Благородный лорд Сот, рыцарь ордена Алой Розы Без Изъяна, оказывается во власти сильных страстей, которые толкают его на новые и новые преступления, в результате чего он становится изгоем, а затем — живым мертвецом, которым движет лишь жажда мести, на путях утоления которой он встречается с вампиром Страдом фон Заровичем Посвящаю эту книгу Дебби с благодарностью за ее поддержку и терпение, которые не покидали ее даже в моменты, когда Рыцарь Смерти безраздельно властвовал в нашей квартире. Много раз лорд Сот грозил увлечь меня с собой в Темный Мир, и я чувствую себя обязанным поблагодарить множество людей, которые не позволили этому случиться. Я приношу свою благодарность моим родителям и родителям жены, которые поняли меня, когда все лете я провел за компьютером; Джону Рэтлифу, который оказал мне неоценимую помощь своими обширными познаниями в области литературы «фэнтези» и своими критическими замечаниями; моему издателю Пат Мак-Гайлиган, чей энтузиазм и тяжелый труд заставили сюжет развиваться, а персонажей — жить и дышать, по крайней мере тех, которым это было положено по замыслу. Особую благодарность я выражаю Мари Кирчофф. Ваша уверенность в моих способностях помогла мне писать о Соте, а ваши юмор и дружеская поддержка помогли мне прожить целых три месяца в окружении вампиров и призраков.
Добавить в моё избранноеПротивостояла им армия манов — существ, в которые после смерти превращаются люди, сеявшие при жизни хаос и зло. Кожа их была бледной, пятнистой, как у утопленников, слишком долго пробывших в реке, а по поверхности тел ползали насекомые-трупоеды. Устремив на противника невидящие белые глаза, маны шли в атаку, повинуясь приказу своего чудовищного генерала. Этот могущественный танарри был высокорослым, краснокожим существом, чьи крылья состояли из неровных топорщащихся чешуи. Изогнутые клыки его, сверкающие в лучах незаходящего солнца, когда танарри выкрикивал приказы, источали желтые капли яда. В одной руке он сжимал многохвостую плеть, концы которой заканчивались остроконечными шипами, а в другой руке танарри блистал Меч Молний.
Карадок сознавал, что будь его злодеяния чуть более ужасными, чем простое убийство первой жены лорда Сота, и он бы теперь сражался в гуще столкнувшихся армий, и впервые за три с половиной столетия он порадовался тому, что его проклятье предписывало ему влачить свою послежизнь на Кринне, в качестве призрака, прислужника лорда Сота.
Далее пролетал он сквозь царствия света и царствия тьмы, сквозь огненные, воздушные и водяные миры. Побывал он и в жарком сыром мире, где поначалу он ничего не смог разглядеть в темноте. Позднее его глаза приспособились к полумраку, и Карадок рассмотрел высокие, скользкие грибы, которые заслоняли своими шляпками весь свет. Они вздымались в небо на сотни футов, переплетая почву белыми нитями вездесущей грибницы. Смутное движение выдавливало из мягкой пористой почвы шипящие лужицы белой слизи, а пурпурно-красные узелки грибных зародышей выбрасывали во все стороны длинные, извивающиеся усы-отростки. Спокойствие этого мира не нарушали никакие громкие звуки, однако запах тления наглухо забил нос и рот Карадока. Хуже всего, однако, было ощущение того, что какая-то могущественная злобная сила наблюдает за ним из тишины своего царства. Карадок так и не увидел в полумраке ничьих мерцающих очей, однако он не сомневался в том, что кто-то на него смотрит, и поспешил оставить этот слой Абисса.
Наконец сенешаль достиг того места, к которому стремился по воле пославшего его господина. Он стоял на крыше полуразрушенного храма, служившего когда-то прибежищем первосвященника из Иштара. Стены храма были опалены огнем, а колонны разрушились или покосились. Ныне сама Тахизис, Властительница Тьмы, использовала копию священного храма в качестве Портала, сквозь который она появлялась на Кринне. Через эти Врата она уничтожала все, что могло служить Добру в мире Кринна.
Карадок вполне в состоянии был оценить злую иронию судьбы — первосвященник из Иштара в свое время отчаянно желал истребить все зло в мире, а теперь его храм стал для жителей Кринна прибежищем самых злобных богов.
«Возможно, и сам боговдохновенный пророк бродит сейчас где-то поблизости» — подумал Карадок, внимательно оглядывая окрестности.
Вокруг храма толпились затерянные души усопших, каждая из которых старалась подобраться поближе к стенам храма.
— Повелительница! — выкрикивали они. — Мы твои верные слуги! Позволь нам помочь тебе!
Карадок знал, что Тахизис не откликнется им, во всяком случае, не сейчас. Лорд Сот объяснил своему сенешалю накануне его путешествия, что смертный маг с Кринна отважился бросить вызов Тахизис в ее темном царстве. Подобное столкновение не имело прецедентов — мало кто из смертных обладал достаточным могуществом, чтобы сразиться с Повелительницей в ее Темном Мире. Тем не менее Сот весьма рассчитывал на то, что битва отвлечет внимание Тахизис и Кара-док сумеет отыскать в ее королевстве новоприбывшую душу женщины по имени Китиара Ут Матар.
Карадок улыбнулся. Однажды он уже выполнял подобное поручение. Овладев душой, на которую ему было указано, он принес ее в Дааргард Кип. Теперь лорд Сот снова наградит его. Рыцарь Смерти был могущественным слугой злых богов, и только он мог просить Чемоша, Повелителя Бессмертных, избавить Карадока от его проклятья. Он снова может стать живым. Во всяком случае, именно это обещал ему лорд Сот.
В мозгу Карадока внезапно возникла новая мысль. Что делать, если Сот откажется от своего обещания? Несколько минут раздумий, однако, вернули улыбку на лицо призрака. Он придумал, как заставить бессмертного рыцаря сдержать свое слово.
Сенешаль Сота взял в руки свой медальон.
— Яви мне тень Предводительницы Драконов Китиары! — провозгласил он.
Из черной розы, выгравированной на крышке медальона, исторгся мягкий волшебный свет. Сенешаль вытянул перед собой руку, и луч света устремился прямо в толпу душ, столпившихся перед храмом.
