отпускают — чтобы после вернуться. А значит, даже кратковременная победа, если она всё-таки случится, станет лишь прекрасно исполненной иллюзией.
трупа.
кошмарных смерти. 7 детей и 36 взрослых, сгинувших до невероятного страшно и безвременно.
А что если Хэнк… Да забудь ты про Хэнка!
Легко сказать. Мне кошмары после его исчезновения по ночам снятся: будто бы меня похищают зверо-люди, выбежавшие из леса, и… Ты так и будешь болтать или наконец поможешь?
Ох… Ладно.
Билли тоже упёрся руками в тяжеленную крышку, напрягся — и вместе им удалось сдвинуть её. Сперва немного; затем, когда они отдышались, ещё чуть-чуть. Ещё отдых, и новая попытка, — и вот, в конце концов, между крышкой и саркофагом образовалась дыра, достаточно большая, чтобы они могли заглянуть внутрь.
Билли отметил про себя, что лучи света как-то неохотно залетают в темное чрево саркофага. Если они вообще там есть. Предположение, что неведомый гроб, обнаруженный строителями, мог собственной волей отталкивать свет, не прибавило мальчугану храбрости.
«И ведь строители ни вчера, ни сегодня не стали высматривать, что внутри. Испугались и вызвали учёных, чтобы они сами во всём разобрались. А мы, значит, такие смелые: не дождались их, сами попёрлись. Хе, и отправились-то втроём, умники, чтобы точно получилось общими усилиями крышку сдвинуть: Трэвису одному это не удалось. Эх, что-то, мне кажется, Рита правильно сделала, что не пошла с нами»… Течение минорных и опасливых мыслей Билли было прервано резким, неожиданным и очень громким криком, почти воплем.
Вопил Джимми.
Билли вначале не понял происходящего, а когда осознал, у него душа свалилась в пятки. Остолбеневший, он расширенными от неописуемого ужаса глазами взирал на то, как некая сухая, тонкая, разлагающаяся зеленоватая рука удерживает руку его брата.
Оно схватило меня! Помоги, Билли! Помоги!
Храбрый, даже бесстрашный Джимми ещё никогда так не верещал. В другой ситуации Билли бы не устоял — съязвил по этому поводу… Но не теперь.
Он уже было рванулся вперёд, ведомый страхом за брата, и этот страх пересилил ужас перед неизвестным, но вдруг лежащее в саркофаге тело вскочило и погрузилось в летающий по небольшой пещере свет. Теперь-то он прекрасно вырывал из мрака творившееся, будто бы только и ждал подходящего момента.
Лицо трупа, причём трупа многодневного, взирало на Билли. Потёкшая кожа, выглянувшее протухшее мясо, один глаз пуст, а в неровных дырах на шее и лице копошатся черви. Существо или мертвец, или, чёрт бы его побрал, что бы оно ни было!, нещадно воняло и оказалось абсолютно голым. С первого взгляда, ничего странного, если б не один факт.
Перед Билли восседал, злобно на него глядя и не выпуская руки Джимми, пропавший на днях парень. Без какой-либо одежды. Несмотря на следы разложения, зловонные потёки, трупных червей, Билли немедля узнал его. Они раньше с Хэнком не сказать чтобы дружили, но хорошо приятельствовали. Теперь же он, Хэнк Доусон, сидел внутри непонятно как и когда взявшейся тут пещеры, сидел в саркофаге, которому, с виду, сотни лет и материал которого, песочно-зелёный, навевал самые фантастичные и жуткие мысли, — он сидел и злобно лыбился.
Вот открылся рот, показались гнилые зубы, совсем невеликое количество — гораздо больше было дырок. Сильнее дохнуло смрадом; Билли затошнило.
И он потерял сознание, свалился на пещерный пол.
А потому не мог видеть, как истерично вопящему Джимми, его родному брату, с издевательской лёгкостью отрывают руку… … Рита, услышавшая вопли, перепугалась до смерти. Она не смогла заставить себя спуститься туда, даже крикнуть им банальное «Как вы там? В порядке?» Вместо того она бросилась обратно в деревню, за помощью.
Эти летние каникулы братья Самуэль не переживут.
Но намного страшнее будет то, что произойдёт, когда взрослые, привлечённые рассказом перепуганной насмерть Риты, прибегут спасать попавших в беду мальчиков. Расширят с помощью инструментов проход и окажутся в светящейся страннейшим, непонятнейшим, непонятно откуда берущимся светом пещере. Подойдут к саркофагу, саркофагу с закрытой крышкой, и довольно легко, при своей-то отнюдь не детской силе, отодвинут её… … Есть силы и силы.
Одни заставляют нас думать, прежде чем мы сделаем что-либо.
Другие действуют именно из-за нашей бездумности.
Но есть и третьи силы, существование которых принято отрицать, — те, что могущественнее человека, неясны ему и никому не подчиняются. Силы, что, например, обитают в загадочных, притягательных своей мистичностью местах. И уже с ними не смогут совладать ни дети, ни взрослые, ни приехавшие на место происшествия-преступления полицейские, спасатели, врачи.
Хотя какого преступления? Тем силам не ведомы подобные слова. Они смеются над таким. Берут — чтобы убить; и отпускают — чтобы после вернуться. А значит, даже кратковременная победа, если она всё-таки случится, станет лишь прекрасно исполненной иллюзией.
трупа.
кошмарных смерти. 7 детей и 36 взрослых, сгинувших до невероятного страшно и безвременно.
Страница 2 из 3
