25 ноября, 8.30. Я в номере гостиницы одного из провинциальных городов нашей большой Родины… Приехал сюда в командировку, довольно важную для меня и моей компании. Через несколько минут я спущусь к завтраку, а минут через сорок за мной прибудет такси, чтобы отвезти на переговоры.
Добавить в моё избранное
4 мин, 48 сек 10925
8.40.
Замок заклинило. Чёрт бы побрал эти новые замки с электронными ключами! Это ж надо было отремонтировать гостиницу по курортным стандартам!
9.10 Минут двадцать я провозился с замком. Без толку. Только у нас в стране такое может приключиться! И ведь даже не извинятся!
Потом решил позвонить на ресепшен. Не тут-то было: трубка молчала. Чёрт знает что такое!
Ладно, разорюсь на сотовый. Нашёл на столике брошюрку отеля. Набрал номер. «Ту-ту-туууу» — услышал знакомые протяжные гудки, я оказался вне зоны действия сети.
Ничего, сейчас подъедет такси, и они начнут меня искать. Плохо, что позавтракать так и не успел.
10.10 Ничего не понимаю! Они меня не искали. Никто не стучал, не звонил. Это ж надо! Всем наплевать, где человек!
Постепенно я начал понимать, что на переговоры не попаду. В грудь упал тяжёлый камень. Я минут пять посидел на кровати, пытаясь обуздать свою злость.
Затем я встал и снова подошёл к этой чёртовой двери. Попробовал снова открыть её. Тщетно. Тогда я принялся колотить в неё ногами и орать что есть мочи. Но за дверью не было слышно ни шороха.
10.30 В дверь я колотил больше пятнадцати минут. Потом решил попробовать позвать помощь через окно.
Раньше я не обращал внимания на антураж на улице, теперь увидел, что под окнами (а мой номер располагался на десятом этаже) была зелёная полоса, за которой находилось довольно оживлённое шоссе. Кроме проезжающих машин под окнами не было ни души. Видимо, проход к посадке закрыт. Докричаться до машин было нереально.
Я снова сел на кровать и стал думать.
11.00 Теперь я решил проверить своих соседей. Как в детстве, я приложил стакан к стенке и стал слушать. Глухо, как в танке. Наверное, сейчас такое время, когда все расходятся по делам. На всякий случай, я всё-таки порядочно поколотил в стенку.
12.00 Хотел посмотреть телевизор. Ящик, ещё вчера исправно работавший, сегодня показывал только волны.
15. 00 Прочёл до конца книгу, прихваченную с собой. Чем заняться теперь, не знаю. Говорили же: бери ноутбук.
Тихо со всех сторон. Проверял несколько раз.
17.00 Сидел у окна, пока не стемнело, никто не проходил. У соседей тоже никто не появлялся. В коридоре тишина.
Первый раз за день я попытался осмыслить происходящее. Что это: чья-то дурная шутка, российская расхлябанность или нечто иное?
17.30 Ждать устал. Стал снова ковырять дверь, но бесполезно. Тогда попытался выбить её. Я, конечно, сильнее среднестатистической женщины, но всё равно отношу себя к разряду скорее здоровых хлюпиков, чем хилых здоровяков. Так что дверь не поддалась. Зато плечо разболелось. Подручных инструментов тоже не было.
Теперь ещё стал появляться ужас голода, я ведь не ел ничего со вчерашнего дня.
18.00 Мечусь, как тигр в клетке. До сознания начало доходить, что я действительно не могу выйти. Кажется, если просижу ещё час, то заработаю клаустрофобию.
Последняя надежда: завтра расчётный час. Уж в 12-то точно придут проверять номер.
Сяду и успокоюсь.
23.45 Проспал весь вечер. Теперь не знаю, что делать в запертом номере при неработающем телевизоре в 12 часов ночи.
Прошёлся туда-сюда. Голова гудит.
26 ноября 00.10 Сидел на кровати, занимался дыхательными упражнениями, потому что почувствовал приступ настоящей клаустрофобии. Как только взгляд упирался в стену или закрытую дверь, начинал задыхаться, пробивал холодный пот. Успокаивал только вид машин на улице: значит, я не один во Вселенной, которая, впрочем, сузилась до размеров гостиничного номера.
Внезапно первый раз за день я услышал посторонний шум: из ванной доносился шум воды, бегущей из открытого крана. Я бросился туда.
Дверь в ванную была закрыта. Сердце бешено заколотилось. Руки оледенели. В ступоре я провел около полуминуты. Из крана явно лилась вода. Потом я стал долбить в дверь, но она не поддавалась. Наконец, я разбежался, чтобы выбить её с налёту, но… дверь оказалась открытой. Я медленно вошёл внутрь. Все краны были выключены. Боже, я просто схожу с ума.
Я развернулся, чтобы вернуться в комнату, на пороге ванной бросил взгляд на входную дверь. Впервые в жизни я так искренне перекрестился: к двери был приклеен стикер, на котором фиолетовыми буквами (никогда не забуду этот особый мертвячный оттенок) было выведено: ВЫХОДА НЕТ.
Я завопил во всё горло.
7.00 Очнулся я только утром на кровати. Мыслей не было. Теперь уже я понял, что нахожусь во власти какого-то ужасного рока. Стало ясно, что кто-то что-то от меня хочет.
12.00 Несколько часов просидел на кровати без движения. Около полудня ещё раз проверил телефоны — молчат. Вскоре должны убирать номер. Меня найдут. Обязательно.
А почему меня должны найти? Я нахожусь здесь уже более суток, и никто меня не ищет: ни деловые партнёры, ни сотрудники гостиницы, ни родные.
Замок заклинило. Чёрт бы побрал эти новые замки с электронными ключами! Это ж надо было отремонтировать гостиницу по курортным стандартам!
9.10 Минут двадцать я провозился с замком. Без толку. Только у нас в стране такое может приключиться! И ведь даже не извинятся!
Потом решил позвонить на ресепшен. Не тут-то было: трубка молчала. Чёрт знает что такое!
Ладно, разорюсь на сотовый. Нашёл на столике брошюрку отеля. Набрал номер. «Ту-ту-туууу» — услышал знакомые протяжные гудки, я оказался вне зоны действия сети.
Ничего, сейчас подъедет такси, и они начнут меня искать. Плохо, что позавтракать так и не успел.
10.10 Ничего не понимаю! Они меня не искали. Никто не стучал, не звонил. Это ж надо! Всем наплевать, где человек!
Постепенно я начал понимать, что на переговоры не попаду. В грудь упал тяжёлый камень. Я минут пять посидел на кровати, пытаясь обуздать свою злость.
Затем я встал и снова подошёл к этой чёртовой двери. Попробовал снова открыть её. Тщетно. Тогда я принялся колотить в неё ногами и орать что есть мочи. Но за дверью не было слышно ни шороха.
10.30 В дверь я колотил больше пятнадцати минут. Потом решил попробовать позвать помощь через окно.
Раньше я не обращал внимания на антураж на улице, теперь увидел, что под окнами (а мой номер располагался на десятом этаже) была зелёная полоса, за которой находилось довольно оживлённое шоссе. Кроме проезжающих машин под окнами не было ни души. Видимо, проход к посадке закрыт. Докричаться до машин было нереально.
Я снова сел на кровать и стал думать.
11.00 Теперь я решил проверить своих соседей. Как в детстве, я приложил стакан к стенке и стал слушать. Глухо, как в танке. Наверное, сейчас такое время, когда все расходятся по делам. На всякий случай, я всё-таки порядочно поколотил в стенку.
12.00 Хотел посмотреть телевизор. Ящик, ещё вчера исправно работавший, сегодня показывал только волны.
15. 00 Прочёл до конца книгу, прихваченную с собой. Чем заняться теперь, не знаю. Говорили же: бери ноутбук.
Тихо со всех сторон. Проверял несколько раз.
17.00 Сидел у окна, пока не стемнело, никто не проходил. У соседей тоже никто не появлялся. В коридоре тишина.
Первый раз за день я попытался осмыслить происходящее. Что это: чья-то дурная шутка, российская расхлябанность или нечто иное?
17.30 Ждать устал. Стал снова ковырять дверь, но бесполезно. Тогда попытался выбить её. Я, конечно, сильнее среднестатистической женщины, но всё равно отношу себя к разряду скорее здоровых хлюпиков, чем хилых здоровяков. Так что дверь не поддалась. Зато плечо разболелось. Подручных инструментов тоже не было.
Теперь ещё стал появляться ужас голода, я ведь не ел ничего со вчерашнего дня.
18.00 Мечусь, как тигр в клетке. До сознания начало доходить, что я действительно не могу выйти. Кажется, если просижу ещё час, то заработаю клаустрофобию.
Последняя надежда: завтра расчётный час. Уж в 12-то точно придут проверять номер.
Сяду и успокоюсь.
23.45 Проспал весь вечер. Теперь не знаю, что делать в запертом номере при неработающем телевизоре в 12 часов ночи.
Прошёлся туда-сюда. Голова гудит.
26 ноября 00.10 Сидел на кровати, занимался дыхательными упражнениями, потому что почувствовал приступ настоящей клаустрофобии. Как только взгляд упирался в стену или закрытую дверь, начинал задыхаться, пробивал холодный пот. Успокаивал только вид машин на улице: значит, я не один во Вселенной, которая, впрочем, сузилась до размеров гостиничного номера.
Внезапно первый раз за день я услышал посторонний шум: из ванной доносился шум воды, бегущей из открытого крана. Я бросился туда.
Дверь в ванную была закрыта. Сердце бешено заколотилось. Руки оледенели. В ступоре я провел около полуминуты. Из крана явно лилась вода. Потом я стал долбить в дверь, но она не поддавалась. Наконец, я разбежался, чтобы выбить её с налёту, но… дверь оказалась открытой. Я медленно вошёл внутрь. Все краны были выключены. Боже, я просто схожу с ума.
Я развернулся, чтобы вернуться в комнату, на пороге ванной бросил взгляд на входную дверь. Впервые в жизни я так искренне перекрестился: к двери был приклеен стикер, на котором фиолетовыми буквами (никогда не забуду этот особый мертвячный оттенок) было выведено: ВЫХОДА НЕТ.
Я завопил во всё горло.
7.00 Очнулся я только утром на кровати. Мыслей не было. Теперь уже я понял, что нахожусь во власти какого-то ужасного рока. Стало ясно, что кто-то что-то от меня хочет.
12.00 Несколько часов просидел на кровати без движения. Около полудня ещё раз проверил телефоны — молчат. Вскоре должны убирать номер. Меня найдут. Обязательно.
А почему меня должны найти? Я нахожусь здесь уже более суток, и никто меня не ищет: ни деловые партнёры, ни сотрудники гостиницы, ни родные.
Страница 1 из 2
