Мне хотелось бы выразить свою признательность моему редактору Митчел Иверс, моей жене Энн Стрибер — музе на всю жизнь и моему агенту Сандре Мартин.
Добавить в моё избранное
427 мин, 1 сек 5998
Люди убивали Властителей, в этом не было ничего необычного. Если кто-нибудь из ее соплеменников, пренебрегая опасностью, начинал жить слишком близко к человеческому обществу, то рано или поздно его разоблачали, что неизменно заканчивалось его гибелью. Но эти Властители были расчленены — значит, тот, кто сделал это, знал, на какие муки обрекал своих жертв. Его (или их!) жестокость была вполне сравнима с безжалостностью тех, кто распял Ре-Атуна на дверях в Каире и оставил его в бесконечно ужасном состоянии полужизни, полусмерти.
— О пожалуйста, пожалуйста, успокойтесь, — простонала она, заливаясь слезами. — Я не могу вам помочь, дорогие мои. Я и себе не могу помочь!
Через мгновение Лилит взяла себя в руки и плотно сжала рот, прислушиваясь. Ничего… кроме безнадежного шелеста борьбы на полу — и в ее сердце. Люди побывали здесь, потому что только они могли совершить такое. Возможно, это был человек с пунических земель и его северный друг? Нет. Если бы им удалось преодолеть барьер, они бы сейчас преследовали ее. Тогда сюда прибыли убийцы ее друга из Каира. Лилит тряхнула головой, отгоняя растерянность, в которую ее ввергли смятенные мысли. Люди стали такими разумными и такими жестокими. Ты хочешь презирать их, свой страх перед ними? Но даже Искатель, которого она только что съела, этот жалкий рыбак, являлся кое-чем большим, чем просто пища, так что его убийство было ужасным деянием.
Человечество повзрослело — только так можно это объяснить, причем изменения произошли буквально в последние десятилетия.
Лилит закрыла глаза. У нее появилось ощущение, словно она парит, находясь в каком-то месте, совершенно оторванном от мира. Но этот темный тоннель не подходил для мечтаний. Она не вернется в свой воображаемый дом, окруженный садом, так как его нет. Властители родились на Земле, и Лилит, разумеется, тоже, а вовсе не пришла сюда из какого-то райского уголка. И она всегда питалась кровью, а не ела эти паршивые пшеничные булочки — или что там еще она видела в своих мечтах. Ей просто хотелось, чтобы так было, вот и все.
— Мне нужен свет, — громко сказала она и принялась ощупывать стены, отодвигать занавеси, перешагивать через то, что, возможно, являлось предметами мебели. Здесь должен быть какой-то свет, даже Властители не могли ничего увидеть в такой кромешной темноте. Она хлопала по стенам рукой и терла их, снова терла и колотила по ним — и вдруг обнаружила, что видит свои руки.
Мерцание исходило от стен, именно так, как это и должно было быть. Флуоресцирующая краска приготовлялась из лишайника, и Властители повсеместно использовали ее в своих логовах. Когда освещение стало ярче, Лилит догадалась, почему не обнаружила его сразу: стены 6ыли покрыты таким толстым слоем пыли, что краска оказалась полностью скрытой под ним.
Лилит с трудом могла поверить своим глазам. Перед ней была гора частей тел: торсы, ноги, головы, руки, пальцы — они усеяли все вокруг и были полны безнадежной, бессмысленной, мучительной жизни. Агония Властителей происходила среди покрытых пылью драгоценных камней, потускневших золотых украшений и посуды, сломанной мебели из редких пород дерева, изъеденных плесенью картин, изображавших девушек и юношей в залитых солнцем садах.
Вместе с Властителями были уничтожены и их коллекции. Ее соплеменники любили окружать себя предметами, оставшимися от очередного поколения людей. Время превращало их в редчайшие сокровища. Однако почему люди, оказавшись здесь, не разграбили логово? Наверное, все, что здесь находится, уже не имеет никакой ценности…
Лилит некоторое время размышляла над тем, как облегчить страдания Властителей. Единственный выход — сжечь их, но у нее под рукой не было никакого топлива. Настоящее тщательное убийство требовало времени и усилий. Все, что сейчас она могла для них сделать, это выжить.
Занявшись поиском подходящей одежды, Лилит обнаружила ее в одном из сундуков с резной крышкой. Она вытащила оттуда платье, приложила к себе, потом примерила другое, пока не нашла более-менее подходящее по размеру. Оно было вычурным и, казалось, вот-вот рассыплется в ее руках, но Властительнице надо было что-то надеть, чтобы появиться среди людей. Предстоящее ей дело не терпит отлагательства.
Именно сейчас, в этом ужасном месте, ей пришлось осознать неумолимый факт: на Властителей обрушилось несчастье — нет, оно было сравнимо разве что с катастрофой. Человечество восстало против них и уничтожило ее соплеменников с необычайно дикой жестокостью, вот почему последнее время она пребывала в одиночестве: просто никого не осталось.
Дрожа от ужаса и отвращения, чувствуя, как внутри ее переливается кровь Искателя, Лилит натянула через голову платье, борясь с запутавшимися нижними юбками и кружевами. Зачем она так опрометчиво повела себя на рыболовном судне и просто отбросила в сторону останки этого Искателя — где только были ее мысли?
— О пожалуйста, пожалуйста, успокойтесь, — простонала она, заливаясь слезами. — Я не могу вам помочь, дорогие мои. Я и себе не могу помочь!
Через мгновение Лилит взяла себя в руки и плотно сжала рот, прислушиваясь. Ничего… кроме безнадежного шелеста борьбы на полу — и в ее сердце. Люди побывали здесь, потому что только они могли совершить такое. Возможно, это был человек с пунических земель и его северный друг? Нет. Если бы им удалось преодолеть барьер, они бы сейчас преследовали ее. Тогда сюда прибыли убийцы ее друга из Каира. Лилит тряхнула головой, отгоняя растерянность, в которую ее ввергли смятенные мысли. Люди стали такими разумными и такими жестокими. Ты хочешь презирать их, свой страх перед ними? Но даже Искатель, которого она только что съела, этот жалкий рыбак, являлся кое-чем большим, чем просто пища, так что его убийство было ужасным деянием.
Человечество повзрослело — только так можно это объяснить, причем изменения произошли буквально в последние десятилетия.
Лилит закрыла глаза. У нее появилось ощущение, словно она парит, находясь в каком-то месте, совершенно оторванном от мира. Но этот темный тоннель не подходил для мечтаний. Она не вернется в свой воображаемый дом, окруженный садом, так как его нет. Властители родились на Земле, и Лилит, разумеется, тоже, а вовсе не пришла сюда из какого-то райского уголка. И она всегда питалась кровью, а не ела эти паршивые пшеничные булочки — или что там еще она видела в своих мечтах. Ей просто хотелось, чтобы так было, вот и все.
— Мне нужен свет, — громко сказала она и принялась ощупывать стены, отодвигать занавеси, перешагивать через то, что, возможно, являлось предметами мебели. Здесь должен быть какой-то свет, даже Властители не могли ничего увидеть в такой кромешной темноте. Она хлопала по стенам рукой и терла их, снова терла и колотила по ним — и вдруг обнаружила, что видит свои руки.
Мерцание исходило от стен, именно так, как это и должно было быть. Флуоресцирующая краска приготовлялась из лишайника, и Властители повсеместно использовали ее в своих логовах. Когда освещение стало ярче, Лилит догадалась, почему не обнаружила его сразу: стены 6ыли покрыты таким толстым слоем пыли, что краска оказалась полностью скрытой под ним.
Лилит с трудом могла поверить своим глазам. Перед ней была гора частей тел: торсы, ноги, головы, руки, пальцы — они усеяли все вокруг и были полны безнадежной, бессмысленной, мучительной жизни. Агония Властителей происходила среди покрытых пылью драгоценных камней, потускневших золотых украшений и посуды, сломанной мебели из редких пород дерева, изъеденных плесенью картин, изображавших девушек и юношей в залитых солнцем садах.
Вместе с Властителями были уничтожены и их коллекции. Ее соплеменники любили окружать себя предметами, оставшимися от очередного поколения людей. Время превращало их в редчайшие сокровища. Однако почему люди, оказавшись здесь, не разграбили логово? Наверное, все, что здесь находится, уже не имеет никакой ценности…
Лилит некоторое время размышляла над тем, как облегчить страдания Властителей. Единственный выход — сжечь их, но у нее под рукой не было никакого топлива. Настоящее тщательное убийство требовало времени и усилий. Все, что сейчас она могла для них сделать, это выжить.
Занявшись поиском подходящей одежды, Лилит обнаружила ее в одном из сундуков с резной крышкой. Она вытащила оттуда платье, приложила к себе, потом примерила другое, пока не нашла более-менее подходящее по размеру. Оно было вычурным и, казалось, вот-вот рассыплется в ее руках, но Властительнице надо было что-то надеть, чтобы появиться среди людей. Предстоящее ей дело не терпит отлагательства.
Именно сейчас, в этом ужасном месте, ей пришлось осознать неумолимый факт: на Властителей обрушилось несчастье — нет, оно было сравнимо разве что с катастрофой. Человечество восстало против них и уничтожило ее соплеменников с необычайно дикой жестокостью, вот почему последнее время она пребывала в одиночестве: просто никого не осталось.
Дрожа от ужаса и отвращения, чувствуя, как внутри ее переливается кровь Искателя, Лилит натянула через голову платье, борясь с запутавшимися нижними юбками и кружевами. Зачем она так опрометчиво повела себя на рыболовном судне и просто отбросила в сторону останки этого Искателя — где только были ее мысли?
Страница 56 из 120
