До определенного момента репутация — отличная штука. После него она становится мукой. Д. Жуан...
Добавить в моё избранное
207 мин, 57 сек 11647
Гвидо поднялся на ноги и принялся расхаживать взад-вперед.
— Верно, — согласился он. — А теперь предположим, что Ааза взяли ОНИ.
Можете вы придумать лучший способ убрать другую половину пары, чем стукнув вам о беде с вашим партнером, чтобы вы кинулись в какую-то расставленную ими западню? Вся эта комбинация дурно пахнет, Босс. Я не разбираюсь в незнакомых измерениях, но в преступниках-то я разбираюсь. Как только вы шагнете через эту дверь, так сразу станете неподвижной мишенью.
— Вы ВПОЛНЕ высказались?
Даже для моих ушей собственный голос показался мне ледяным, но сейчас я для разнообразия плевал на это.
Гвидо и Маша переглянулись, а затем молча кивнули.
— Отлично. Возможно, вы правы, и я ценю вашу заботу о моем благополучии. ОДНАКО…
Голос мой упал до страшного шипения.
— … что, если вы ошибаетесь? Что, если наша беглянка все-таки говорит правду? Вы все пилили меня за то, что я ничего не делаю для помощи Аазу.
Неужели вы действительно думаете, будто я стану просто сидеть, сложа руки, в то время как моего партнера и друга сжигают за преступление, которого он не совершал… из-за того, что вмешательство МОЖЕТ оказаться опасным для меня?
Огромным усилием я вернул свой тон к норме.
— Через десять минут я отпраляюсь через эту дверь следом за Аазом… и если я иду прямиком в западню, то лучше ей быть покрепче. А теперь, хочет ли кто-нибудь из вас отправиться со мной или мне идти одному?
А. Хичкок.
На самом-то деле прошло больше час, прежде чем мы действительно подготовились к выходу, хотя мне это ожидание показалось куда более долгим.
И все же, даже мне пришлось признать, что отправка в этот поход без надлежащих приготовлений будет не только глупостью, но и прямым самоубийством!
Решено было оставить Нунцио дома, чтобы на базе был кто-то, способный уведомить о происходящем Тананду с Коррешем, когда те вернутся. Незачем говорить, такое поручение отнюдь не привело его в восторг.
— Но мне же полагается быть вашим телохранителем! — возражал он. — Как же мне охранять вас, если я буду сидеть здесь, в то время как вы будете на линии фронта? — Гарантируя, что войска поддержки получат нужные для следования за нами сведения, — ответил я.
Как ни мало мне улыбалось спорить с Нунцио, я все же предпочел бы упереться рогом, сопротивляясь дюжине синдикатских телохранителей, чем быть вынужденным объяснять Тананде и Коррешу, почему их не включили в спасательную миссию.
— Мы могли бы оставить записку.
— Нет.
— Мы могли бы…
— НЕТ! Ты нужен мне ЗДЕСЬ! Так достаточно ясно?
Телохранитель тяжело вздохнул.
— Ладно, Босс. Я буду ошиваться здесь, пока они не появятся, а потом мы втроем…
— Нет! — снова отверг я. — Потом следом за нами отправятся Тананда и Корреш. А ты останешься здесь.
— Но, Босс…
— Потому что если снова появится Мер-Зер со своей командой, то здесь должен быть кто-то, кто даст им понять, что мы — на работе, а не просто отправились в отпуск. Допустим на миг, что нам-таки доведется вернуться, тогда нам понадобится выходной маршрут, и ты будешь здесь гарантировать, что он останется свободным. Только нам еще и не хватало, чтобы домовладельцы вселили нового жильца, пока мы в отъезде… скажем, какого-нибудь вздумавшего заложить дверь кирпичом, пока мы находимся по другую сторону.
Нунцио молча обдумал сказанное.
— А что если вы не вернетесь? — спросил наконец он.
— Этот мост мы сожжем, когда дойдем до него, — вздохнул я. — Но помни, убить нас не так-то легко. По крайней мере, один из нас, вероятно, сумеет вернуться.
— К походу готов, Босс.
Несмотря на отчаянность положения и неотступно поджимающее время, я оказался глядящим на него, разинув рот.
— Что это? — сумел наконец выговорить я.
Гвидо облачился в темное длиннополое пальто и надел широкополую шляпу и солнцезащитные очки.
— Это? Это моя рабочая одежда, — гордо сказал он. — Она не только декоративна, но и функциональна.
— Какая-какая? — Я хочу сказать, что она не только отпугивает народ, но в полушинели полно вот таких вот кармашков, видите? Именно там я и ношу свою амуницию.
— Но…
— Привет, Оторва. Милый у тебя наряд, Гвидо.
— Спасибо! Я как раз рассказывал о нем Боссу.
Маша оделась… или лучше сказать разделась в СВОЮ рабочую одежду.
Короткий жилет выбивался из сил, пытаясь прикрыть ровную часть ее массивного торса, в то время как еще более короткий низ, похоже, готовился вот-вот капитулировать, окончательно проиграв свою битву.
— Мгмм… Маша? — осторожно поинтересовался я. — Я всегда хотел спросить. Почему ты не… мгмм… надеваешь побольше?
— Верно, — согласился он. — А теперь предположим, что Ааза взяли ОНИ.
Можете вы придумать лучший способ убрать другую половину пары, чем стукнув вам о беде с вашим партнером, чтобы вы кинулись в какую-то расставленную ими западню? Вся эта комбинация дурно пахнет, Босс. Я не разбираюсь в незнакомых измерениях, но в преступниках-то я разбираюсь. Как только вы шагнете через эту дверь, так сразу станете неподвижной мишенью.
— Вы ВПОЛНЕ высказались?
Даже для моих ушей собственный голос показался мне ледяным, но сейчас я для разнообразия плевал на это.
Гвидо и Маша переглянулись, а затем молча кивнули.
— Отлично. Возможно, вы правы, и я ценю вашу заботу о моем благополучии. ОДНАКО…
Голос мой упал до страшного шипения.
— … что, если вы ошибаетесь? Что, если наша беглянка все-таки говорит правду? Вы все пилили меня за то, что я ничего не делаю для помощи Аазу.
Неужели вы действительно думаете, будто я стану просто сидеть, сложа руки, в то время как моего партнера и друга сжигают за преступление, которого он не совершал… из-за того, что вмешательство МОЖЕТ оказаться опасным для меня?
Огромным усилием я вернул свой тон к норме.
— Через десять минут я отпраляюсь через эту дверь следом за Аазом… и если я иду прямиком в западню, то лучше ей быть покрепче. А теперь, хочет ли кто-нибудь из вас отправиться со мной или мне идти одному?
Глава 4
Бесполезно пытаться планировать, готовясь к неожиданному… по определению!А. Хичкок.
На самом-то деле прошло больше час, прежде чем мы действительно подготовились к выходу, хотя мне это ожидание показалось куда более долгим.
И все же, даже мне пришлось признать, что отправка в этот поход без надлежащих приготовлений будет не только глупостью, но и прямым самоубийством!
Решено было оставить Нунцио дома, чтобы на базе был кто-то, способный уведомить о происходящем Тананду с Коррешем, когда те вернутся. Незачем говорить, такое поручение отнюдь не привело его в восторг.
— Но мне же полагается быть вашим телохранителем! — возражал он. — Как же мне охранять вас, если я буду сидеть здесь, в то время как вы будете на линии фронта? — Гарантируя, что войска поддержки получат нужные для следования за нами сведения, — ответил я.
Как ни мало мне улыбалось спорить с Нунцио, я все же предпочел бы упереться рогом, сопротивляясь дюжине синдикатских телохранителей, чем быть вынужденным объяснять Тананде и Коррешу, почему их не включили в спасательную миссию.
— Мы могли бы оставить записку.
— Нет.
— Мы могли бы…
— НЕТ! Ты нужен мне ЗДЕСЬ! Так достаточно ясно?
Телохранитель тяжело вздохнул.
— Ладно, Босс. Я буду ошиваться здесь, пока они не появятся, а потом мы втроем…
— Нет! — снова отверг я. — Потом следом за нами отправятся Тананда и Корреш. А ты останешься здесь.
— Но, Босс…
— Потому что если снова появится Мер-Зер со своей командой, то здесь должен быть кто-то, кто даст им понять, что мы — на работе, а не просто отправились в отпуск. Допустим на миг, что нам-таки доведется вернуться, тогда нам понадобится выходной маршрут, и ты будешь здесь гарантировать, что он останется свободным. Только нам еще и не хватало, чтобы домовладельцы вселили нового жильца, пока мы в отъезде… скажем, какого-нибудь вздумавшего заложить дверь кирпичом, пока мы находимся по другую сторону.
Нунцио молча обдумал сказанное.
— А что если вы не вернетесь? — спросил наконец он.
— Этот мост мы сожжем, когда дойдем до него, — вздохнул я. — Но помни, убить нас не так-то легко. По крайней мере, один из нас, вероятно, сумеет вернуться.
— К походу готов, Босс.
Несмотря на отчаянность положения и неотступно поджимающее время, я оказался глядящим на него, разинув рот.
— Что это? — сумел наконец выговорить я.
Гвидо облачился в темное длиннополое пальто и надел широкополую шляпу и солнцезащитные очки.
— Это? Это моя рабочая одежда, — гордо сказал он. — Она не только декоративна, но и функциональна.
— Какая-какая? — Я хочу сказать, что она не только отпугивает народ, но в полушинели полно вот таких вот кармашков, видите? Именно там я и ношу свою амуницию.
— Но…
— Привет, Оторва. Милый у тебя наряд, Гвидо.
— Спасибо! Я как раз рассказывал о нем Боссу.
Маша оделась… или лучше сказать разделась в СВОЮ рабочую одежду.
Короткий жилет выбивался из сил, пытаясь прикрыть ровную часть ее массивного торса, в то время как еще более короткий низ, похоже, готовился вот-вот капитулировать, окончательно проиграв свою битву.
— Мгмм… Маша? — осторожно поинтересовался я. — Я всегда хотел спросить. Почему ты не… мгмм… надеваешь побольше?
Страница 10 из 57
