Принц наклонился и коснулся её шеи кончиками пальцев. Холодная, как лед — ни намека на пульс. Принц почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота, заставляя его сжимать зубы и бороться с желанием отвернуться…
Добавить в моё избранное
11 мин, 4 сек 14520
Хрусталь искажал очертания Белоснежки — они казались ненормально ломанными, страшными, неприятными. Принцу хотелось сесть на коня, который нервно постукивал копытами неподалеку, пришпорить его что есть силы и поскорее унестись куда-то подальше.
Гномы тихо переговаривались. Принц не знал, чего они ожидают — они просто смотрели на него маленькими злыми глазками и шушукались — монотонно, глухо.
Кто же знал, что он не успеет?
Вообще-то, Принц Белоснежку не любил. Принц любил служанок и проституток из красного квартала, вот только за проституток и служанок не давали царство в приданое, и на приемах при дворе с ними не особо-то пощеголяешь. Поэтому Принц, услышав о принцессе, которую нужно то ли спасти, то ли защитить, тут же бросился её искать.
Но не успел.
Белоснежка умерла всего лишь вчера вечером, и выглядела так, словно просто уснула в хрустальном гробу. Гномы вокруг были уверены в том, что так оно и есть — поэтому возбужденно сгрудились рядом с Принцем, по очереди заглядывая в безразличное лицо Белоснежки. Принц знал, что она мертва — её кожа выглядела слишком тонкой, кости выпирали, чуть ли не пронзая её насквозь, а глаза впали так сильно, что Принц сомневался, закрыты они или нет.
И это было жутко.
Принц знал, что еще немного, и она начнет пахнуть. От неё уже немного несло чем-то сладковатым и вязким — поэтому Принц отстранился.
— Мне очень жаль, — слова срывались с губ как-то казенно, сами собой, — я ничего не могу сделать.
Гномы заволновались, заговорили все разом:
— Как же… — Принцесса… — Белоснежка… Принц нахмурился и вскочил на лошадь. Гномы мешались под ногами, но он не обращал внимание. Труп принцессы в хрустальном гробу действовал на него как-то уж очень странно — чем дольше он на неё смотрел, тем сильнее ему казалось, что она вот-вот, вот-вот… Вот-вот откроет глаза.
У ручья было спокойно и тихо, вода журчала, заполняя этим умиротворенным и чистым журчанием все вокруг. Принц умылся холодной водой трижды, но запаха гниения это не перебило, и Принц понял, что его все еще немного трясет.
Принц напился воды, съел последнюю краюху хлеба и задремал, подложив под голову сумку. Ему снился хрустальный гроб, и Белоснежка, лежащая в нем, загадочно улыбалась, глотая мух, что заползали ей в рот сквозь синюшные губы. Когда Принц проснулся, перед ним сидел Старик.
Старик выглядел странно — его глаза были белыми, как у слепца, ноздри раздувались, будто бы он хотел что-то учуять, словно дикий зверь. Одет в лохмотья, немыт и истощен, он сидел и смотрел слепыми глазами прямо на Принца.
Принц подскочил.
— Сиди, сиди, — Старик улыбнулся, обнажая пеньки сгнивших зубов, — не пугайся.
— Вы кто и зачем здесь? — Принц подобрался, раздумывая, успеет ли дотянуться до меча, — Если нищий и милостыню просить пришли, то берите и идите с Богом. А если грабить вздумали… Старик хрипло рассмеялся. Будто бы старая карета по дороге скачет, разваливаясь на части.
— Эх, Принц, — Старик покачал головой, — Ничего ты мне не дашь, чего у меня еще нет, а вот я тебе помочь могу.
— И чем же? — настала очередь Принца смеяться. Очевидно, Старик был совсем сумасшедшим.
— Хочешь Белоснежку? — ухмыльнулся Старик, — И земли, и Королевство, и славу, и победу над Злой Королевой?
По спине Принца прошел холодок, будто бы из леса снова повеяло сладковатой мертвой гнилью. Старик замер в ожидании, глядя на Принца слепыми глазами и даже не собираясь смеяться собственной шутке.
— Белоснежка мертва, — неуверенно произнес Принц.
— Белоснежка — да, — искренне улыбнулся Старик, — но я могу вернуть вместо неё кого-то еще.
— Ты сумасшедший, — Принц встал с места, поднимая сумку и отряхивая её от травинок и земли, — оттуда не возвращаются, нет такой магии.
Старик рассмеялся, вставая с места неожиданно легко, будто бы ему было лет восемнадцать, и положил руку на плечо Принца. Руки Принц не ощутил — только легкий, пугающий холодок на коже.
— Если не вернется принцесса с того света, получишь три сундука с алмазами и пять с золотом. Если вернется — женишься на ней, будешь делить с ней ложе и делать все, чего она пожелает.
— Да нет у тебя таких денег, сумасшедший, — Принц рассмеялся, вскакивая на лошадь и окончательно избавляясь от липкого страха, — иди себе с миром.
Старик прищурился, и позади Принца что-то громко щелкнуло. Тот развернул лошадь.
У озера стояли восемь огромных сундуков.
Старик улыбнулся, дважды моргнув слепыми глазами.
Губы Белоснежки были холодными, практически бесцветными и твердыми, и Принц тут же отстранился, ощущая новый приступ тошноты. Гномы ахнули, наблюдая за ним, но не ушли, только чуть отступив назад.
Секунду ничего не происходило. Белоснежка была мертвее мертвой, и запах гнили все никуда не девался, став еще сильнее.
Гномы тихо переговаривались. Принц не знал, чего они ожидают — они просто смотрели на него маленькими злыми глазками и шушукались — монотонно, глухо.
Кто же знал, что он не успеет?
Вообще-то, Принц Белоснежку не любил. Принц любил служанок и проституток из красного квартала, вот только за проституток и служанок не давали царство в приданое, и на приемах при дворе с ними не особо-то пощеголяешь. Поэтому Принц, услышав о принцессе, которую нужно то ли спасти, то ли защитить, тут же бросился её искать.
Но не успел.
Белоснежка умерла всего лишь вчера вечером, и выглядела так, словно просто уснула в хрустальном гробу. Гномы вокруг были уверены в том, что так оно и есть — поэтому возбужденно сгрудились рядом с Принцем, по очереди заглядывая в безразличное лицо Белоснежки. Принц знал, что она мертва — её кожа выглядела слишком тонкой, кости выпирали, чуть ли не пронзая её насквозь, а глаза впали так сильно, что Принц сомневался, закрыты они или нет.
И это было жутко.
Принц знал, что еще немного, и она начнет пахнуть. От неё уже немного несло чем-то сладковатым и вязким — поэтому Принц отстранился.
— Мне очень жаль, — слова срывались с губ как-то казенно, сами собой, — я ничего не могу сделать.
Гномы заволновались, заговорили все разом:
— Как же… — Принцесса… — Белоснежка… Принц нахмурился и вскочил на лошадь. Гномы мешались под ногами, но он не обращал внимание. Труп принцессы в хрустальном гробу действовал на него как-то уж очень странно — чем дольше он на неё смотрел, тем сильнее ему казалось, что она вот-вот, вот-вот… Вот-вот откроет глаза.
У ручья было спокойно и тихо, вода журчала, заполняя этим умиротворенным и чистым журчанием все вокруг. Принц умылся холодной водой трижды, но запаха гниения это не перебило, и Принц понял, что его все еще немного трясет.
Принц напился воды, съел последнюю краюху хлеба и задремал, подложив под голову сумку. Ему снился хрустальный гроб, и Белоснежка, лежащая в нем, загадочно улыбалась, глотая мух, что заползали ей в рот сквозь синюшные губы. Когда Принц проснулся, перед ним сидел Старик.
Старик выглядел странно — его глаза были белыми, как у слепца, ноздри раздувались, будто бы он хотел что-то учуять, словно дикий зверь. Одет в лохмотья, немыт и истощен, он сидел и смотрел слепыми глазами прямо на Принца.
Принц подскочил.
— Сиди, сиди, — Старик улыбнулся, обнажая пеньки сгнивших зубов, — не пугайся.
— Вы кто и зачем здесь? — Принц подобрался, раздумывая, успеет ли дотянуться до меча, — Если нищий и милостыню просить пришли, то берите и идите с Богом. А если грабить вздумали… Старик хрипло рассмеялся. Будто бы старая карета по дороге скачет, разваливаясь на части.
— Эх, Принц, — Старик покачал головой, — Ничего ты мне не дашь, чего у меня еще нет, а вот я тебе помочь могу.
— И чем же? — настала очередь Принца смеяться. Очевидно, Старик был совсем сумасшедшим.
— Хочешь Белоснежку? — ухмыльнулся Старик, — И земли, и Королевство, и славу, и победу над Злой Королевой?
По спине Принца прошел холодок, будто бы из леса снова повеяло сладковатой мертвой гнилью. Старик замер в ожидании, глядя на Принца слепыми глазами и даже не собираясь смеяться собственной шутке.
— Белоснежка мертва, — неуверенно произнес Принц.
— Белоснежка — да, — искренне улыбнулся Старик, — но я могу вернуть вместо неё кого-то еще.
— Ты сумасшедший, — Принц встал с места, поднимая сумку и отряхивая её от травинок и земли, — оттуда не возвращаются, нет такой магии.
Старик рассмеялся, вставая с места неожиданно легко, будто бы ему было лет восемнадцать, и положил руку на плечо Принца. Руки Принц не ощутил — только легкий, пугающий холодок на коже.
— Если не вернется принцесса с того света, получишь три сундука с алмазами и пять с золотом. Если вернется — женишься на ней, будешь делить с ней ложе и делать все, чего она пожелает.
— Да нет у тебя таких денег, сумасшедший, — Принц рассмеялся, вскакивая на лошадь и окончательно избавляясь от липкого страха, — иди себе с миром.
Старик прищурился, и позади Принца что-то громко щелкнуло. Тот развернул лошадь.
У озера стояли восемь огромных сундуков.
Старик улыбнулся, дважды моргнув слепыми глазами.
Губы Белоснежки были холодными, практически бесцветными и твердыми, и Принц тут же отстранился, ощущая новый приступ тошноты. Гномы ахнули, наблюдая за ним, но не ушли, только чуть отступив назад.
Секунду ничего не происходило. Белоснежка была мертвее мертвой, и запах гнили все никуда не девался, став еще сильнее.
Страница 1 из 3
