Она впервые увидела его, когда ей было 16. Тогда Ева (модное сокращение от Евгении) была по уши влюблена в мальчика на год ее старше…
Добавить в моё избранное
8 мин, 9 сек 12474
Ноги словно вросли в землю и не слушались, во рту пересохло. Она смотрела на него, а он — на нее. В его бездонных глазах сверкали озорные огоньки, бросая блики на все его лицо с незабываемыми чертами.
Наконец, она сказала каким-то совсем чужим голосом:
— Привет.
Он отбросил сигарету и в три шага преодолел разделяющее их расстояние. Он был выше Евы и ей приходилось смотреть на него снизу вверх.
— Я тебя ждал, — сказал он спокойно мягким приятным голосом.
— Я тебя 5 лет искала, — она не отрываясь смотрела ему в глаза.
— Я рад, что ты меня нашла, — отозвался он.
Тот день принес ей безграничное ощущение счастья и огромной безумной желанной страстной любви. И она с наслаждением погрузилась в свои чувства, дала им выплеснуться наружу.
Они наслаждались друг другом бесконечно.
— Зачем ты убегал от меня все эти годы? — спрашивала она.
— Я не должен быть с тобой. Но у меня нет сил оставить тебя, — отвечал он.
И вновь поцелуи и наслаждения от ощущения их близости, от того, что его рука может коснуться ее.
Расставание всего на несколько часов приносило им страшные муки и они старались реже расставаться.
Ева не верила, что жизнь может быть так прекрасна, она даже не подозревала, что счастье — смотреть в его глаза, гладить шрамик, обнимающий его скулу, касаться губами его кожи, ощущать кончиками пальцев тепло его близкого тела, нежиться в его объятиях и сливаться с ним в одно целое — может быть возможным и таким естественным для ее существа.
Они разговаривали бесконечно долго, не отрываясь глядя друг на друга, запоминая каждую черточку любимого лица, каждое движение губ, каждый взгляд. Однажды она сказала ему:
— Ты никогда не говорил мне кто ты.
— Я — тот, кто вечно хочет зла и вечно совершает благо. У меня много имен. Я — падший Ангел.
— Демон, — повторила она ласково. Она не вздрогнула и не ужаснулась.
— Я люблю тебя! — прошептала она.
Они больше никогда не говорили об этом. И они были вместе, и они были счастливы как никто, живущий не земле.
Они лежали на широкой кровати со скомканными простынями: она обвивала его всем телом и он прижимал ее ближе к себе сильной смуглой рукой.
И вдруг комната наполнилась сияющим светом и из ниоткуда потянулась струйка пушистого светящегося облака.
От этого света Ева и проснулась. Она испуганно вскрикнула и отодвинулась от любимого, натягивая одеяло до подбородка. Он тоже проснулся, приподнялся и хмурясь откинулся на подушки. А облако становилось все больше и больше и, достигнув высоты человеческого роста, начало рассеиваться.
Прямо напротив них в воздухе парил юноша в белых одеждах и с белыми волнистыми волосами.
Что тебе надо? — спросил его Демон.
— Ты не имел права обладать ею, — ответил Ангел.
— И ты это знаешь. Поэтому Владыка решил, что ты должен быть наказан. Он решил, что ты должен вернуться на место.
Несмотря на то, что Ева не знала, о каком месте идет речь, она все же поняла своим женским чутьем, что может его потерять и потому, не секунды не раздумывая, она выскользнула из-под одеяла и кинулась Ангелу в ноги.
— Заклинаю тебя силой своей любви — не забирай его у меня, — по щекам уже катились горячие соленые слезы.
— Не забирай! Я не смогу без него жить!
— Господи, ты не можешь быть так жесток ко мне! — с хрипом, захлебываясь в слезах, закричала она.
Ангел раздумывал всего секунду.
— Хорошо, будь по-твоему. Я изменю его облик и если ты его узнаешь в новом обличье — он твой навсегда.
И в тот самый момент она осталась одна.
Не в силах подняться с колен, не в силах смириться с потерей, она продолжала плакать в голос.
Когда она очнулась, ее взгляду открылась постель, на которой они всего несколько часов назад любили друг друга и на которой еще остались напоминания о том, что он был с нею совсем недавно — подушка примята, на ней еще осталась пара его длинных черных волос, и ее вновь захлестнула волна слез. Она поднялась и шатаясь подошла к кровати и упала на нее уткнувшись лицом в его подушку, которая еще хранила запах его волос.
На какое-то время она потеряла счет дням. Она бродила, подобно призраку, по их квартире, где столько мелочей были острыми напоминаниями о нем, разрывающими ей сердце. Она гладила его одежду, целовала краешек его чашки, к которой он прикасался своими губами.
Снова потянулись с легкостью забытые дни существования без него.
Днем она была такой же как обычно, а по ночам изливала свою боль слезами, уткнувшись в подушку.
Внешне она была спокойна, но раны в ее душе продолжали кровоточить даже спустя 3 года после той ночи, когда она в последний раз видела своего любимого.
Наконец, она сказала каким-то совсем чужим голосом:
— Привет.
Он отбросил сигарету и в три шага преодолел разделяющее их расстояние. Он был выше Евы и ей приходилось смотреть на него снизу вверх.
— Я тебя ждал, — сказал он спокойно мягким приятным голосом.
— Я тебя 5 лет искала, — она не отрываясь смотрела ему в глаза.
— Я рад, что ты меня нашла, — отозвался он.
Тот день принес ей безграничное ощущение счастья и огромной безумной желанной страстной любви. И она с наслаждением погрузилась в свои чувства, дала им выплеснуться наружу.
Они наслаждались друг другом бесконечно.
— Зачем ты убегал от меня все эти годы? — спрашивала она.
— Я не должен быть с тобой. Но у меня нет сил оставить тебя, — отвечал он.
И вновь поцелуи и наслаждения от ощущения их близости, от того, что его рука может коснуться ее.
Расставание всего на несколько часов приносило им страшные муки и они старались реже расставаться.
Ева не верила, что жизнь может быть так прекрасна, она даже не подозревала, что счастье — смотреть в его глаза, гладить шрамик, обнимающий его скулу, касаться губами его кожи, ощущать кончиками пальцев тепло его близкого тела, нежиться в его объятиях и сливаться с ним в одно целое — может быть возможным и таким естественным для ее существа.
Они разговаривали бесконечно долго, не отрываясь глядя друг на друга, запоминая каждую черточку любимого лица, каждое движение губ, каждый взгляд. Однажды она сказала ему:
— Ты никогда не говорил мне кто ты.
— Я — тот, кто вечно хочет зла и вечно совершает благо. У меня много имен. Я — падший Ангел.
— Демон, — повторила она ласково. Она не вздрогнула и не ужаснулась.
— Я люблю тебя! — прошептала она.
Они больше никогда не говорили об этом. И они были вместе, и они были счастливы как никто, живущий не земле.
Они лежали на широкой кровати со скомканными простынями: она обвивала его всем телом и он прижимал ее ближе к себе сильной смуглой рукой.
И вдруг комната наполнилась сияющим светом и из ниоткуда потянулась струйка пушистого светящегося облака.
От этого света Ева и проснулась. Она испуганно вскрикнула и отодвинулась от любимого, натягивая одеяло до подбородка. Он тоже проснулся, приподнялся и хмурясь откинулся на подушки. А облако становилось все больше и больше и, достигнув высоты человеческого роста, начало рассеиваться.
Прямо напротив них в воздухе парил юноша в белых одеждах и с белыми волнистыми волосами.
Что тебе надо? — спросил его Демон.
— Ты не имел права обладать ею, — ответил Ангел.
— И ты это знаешь. Поэтому Владыка решил, что ты должен быть наказан. Он решил, что ты должен вернуться на место.
Несмотря на то, что Ева не знала, о каком месте идет речь, она все же поняла своим женским чутьем, что может его потерять и потому, не секунды не раздумывая, она выскользнула из-под одеяла и кинулась Ангелу в ноги.
— Заклинаю тебя силой своей любви — не забирай его у меня, — по щекам уже катились горячие соленые слезы.
— Не забирай! Я не смогу без него жить!
— Господи, ты не можешь быть так жесток ко мне! — с хрипом, захлебываясь в слезах, закричала она.
Ангел раздумывал всего секунду.
— Хорошо, будь по-твоему. Я изменю его облик и если ты его узнаешь в новом обличье — он твой навсегда.
И в тот самый момент она осталась одна.
Не в силах подняться с колен, не в силах смириться с потерей, она продолжала плакать в голос.
Когда она очнулась, ее взгляду открылась постель, на которой они всего несколько часов назад любили друг друга и на которой еще остались напоминания о том, что он был с нею совсем недавно — подушка примята, на ней еще осталась пара его длинных черных волос, и ее вновь захлестнула волна слез. Она поднялась и шатаясь подошла к кровати и упала на нее уткнувшись лицом в его подушку, которая еще хранила запах его волос.
На какое-то время она потеряла счет дням. Она бродила, подобно призраку, по их квартире, где столько мелочей были острыми напоминаниями о нем, разрывающими ей сердце. Она гладила его одежду, целовала краешек его чашки, к которой он прикасался своими губами.
Снова потянулись с легкостью забытые дни существования без него.
Днем она была такой же как обычно, а по ночам изливала свою боль слезами, уткнувшись в подушку.
Внешне она была спокойна, но раны в ее душе продолжали кровоточить даже спустя 3 года после той ночи, когда она в последний раз видела своего любимого.
Страница 2 из 3
