Получать зарплату в пятницу — всегда плохая примета. Эта мысль промелькнула где-то у меня на периферии, когда я расплатился с барменом двумя тысячными купюрами за несколько «шотов» виски с колой и содовой. На танцполе«Эрмитажа», который был на уровень ниже бара, в ночном угаре веселились несколько сот молодых девушек и парней, которые также как и я забывались, не вспоминали свои проблемы, низкую зарплату, проблемы с парнями/девушками и так далее по списку…
Добавить в моё избранное
8 мин, 27 сек 14668
— наконец, набравшись немного смелости, спросил я.
Водитель молчал. У меня даже возникло ощущение, что он был глухой. Да, я слышал, что бывают и такие таксисты, которым адрес пишут на бумажке. Но, с другой стороны, он же меня вез в правильном направлении. Мы уже практически добрались по Чистопольской до Третьей транспортной дамбы и ехали в сторону Ветеринарного института и по «южке».
Потом мне стало совсем нехорошо. Водитель нехило так гнал свою иномарку по ночной Казани, из-за чего меня начало немного тошнить. Я попросил немного снизить скорость, но с таким же успехом я мог поговорить с бесстрастным «фейсконтрольщиком» на входе в«51-й штат», который просто игнорировал просьбы пропустить тебя в клуб.
Тем временем, водитель стал увеличивать скорость. Я уже практически стал кричать, чтобы он снизил ее и даже тронул его за рубашку с тем самым пятном.
Никакой реакции. Причем, его тело мне показалось чересчур холодным. Это меня напугало еще больше. Однако вскоре он на самом деле снизил скорость и вовсе остановился, прямо посередине дороги. Мы едва проехали под мостом около Компрессорного завода и встали на небольшом подъеме.
Водитель заглушил мотор и продолжал сидеть, на этот раз абсолютно не двигаясь. Признаться честно, тут мне стало на самом деле страшно. Представьте себе, каково это: в чертовски холодной машине, посередине оживленной даже в ночное время трассы сидеть с непонятным водителем, который молчит и разгоняет автомобиль, а потом резко останавливается.
Я попытался как можно скорее покинуть машину. «Сколько я вам должен? Вот 200 рублей, я здесь пешком дойду!» — я протянул водителю деньги. Спереди вновь не последовало никакой реакции, словно я решил дать эти купюры манекену.
Плюнув на деньги, я попытался открыть дверь. Но она была заперта, причем заперта, судя по всему, по хитрой системе блокировки со стороны водителя. Я начал тарабанить по ней, трясти со всей дури и уже всерьез задумывался о том, чтобы сломать стекло, как неожиданно со стороны водителя я заметил какое-то движение.
«Кабзец, он сейчас пистолет достанет и убьет меня нахрен!» — это самая первая и не самая, согласитесь, нелогичная, на тот момент, мысль, которая пришла мне в голову. Но водитель просто поднял правую руку и указательным пальцем явно на что-то показывал. Как и ранее, он сохранял спокойствие.
Когда мысли о том, что я доживаю последние секунды своей маленькой и, наверное, все же никчемной жизни, немного рассеялись, я присмотрелся туда, куда он показывал.
Там, в свете оранжевых городских фонарей, на небольшом заборе, отделяющем тротуар от дороги, что-то поблескивало. Немного присмотревшись, я увидел, что это какая-то блестящая лента, которую ночной ветер немного теребил. Еще приглядевшись, я увидел что-то белое. Когда, наконец, в мой уже перестающий что-либо понимать мозг пришло понимание, в моих глазах все потемнело.
На этом небольшом заборчике висел поминальный венок с черной лентой, отблескивающей позолоченными словами. Чуть ниже висел помятый номер автомобиля, и я готов был дать руку на отсечение, что там был написан номер 223.
Потом водитель, видно, поняв, что я увидел то, на что он показывал, опустил руку и протянул сложенную на правом переднем сидении газету, при этом абсолютно не двигаясь туловищем. В темноте автомобиля было совсем не разобрать, что там написано, но внезапно меня охватил какой-то безбашенный азарт. Мне захотелось понять, что хочет от меня этот загадочный и холодный как январская ночь водитель. Я достал телефон, включил у него дисплей и в отсвете света начал читать.
Да, наверное это было странным: стоя посередине оживленной Южной трассы в загадочной машине читать газету, которую подсунул молчаливый и жутковатый водитель. Несколько раз сзади автомобиля доносились сигналы других машин, которые, наверняка, чудом не врезались в «Субару».
«Смерть на дороге.»
Крупная авария на Южной трассе: водитель, уступивший дорогу женщине с коляской, погиб. В него врезался «КамАЗ».
Как рассказали в ГИБДД Казани, авария произошла в самый разгар январских каникул. Водитель «Субару Импреза» после выезда из-под моста на Компрессорном решил на оживленном участке пропустить женщину, которая пыталась перебежать дорогу с коляской, и резко затормозил. Его маневр стал полной неожиданностью для водителя следующего за ним на скорости около 80 км/ч«КамАЗа», и грузовик буквально протаранил остановившуюся японскую иномарку. Иномарка от удара наехала на женщину, лишь чудом не задев коляску. Водитель, который был единственным пассажиром, погиб, женщина скончалась в машине «Скорой помощи». Сейчас выясняются все подробности произошедшего, а также дознаватели определяют виновника ДТП«.»
Я обмер и отложил в сторону газету. Водитель продолжал сидеть, абсолютно не двигаясь.
Водитель молчал. У меня даже возникло ощущение, что он был глухой. Да, я слышал, что бывают и такие таксисты, которым адрес пишут на бумажке. Но, с другой стороны, он же меня вез в правильном направлении. Мы уже практически добрались по Чистопольской до Третьей транспортной дамбы и ехали в сторону Ветеринарного института и по «южке».
Потом мне стало совсем нехорошо. Водитель нехило так гнал свою иномарку по ночной Казани, из-за чего меня начало немного тошнить. Я попросил немного снизить скорость, но с таким же успехом я мог поговорить с бесстрастным «фейсконтрольщиком» на входе в«51-й штат», который просто игнорировал просьбы пропустить тебя в клуб.
Тем временем, водитель стал увеличивать скорость. Я уже практически стал кричать, чтобы он снизил ее и даже тронул его за рубашку с тем самым пятном.
Никакой реакции. Причем, его тело мне показалось чересчур холодным. Это меня напугало еще больше. Однако вскоре он на самом деле снизил скорость и вовсе остановился, прямо посередине дороги. Мы едва проехали под мостом около Компрессорного завода и встали на небольшом подъеме.
Водитель заглушил мотор и продолжал сидеть, на этот раз абсолютно не двигаясь. Признаться честно, тут мне стало на самом деле страшно. Представьте себе, каково это: в чертовски холодной машине, посередине оживленной даже в ночное время трассы сидеть с непонятным водителем, который молчит и разгоняет автомобиль, а потом резко останавливается.
Я попытался как можно скорее покинуть машину. «Сколько я вам должен? Вот 200 рублей, я здесь пешком дойду!» — я протянул водителю деньги. Спереди вновь не последовало никакой реакции, словно я решил дать эти купюры манекену.
Плюнув на деньги, я попытался открыть дверь. Но она была заперта, причем заперта, судя по всему, по хитрой системе блокировки со стороны водителя. Я начал тарабанить по ней, трясти со всей дури и уже всерьез задумывался о том, чтобы сломать стекло, как неожиданно со стороны водителя я заметил какое-то движение.
«Кабзец, он сейчас пистолет достанет и убьет меня нахрен!» — это самая первая и не самая, согласитесь, нелогичная, на тот момент, мысль, которая пришла мне в голову. Но водитель просто поднял правую руку и указательным пальцем явно на что-то показывал. Как и ранее, он сохранял спокойствие.
Когда мысли о том, что я доживаю последние секунды своей маленькой и, наверное, все же никчемной жизни, немного рассеялись, я присмотрелся туда, куда он показывал.
Там, в свете оранжевых городских фонарей, на небольшом заборе, отделяющем тротуар от дороги, что-то поблескивало. Немного присмотревшись, я увидел, что это какая-то блестящая лента, которую ночной ветер немного теребил. Еще приглядевшись, я увидел что-то белое. Когда, наконец, в мой уже перестающий что-либо понимать мозг пришло понимание, в моих глазах все потемнело.
На этом небольшом заборчике висел поминальный венок с черной лентой, отблескивающей позолоченными словами. Чуть ниже висел помятый номер автомобиля, и я готов был дать руку на отсечение, что там был написан номер 223.
Потом водитель, видно, поняв, что я увидел то, на что он показывал, опустил руку и протянул сложенную на правом переднем сидении газету, при этом абсолютно не двигаясь туловищем. В темноте автомобиля было совсем не разобрать, что там написано, но внезапно меня охватил какой-то безбашенный азарт. Мне захотелось понять, что хочет от меня этот загадочный и холодный как январская ночь водитель. Я достал телефон, включил у него дисплей и в отсвете света начал читать.
Да, наверное это было странным: стоя посередине оживленной Южной трассы в загадочной машине читать газету, которую подсунул молчаливый и жутковатый водитель. Несколько раз сзади автомобиля доносились сигналы других машин, которые, наверняка, чудом не врезались в «Субару».
«Смерть на дороге.»
Крупная авария на Южной трассе: водитель, уступивший дорогу женщине с коляской, погиб. В него врезался «КамАЗ».
Как рассказали в ГИБДД Казани, авария произошла в самый разгар январских каникул. Водитель «Субару Импреза» после выезда из-под моста на Компрессорном решил на оживленном участке пропустить женщину, которая пыталась перебежать дорогу с коляской, и резко затормозил. Его маневр стал полной неожиданностью для водителя следующего за ним на скорости около 80 км/ч«КамАЗа», и грузовик буквально протаранил остановившуюся японскую иномарку. Иномарка от удара наехала на женщину, лишь чудом не задев коляску. Водитель, который был единственным пассажиром, погиб, женщина скончалась в машине «Скорой помощи». Сейчас выясняются все подробности произошедшего, а также дознаватели определяют виновника ДТП«.»
Я обмер и отложил в сторону газету. Водитель продолжал сидеть, абсолютно не двигаясь.
Страница 2 из 3
