Подземка

Медсестра довела меня до двери в конце коридора и отдала в распоряжении уже сурового санитара. Тот кивнул мне и повёл опять же по коридору, но уже не такому длинному, как предыдущий, да и свет здесь бил не так ярко. Если в первом коридоре было тихо, то в этом стоял гул голосов. Здесь содержались тихие больные, которые не представляли угрозы и могли общаться друг с другом. Я смотрел на этих бедных людей, которые были похожи на маленьких детей и искренне жалел их. Кто-то ползал на земле, кто-то играл, кто просто сидел на одном месте, уставившись в стену. Именно в такой позе я нашёл и его.

Ему, наверное, не больше сорока, а выглядит на все шестьдесят. Его лицо избороздили тонкие паутинки морщин, большой нос резко выделялся на фоне маленьких голубых глаз, в которых ещё немного теплился разум. Тонкие губы плотно сжаты, словно мужчина воды в рот набрал. Я сел напротив него на стул, нас разделял только стол, и посмотрел на него. Тот поначалу не обращал на меня никакого внимания, а затем, словно бы очнувшись, поглядел на меня.

— Здравствуйте, Владимир, — сказал я ему.

— Я… — Знаю, — буркнул мужчина густым басом.

— Газеты мне дают читать. За месяц пропало пятеро детишек. Бедняжки, — он уныло покачал головой и спросил:

— А от меня чего надо?

За восемь лет он явно подзабыл правила хорошего тона.

— Помощь.

— Помощь? Ага, как же! Вы же сюда меня запихнули и вы же теперь просите помощи, — сказал Владимир.

— Нет, — ответил я.

— Я пришёл сюда по собственной инициативе. Меня никто не посылал.

— Да неужто? — он подозрительно оглядел меня.

— И что я могу сделать?

Он не походил на сумасшедшего. Наоборот, он был похож на почтенного профессора, которому надо бы преподавать в университете, а не сидеть тут вместе с больными пациентами, которые ползали по полу, словно дети.

— Восемь лет назад уже были такие случаи и вы вели те дела.

— Десять детей пропали без вести и больше их никто и никогда не видел. Десять детей, все разного возраста, пола, национальности. Ничего их не связывало, никакие ниточки. Их родителя никогда друг друга не знали, многие недавно приехали из других городов.

Я понимал его. Он тяжело переживал за судьбу тех детей, которых должен был, но не смог спасти.

— Вы сказали, что… — Что похититель — не человек. Да, я до сих пор так считаю, — ответил он гордо.

— Почему вы в этом так уверены?

— Я видел его, — сказал он дрогнувшим голосом.

— Этого похитителя?

— Да.

— И?

— Он не человек. Я уже вам сказал. Описывать вам я его не буду, — сказал он твёрдо.

— А что ему было нужно? Он ничего вам не говорил?

Владимир помолчал некоторое время, глядя на играющих пациентов. Потом повернулся ко мне и сказал:

— Это будет продолжаться и никто ему не помешает.

Когда я вышел оттуда, вопросов у меня стало ещё больше, а я даже толком ничего не узнал. Можно ли ему верить? Сверхъестественные силы похищают детей: бред какой-то. Но факты говорили сами за себя: пропало пятеро детей и никаких зацепок, свидетелей. Так же было и восемь лет назад.

Мои размышления прервал звонок мобильного. Я поднял трубку.

— Макс! — крикнул мне в трубку Вадим.

— Девочку видели!

— Где? — спросил я, вздрогнув от неожиданности.

— У старой ветки метро, — он назвал мне точный адрес.

— Идём туда, проверим.

— Хорошо, я там буду.

Я сел в свою видавшие виды «Тойоту», завёл мотор и отправился по адресу. Через тридцать минут езды я прибыл на место. Жутковатое местечко: заброшенная станция метро, темно, сыро, холодно. Метрах в ста отсюда слышалась дорога и было видно редких прохожих даже в разгар дня. Меня ждали Вадим и Денис.

— Девочку видели, как она шла в этом направлении. Свидетелей уже допрашивают, — сообщил мне Вадим.

— Спустимся?

Я посмотрел на зловещую арку, которая приглашала спуститься вниз в свои недра. И что там могло привлечь девочку? Вниз вела старая ржавая лестница, видимость была не далее трёх ступенек, дальше — сплошная темнота. Денис достал фонарики, раздал нам и мы стали медленно спускаться вниз, держась друг друга. Не люблю я самодеятельность, но ждать подкрепления не хотелось.

Как только мы спустились почти наполовину, мы сразу же ощутили промозглый холод, который окутывает со всех сторон, проникает повсюду. Футболка под курткой неприятно вспотела и теперь от холода прилипла к спине. Что-то зловещее было в этом месте. Трое здоровых мужиков боятся спуститься туда, а девочка преспокойно спустилась.

Фонарь плохо рассеивал темноту. Мы спускались всё ниже и ниже, а видимость становилась всё хуже. Вдруг мой фонарь осветил что-то тёмное и это что-то резко скрылось в темноте.