Кодекс чести вампира

В Голливуде я не снималась, замуж за нефтяного шейха не выхо­дила и в рядах преступных организаций не состоя­ла, поэтому в такой роскошной машине сидела первый раз. Это был длинный, как змея, лимузин, какие, если верить телевизионным репортажам, даже звезды Голливуда арендуют только на вруче­ние «Оскаров» И тут имелось все, что нужно для жизни человеку — и мини-бар, и телевизор, и те­лефон… Чего я не увидела, так это ванной и унита­за, но они наверняка скрывались под сиденьями. Где-то далеко впереди на водительском месте, от­деленный от салона прозрачной перегородкой, громоздился Али.

Вампир захлопнул за собой дверцу и, вытянув­шись вперед, два раза коротко стукнул набалдаш­ником трости в перегородку. Темная глыба кивну­ла и опустила правую руку к рычагу переключения передач.

Лимузин тронулся с места и поплыл, как оке­анский лайнер по застывшему в мертвом штиле морю. Непостижимое, таинственное явление! Ведь обычно езда в автомобиле по асфальту в окрестно­стях нашего дома чревата для пассажиров морской болезнью и телесными повреждениями.

Мой спутник, одетый не менее вычурно, чем в прошлый раз, — белый смокинг, светло-малиновая рубашка, пурпурная бабочка и такой же поясной жилет, сиреневые перчатки и туфли, — посмотрел на часы. Вообще-то, современный писатель, если он не хочет быть осмеянным прогрессивной общественностью, должен проинформировать читате­лей о марке часов, пробе драгоценного металла, из которого они изготовлены, и, желательно, о количестве бриллиантов, украшающих корпус изделия швейцарских мастеров (о часах, изготовленных в другой стране, даже упоминать неприлично!). Но я, увы, не имела возможности хорошенько рассмотреть вампиров хронометр. Да и не стреми­лась, откровенно говоря, потому что голова моя была занята совсем другими проблемами.

— Опаздываем? — опасливо осведомилась я. Наставления вампира не пошли мне впрок, и я чувствовала себя страшно виноватой, а выглядела, очевидно, совершенно зашуганной, вместо того чтобы считать себя подарком всему свету и смот­реться так же.

— Немного. Но это абсолютно не важно. Да­же, если вдуматься, неплохо. Вначале всегда быва­ет ужасная толчея и суета. Однажды в такой давке у княгини Романовской-Рочдельской украли — или, как у вас теперь говорят, сперли — диадему, усы­панную изумрудами и бриллиантами.

— Ужас какой! — охнула я, непритворно по­трясенная бедственным положением, в которое попала несчастная княгиня.

— Ужас был потом, когда диадему прислали ей обратно в сафьяновом футляре и с приложенным к нему букетом редких орхидей, каждая из которых стоит не меньше пятисот долларов. В футляре кро­ме диадемы лежала открытка, а в открытке было написано: «Сударыня, позвольте выразить вам свое восхищение. Ваша красота столь ослепитель­на, что в ее лучах даже дешевая подделка выглядит драгоценностью» История попала в газеты и на­делала много шума.

— Что-то я ничего не слышала об этом. Мо­жет, оттого, что последнее время почти не читаю газет…

— Даже если бы и читали… Это случилось в прошлом веке. В тридцать каком-то году, да к тому же в Париже.

Вампир засмеялся, показывая крепкие и бе­лые, хотя и не слишком ровные зубы. Наконец-то я смогла как следует рассмотреть его клыки. И бы­ла разочарована — они не торчали, как у хищного животного, и ничем не выделялись на фоне всяких там резцов и моляров.

— А куда мы все-таки едем? — осведомилась я, удовлетворив свое любопытство.

— На Осенний бал вампиров.

Я так и подпрыгнула.

— Ч-что? В-вы хотите с-сказать, что т-там бу­дут од-дни в-в-в…

— Да нет, конечно. Взять, к примеру, вас… Но обычно те из простых смертных, кто попадает на такие балы, понятия не имеют, с кем имеют дело. Иначе нам бы давно пришлось уйти в глухое под­полье.

— А разве сейчас вы не в глухом подполье? Разве вы не боитесь света и не встаете из гробов лишь в темное время суток?

Вампир фыркнул: — Типичный образец неверных представлений о нас! Удивительно, как быстро распространяются и как долго живут глупости! Нет, для вампиров дей­ствительно не слишком приятен солнечный свет, но вампиры все-таки люди, как ни странно сие ут­верждение звучит, и с этим неудобством с давних пор борются. И весьма успешно, должен заметить. Раньше каждый сам придумывал мазь, которую следовало втирать в кожу перед наступлением рас­света. Достать рецепт такой мази было большой удачей, некоторые даже торговали такими рецепта­ми. Ну, а потом люди поставили производство солнцезащитных средств на промышленную осно­ву, и все проблемы решились окончательно. А уж насчет гробов… Не могу сказать, какой дурак пер­вым пустил эту утку, но все мгновенно подхватили ее, и теперь бредовая выдумка претендует на то, чтобы считаться истиной. Не знаю, существовал ли в действительности вампир, спавший в гробу. Чуда­ков полно не только среди людей, но и среди наше­го брата. Просто кому-то показалось очень забав­ным приписать это чудачество всем вампирам без разбору.