А у меня под ногтями засохла куриная кровь. Когда поднимаешь мертвого для живых, приходится пролить немножко крови. И она налипла хлопьями мне на руки и лицо. Я пыталась перед этой встречей отчистить самые заметные пятна, но такие вещи можно убрать только душем. Отпив кофе из своей любимой кружки с надписью «Разозли меня, и тебе же хуже», я посмотрела на двоих мужчин напротив.
Добавить в моё избранное
409 мин, 46 сек 19380
— Случайное преступление? — Возможно.
— Если так, то у нас нет картины, нет того, что искать.
— Значит, ты просишь меня проверить, не был ли Кэл Руперт связан с монстрами? — Да, — ответил он.
Я вздохнула: — Попробую. Это все? Я опаздываю на встречу.
— Все. Позвони мне, если что выяснишь. — Он говорил очень мрачным голосом.
— Ты мне сообщишь, если обнаружится другое тело?
Он вроде как фыркнул: — И даже заставлю прийти и обмерить эти проклятые укусы. А что? — Голос у тебя мрачный.
Смеха в его голосе уже не было.
— Это ты сказала, что будут еще тела. Ты переменила мнение?
Я хотела бы сказать «да» Но не сказала.
— Если это шайка одичавших вампиров, тела еще будут.
— Ты можешь предположить что-нибудь другое, кроме вампиров? — спросил он.
Я минуту подумала и покачала головой: — Ни черта.
— Ладно, потом поговорим.
И телефон оглох. Дольф не обременял себя всякими «здравствуй — до свидания»
Я взяла резервный пистолет, девятимиллиметровый «файрстар» и сунула в карман жакета. Одевшись на тренировку, кобуру прицепить просто некуда. В«файрстаре» было всего восемь пуль против тринадцати в браунинге, но тот выпирал бы из кармана, и народ стал бы глазеть. К тому же, если ты не сможешь снять плохих ребят восемью пулями, лишние пять тебе вряд ли помогут. Конечно, в сумке в кармане на молнии у меня есть и запасная обойма. В наши времена роста преступности осторожность для девушки излишней не бывает.
Я сосредоточилась на сведении бедер настолько плавно, чтобы «блины» не щелкали. Если они щелкают, это значит, что ты не контролируешь упражнение или работаешь со слишком большими весами. Я работала с шестьюдесятью фунтами — это не очень тяжело.
Ронни лежала на животе, работая с тренажером для ног, и поднимала ноги назад, почти касаясь пятками ягодиц. Мышцы икр ходили и перекатывались у нее под кожей. Мы обе не очень громоздкие, но крепкие. Вспомните Линду Гамильтон в «Терминаторе-2»
Ронни закончила раньше и побежала трусцой вокруг тренажеров, поджидая меня. Я опустила «блины» с легчайшим щелчком. Когда заканчиваешь, можно щелкнуть весами. Уйдя от тренажеров, мы побежки по овальной дорожке. Она была огорожена стеклянной стеной, за которой был голубой бассейн. Там накручивают круги одинокий мужчина в плавательных очках и в шапочке. С другой стороны была комната для поднятия штанг и кабинет аэробики. На концах дорожки были зеркала, и всегда можно было посмотреть на себя, как ты бежишь. В плохие дни я могла без этого обойтись, в хорошие дни это бывало забавно. Способ убедиться, что бежишь ровно и руками работаешь как надо.
На бегу я рассказала Ронни о жертве нападения вампиров. Это значит, мы не слишком быстро бежали. Я увеличила темп, и мы все равно еще могли разговаривать. Когда регулярно делаешь четыре мили снаружи в жаре Сент-Луиса, тартановая дорожка в «Вик Танни» — не бог весть какая трудность. Мы сделали два круга и вернулись к тренажерам.
— Как, ты сказала, его звали?
Голос Ронни звучал нормально, без напряжения. Я увеличила темп до нормального бега. Разговоры кончились.
На этот раз мы пошли на тренажеры для рук. Обычные подтягивания для меня, отжимания веса для Ронни, два круга по дорожке и смена тренажеров.
Я ответила на ее вопрос, когда снова смогла говорить.
— Кэлвин Руперт.
Я сделала двенадцать подтягиваний со стофунтовым весом. Из всех машин эта для меня самая легкая. Странно, правда? — Кэл Руперт? — спросила она.
— Так его звали среди друзей, — ответила я. — А что?
Она покачала головой: — Я знаю одного Кэла Руперта.
Я стала смотреть на нее, предоставив своему телу делать упражнение без меня. И задержала дыхание, что нехорошо. Вспомнила, что надо дышать, и сказала: — Расскажи.
— Это было, когда я расспрашивала в «Люди против вампиров» в ту полосу вампирских смертей. Кэл Руперт входил в ЛПВ.
— Опиши его.
— Блондин, глаза голубые или серые, не слишком высокий, хорошо сложен, привлекателен.
В Сент-Луисе мог быть не один Кэл Руперт, но сколько шансов, что они будут так похожи? — Я должна попросить Дольфа проверить, но если он был членом ЛПВ, то это может значить, что убийство было казнью.
— Что ты имеешь в виду? — В ЛПВ некоторые считают, что хороший вампир — это мертвый вампир.
— Если так, то у нас нет картины, нет того, что искать.
— Значит, ты просишь меня проверить, не был ли Кэл Руперт связан с монстрами? — Да, — ответил он.
Я вздохнула: — Попробую. Это все? Я опаздываю на встречу.
— Все. Позвони мне, если что выяснишь. — Он говорил очень мрачным голосом.
— Ты мне сообщишь, если обнаружится другое тело?
Он вроде как фыркнул: — И даже заставлю прийти и обмерить эти проклятые укусы. А что? — Голос у тебя мрачный.
Смеха в его голосе уже не было.
— Это ты сказала, что будут еще тела. Ты переменила мнение?
Я хотела бы сказать «да» Но не сказала.
— Если это шайка одичавших вампиров, тела еще будут.
— Ты можешь предположить что-нибудь другое, кроме вампиров? — спросил он.
Я минуту подумала и покачала головой: — Ни черта.
— Ладно, потом поговорим.
И телефон оглох. Дольф не обременял себя всякими «здравствуй — до свидания»
Я взяла резервный пистолет, девятимиллиметровый «файрстар» и сунула в карман жакета. Одевшись на тренировку, кобуру прицепить просто некуда. В«файрстаре» было всего восемь пуль против тринадцати в браунинге, но тот выпирал бы из кармана, и народ стал бы глазеть. К тому же, если ты не сможешь снять плохих ребят восемью пулями, лишние пять тебе вряд ли помогут. Конечно, в сумке в кармане на молнии у меня есть и запасная обойма. В наши времена роста преступности осторожность для девушки излишней не бывает.
12
Мы с Ронни шли по кругу силовых снарядов в клубе «Вик Танни» Тут полных два набора, и во вторник в 3.14 дня очереди на них не бывает. Я работала с тренажером отводящих и подводящих мышц бедер. Перемещаешь рычаг сбоку, и машина переводится в другое положение. Кстати, положение для сведения бедер выглядит довольно неприлично, как гинекологическое пыточное устройство. Это одна из причин, по которой я на эти тренажеры надевала шорты. И Ронни тоже.Я сосредоточилась на сведении бедер настолько плавно, чтобы «блины» не щелкали. Если они щелкают, это значит, что ты не контролируешь упражнение или работаешь со слишком большими весами. Я работала с шестьюдесятью фунтами — это не очень тяжело.
Ронни лежала на животе, работая с тренажером для ног, и поднимала ноги назад, почти касаясь пятками ягодиц. Мышцы икр ходили и перекатывались у нее под кожей. Мы обе не очень громоздкие, но крепкие. Вспомните Линду Гамильтон в «Терминаторе-2»
Ронни закончила раньше и побежала трусцой вокруг тренажеров, поджидая меня. Я опустила «блины» с легчайшим щелчком. Когда заканчиваешь, можно щелкнуть весами. Уйдя от тренажеров, мы побежки по овальной дорожке. Она была огорожена стеклянной стеной, за которой был голубой бассейн. Там накручивают круги одинокий мужчина в плавательных очках и в шапочке. С другой стороны была комната для поднятия штанг и кабинет аэробики. На концах дорожки были зеркала, и всегда можно было посмотреть на себя, как ты бежишь. В плохие дни я могла без этого обойтись, в хорошие дни это бывало забавно. Способ убедиться, что бежишь ровно и руками работаешь как надо.
На бегу я рассказала Ронни о жертве нападения вампиров. Это значит, мы не слишком быстро бежали. Я увеличила темп, и мы все равно еще могли разговаривать. Когда регулярно делаешь четыре мили снаружи в жаре Сент-Луиса, тартановая дорожка в «Вик Танни» — не бог весть какая трудность. Мы сделали два круга и вернулись к тренажерам.
— Как, ты сказала, его звали?
Голос Ронни звучал нормально, без напряжения. Я увеличила темп до нормального бега. Разговоры кончились.
На этот раз мы пошли на тренажеры для рук. Обычные подтягивания для меня, отжимания веса для Ронни, два круга по дорожке и смена тренажеров.
Я ответила на ее вопрос, когда снова смогла говорить.
— Кэлвин Руперт.
Я сделала двенадцать подтягиваний со стофунтовым весом. Из всех машин эта для меня самая легкая. Странно, правда? — Кэл Руперт? — спросила она.
— Так его звали среди друзей, — ответила я. — А что?
Она покачала головой: — Я знаю одного Кэла Руперта.
Я стала смотреть на нее, предоставив своему телу делать упражнение без меня. И задержала дыхание, что нехорошо. Вспомнила, что надо дышать, и сказала: — Расскажи.
— Это было, когда я расспрашивала в «Люди против вампиров» в ту полосу вампирских смертей. Кэл Руперт входил в ЛПВ.
— Опиши его.
— Блондин, глаза голубые или серые, не слишком высокий, хорошо сложен, привлекателен.
В Сент-Луисе мог быть не один Кэл Руперт, но сколько шансов, что они будут так похожи? — Я должна попросить Дольфа проверить, но если он был членом ЛПВ, то это может значить, что убийство было казнью.
— Что ты имеешь в виду? — В ЛПВ некоторые считают, что хороший вампир — это мертвый вампир.
Страница 37 из 113
