Поцелуй Фемиды

Мать старалась ничего не говорить дочери об отце, чтобы стереть память о нём, но грустные глаза её говорили совсем о другом. Мать хранила эту фотографию, как память о счастливом времени, подолгу смотрела на неё, а потом опять прятала, но любопытная Оксанка вновь находила её в недрах старой родительской мебели. Когда матери надоели вопросы дочери, она сказала:

— Это твой папа. Он был заядлым туристом, очень любил отдыхать в Крыму.

Училась Оксана хорошо, была прилежной, спокойной и сообразительной девочкой, что злило других учеников. Одноклассники знали, что она растёт без отца и за глаза её называли «сиротой». Однажды злость учеников вырвалась наружу, и Оксана узнала свою кличку. Дома мать погладила по голове плачущую дочку и сказала:

— Потерпи, малышка, скоро и на нашей улице будет праздник.

В школе любознательный ребёнок узнал, что в мире существуют люди, которые посвящают свою жизнь борьбе за справедливость и называются они адвокатами. Вскоре это желание стало настолько сильным и естественным, что через полтора десятка лет превратилось в реальность.

После окончания юридического института молодая специалистка поняла, что кроме практики, опыта и знаний основ юриспруденции надо ещё иметь и многое другое. А пока ей предложили «волчью» должность судебного пристава.

Надо сказать, что с развитием дикого капитализма в стране правоохранительные органы получили неслыханную волю. Банки, пользуясь отсутствием законов, выдавали кредиты направо-налево под сумасшедшие проценты, а потом, когда заёмщики оказывались в долговой яме, не знали, как «выбить» долг. Количество невозвратов росло, увеличивая и без того огромную армию судебных приставов, поэтому банкиры лоббировали нужные им законы, а депутаты, зарабатывая дивиденты, претворяли заказ«сильных мира сего» в жизнь.

Поработав некоторое время на этой должности, Оксана поняла, что не стоит вообще говорить о какой-то справедливости, потому, что её просто не существовало в помине. Через год она научилась контролировать свои эмоции и чувства и в бригаде, которая занималась описью, оценкой и изъятием материальных ценностей у должников, скоро стала старшей.

Вот и сегодня, бригада из семи человек, включая трёх приставов и четырёх грузчиков, рвалась в квартиру очередного должника.

— Оксана Владимировна, — взмолился пристав Вадим.

— Может, на сегодня хватит? Пятое изъятие за день. Нервы у меня не железные, могу сорваться.

— Потерпите, ребята. Как я потом начальству отчитываться буду?

Пьяные крики, истерики, слёзы, уговоры, — ко всему этому молодой пристав Симонова привыкла, поэтому спокойно позвонила в старую, обшарпанную дверь, которая почему-то тотчас же открылась. На пороге стояла молодая женщина с грудным ребёнком на руках.

— Симонова Анна Владимировна, это вы? — спросила Оксана, ничуть не удивляясь схожести распространённой русской фамилии и отчества.

— Да, это я.

— Суд постановил изъять у вас материальные ценности из квартиры в счёт уплаты долга Уралбанку.

В кухне за столом сидел мальчик лет пяти.

— Мама, это кто?

— Юрочка, это гости.

— А зачем они телик выносят?

— Хотят посмотреть мультики.

— А мы?

В это время в квартиру зашла женщина преклонных лет с авоськой.

— Аня, я здесь тебе картошки принесла, поешь и Юру покорми. Ой, а это кто? Так, понятно… Кто из вас старший?

— Я, Симонова Оксана Владимировна, судебный пристав.

— Пожалейте эту мученицу, её бросил гражданский муж. Пожил с ней несколько лет, а потом взял кредит на её имя и исчез.

— Оксана Владимировна, — сказал один из грузчиков.

— Мы не сможем вытащить этот шкаф, он развалится, его нельзя трогать.

Ребёнок заплакал. Мать села на диван, и, никого не стесняясь, дала ему грудь.

— Диван ещё новый, — сказал пристав Гена.

— Ты, что, не видишь, ребёнка кормят? Встанет мать, потом забирайте, — разозлилась Оксана.

— Мы же не можем ждать. Что тогда нести сейчас?

— Кухонный гарнитур вынесли?

— Да.

— Ковры?

— Да.

В углу стоял буфет, через стёкла которого Оксана увидела старый сервиз и какую-то фотографию.

— Тогда несите буфет, — сказала она.

— Там посуда.

— Поставьте на пол, — спокойно сказала хозяйка.

Оксана передала опись изымаемого имущества приставу Вадиму, подошла к буфету и открыла дверцы. С фотографии на неё смотрел её отец, он обнимал другую женщину и другого ребёнка у «Ласточкиного гнезда».

— Где вы взяли эту фотографию? — дрожащим голосом спросила Оксана Анну.

— Это я с родителями. Отец давно бросил нас. Забирайте диван, я уже покормила ребёнка.

Оксана ещё не отошла от шока, поэтому спросила первое, что пришло на ум:

— Кто это? Мальчик или девочка?