Сначала было весело. Ярко-красная «девятка» летела по освещенной огнями города трассе, нарушая всевозможные правила движения, которые, как известно, существовали только для кретинов. Вслед«девятке» неслись гневные гудки и отборный мат водителей, но Тонечке, как впрочем и двум ее пассажиркам, это только добавляло адреналина. Кровь, подогретая текилой, бурлила и требовала все новых порций«допинга»…
Добавить в моё избранное
8 мин, 52 сек 7042
— Тоо-онечка-а-а! — хором верещали подруги с заднего сиденья, отбирая друг у друга бутылку с ликером.
— Какая ты у нас клевая! С днем рождения тебя-а-а… Тонечка хохотала, наслаждаясь ощущением праздника, сладкого дурмана в крови, и пьянящей, шальной свободы. Когда впереди словно ниоткуда появилась белая машина, лихачка даже не успела испугаться. Все, что запомнилось дальше — страшный грохот, скрежет сминающегося металла, истошный визг подружек с заднего сиденья… потом провал.
Девушка лежала на холодном асфальте, чувствуя нестерпимую боль во всем теле. Рот быстро наполнялся теплой соленой влагой. Тоня хотела выплюнуть ее, но не смогла даже повернуть голову. Откуда-то издалека доносились всхлипывания женщины, постоянно повторявшей:
— Левушка, господи, Левочка! Да как же так… мальчик мой, родненький! Пустите меня, это мой ребенок, слышите?!
Левушка, не-е-ет!
Кровь заполняла горло, не давая сделать вдох. Перед глазами плавали яркие разноцветные пятна, похожие на праздничный феерверк. Сегодня они с девчонками будут запускать салют на даче, ведь не каждый день исполняется восемнадцать лет! Но куда подевалась Динка? И Ладки не видно, наверное решили устроить ей сюрприз! Только как они вышли из машины на полном ходу?!
Тонечка попыталась шевельнуться, и в то же мгновение тело рванула такая чудовищная боль, что девушка тут же потеряла сознание.
Холодно. Очень холодно. Голова так болит, что страшно открыть глаза. Где-то рядом капает вода, звук разбивающихся капель отдается гулким эхом. Под затылком что-то жесткое, похожее на камень. Но откуда камни взялись в ее комнате? Или она не у себя дома? Точно, вчера девчонки уговорили ее поехать на дачу, отпраздновать день рождения по-взрослому! Так она на даче? Наверное, перебрала, и заснула прямо на крыльце, значит девчонки должны быть где-то рядом.
— Ладка? — Тонечка с трудом разжала пересохшие губы. Головная боль тут же усилилась в несколько раз. Никто не отозвался. Изо всех сил сжимая пальцами виски, как будто это могло чем-то помочь, Тоня открыла глаза и попыталась сесть. Тут же сердце сжала ледяная рука.
Она была не на даче.
В панике оглядываясь по сторонам, Тонечка обшаривала взглядом высокие каменные стены. Вокруг полумрак, но можно разглядеть, что кроме этих стен в огромном пустом здании нет ничего. Под ногами такой же каменный пол, противно холодящий босые ступни. Только теперь Тоня заметила, что обнажена. Тело сотрясала крупная дрожь. Обхватив себя руками, девушка начала медленно обходить помещение. Ничего. Шершавые, холодные стены. Где-то капает вода. Тонечка пошла на раздражающий звук, и скоро наткнулась на обломок ржавой трубы, нелепо торчащий из серого камня.
Из обломка сочилась мутная вода, капли звучно шлепались о каменный пол. Тоня протянула руку, и капля упала ей на ладонь. Отвратительно холодная и маслянистая, будто и не вода вовсе. Тонечка брезгливо отряхнула руку и пошла дальше. Тишина давила на мозг, сводя с ума. Голова уже почти не болела, но тело окоченело от сырого холода. Наконец, сбоку в стене открылся проход. Перешагнув через невысокий каменный порог, Тонечка осторожно двинулась по широкому каменному коридору. Вокруг царил все тот же серый полумрак.
— Ладка, Динка, вы здесь? — негромко окликнула девушка, стараясь не касаться холодных стен коридора. Сначала ей ответило лишь эхо, затем откуда-то издалека донесся звук, похожий на жалобное поскуливание. Тоня замерла, прислушиваясь. Звук повторился, теперь к нему прибавился еще один, словно по полу волочилось что-то тяжелое. Неожиданно Тонечке стало неимоверно жутко. То что приближалось к ней, судя по звукам явно не могло быть нормальным человеком.
Девушка хотела броситься назад по коридору, но не успела. Из полумрака ей навстречу уже выползало нечто.
Существо лишь отдаленно напоминало человека. Серая дряблая кожа, лишенная волос голова и две тощие руки, упорно волокущие по полу заднюю часть. Когда Тонечка разглядела, что из себя представляет эта часть, сознание помутилось от ужаса. Туловище мутанта намертво срослось с синюшным телом огромной, чудовищно распухшей женщины. Раздутая голова со стуком волочилась по каменному полу.
Уродец с натужным хрипом подполз ближе к Тонечке, и разевая беззубый рот, от которого несло гнилью, жалобно завыл. Тоня содрогнулась. Вместо глаз у мерзкого существа поперек лица шел огромный рубец. Монстр, продолжая завывать, вытянул костлявую руку, и попытался коснуться девушки.
— Убирайся! — взвизгнула Тонечка, отскакивая прочь.
— Не могу я тебе ничем помочь, понятно?! Не смей меня трогать!
Уродец захныкал, точно обиженный ребенок. Неожиданно, распухшая женщина, которую Тоня сочла мертвой, зашевелилась и открыла мутные слепые глаза. Урод тоненько взвизгнул и заскреб ручонками по полу, словно пытаясь сбежать от своей жуткой половины. Синюшная туша подняла голову и широко открыв рот с остатками гнилых зубов, завопила.
— Какая ты у нас клевая! С днем рождения тебя-а-а… Тонечка хохотала, наслаждаясь ощущением праздника, сладкого дурмана в крови, и пьянящей, шальной свободы. Когда впереди словно ниоткуда появилась белая машина, лихачка даже не успела испугаться. Все, что запомнилось дальше — страшный грохот, скрежет сминающегося металла, истошный визг подружек с заднего сиденья… потом провал.
Девушка лежала на холодном асфальте, чувствуя нестерпимую боль во всем теле. Рот быстро наполнялся теплой соленой влагой. Тоня хотела выплюнуть ее, но не смогла даже повернуть голову. Откуда-то издалека доносились всхлипывания женщины, постоянно повторявшей:
— Левушка, господи, Левочка! Да как же так… мальчик мой, родненький! Пустите меня, это мой ребенок, слышите?!
Левушка, не-е-ет!
Кровь заполняла горло, не давая сделать вдох. Перед глазами плавали яркие разноцветные пятна, похожие на праздничный феерверк. Сегодня они с девчонками будут запускать салют на даче, ведь не каждый день исполняется восемнадцать лет! Но куда подевалась Динка? И Ладки не видно, наверное решили устроить ей сюрприз! Только как они вышли из машины на полном ходу?!
Тонечка попыталась шевельнуться, и в то же мгновение тело рванула такая чудовищная боль, что девушка тут же потеряла сознание.
Холодно. Очень холодно. Голова так болит, что страшно открыть глаза. Где-то рядом капает вода, звук разбивающихся капель отдается гулким эхом. Под затылком что-то жесткое, похожее на камень. Но откуда камни взялись в ее комнате? Или она не у себя дома? Точно, вчера девчонки уговорили ее поехать на дачу, отпраздновать день рождения по-взрослому! Так она на даче? Наверное, перебрала, и заснула прямо на крыльце, значит девчонки должны быть где-то рядом.
— Ладка? — Тонечка с трудом разжала пересохшие губы. Головная боль тут же усилилась в несколько раз. Никто не отозвался. Изо всех сил сжимая пальцами виски, как будто это могло чем-то помочь, Тоня открыла глаза и попыталась сесть. Тут же сердце сжала ледяная рука.
Она была не на даче.
В панике оглядываясь по сторонам, Тонечка обшаривала взглядом высокие каменные стены. Вокруг полумрак, но можно разглядеть, что кроме этих стен в огромном пустом здании нет ничего. Под ногами такой же каменный пол, противно холодящий босые ступни. Только теперь Тоня заметила, что обнажена. Тело сотрясала крупная дрожь. Обхватив себя руками, девушка начала медленно обходить помещение. Ничего. Шершавые, холодные стены. Где-то капает вода. Тонечка пошла на раздражающий звук, и скоро наткнулась на обломок ржавой трубы, нелепо торчащий из серого камня.
Из обломка сочилась мутная вода, капли звучно шлепались о каменный пол. Тоня протянула руку, и капля упала ей на ладонь. Отвратительно холодная и маслянистая, будто и не вода вовсе. Тонечка брезгливо отряхнула руку и пошла дальше. Тишина давила на мозг, сводя с ума. Голова уже почти не болела, но тело окоченело от сырого холода. Наконец, сбоку в стене открылся проход. Перешагнув через невысокий каменный порог, Тонечка осторожно двинулась по широкому каменному коридору. Вокруг царил все тот же серый полумрак.
— Ладка, Динка, вы здесь? — негромко окликнула девушка, стараясь не касаться холодных стен коридора. Сначала ей ответило лишь эхо, затем откуда-то издалека донесся звук, похожий на жалобное поскуливание. Тоня замерла, прислушиваясь. Звук повторился, теперь к нему прибавился еще один, словно по полу волочилось что-то тяжелое. Неожиданно Тонечке стало неимоверно жутко. То что приближалось к ней, судя по звукам явно не могло быть нормальным человеком.
Девушка хотела броситься назад по коридору, но не успела. Из полумрака ей навстречу уже выползало нечто.
Существо лишь отдаленно напоминало человека. Серая дряблая кожа, лишенная волос голова и две тощие руки, упорно волокущие по полу заднюю часть. Когда Тонечка разглядела, что из себя представляет эта часть, сознание помутилось от ужаса. Туловище мутанта намертво срослось с синюшным телом огромной, чудовищно распухшей женщины. Раздутая голова со стуком волочилась по каменному полу.
Уродец с натужным хрипом подполз ближе к Тонечке, и разевая беззубый рот, от которого несло гнилью, жалобно завыл. Тоня содрогнулась. Вместо глаз у мерзкого существа поперек лица шел огромный рубец. Монстр, продолжая завывать, вытянул костлявую руку, и попытался коснуться девушки.
— Убирайся! — взвизгнула Тонечка, отскакивая прочь.
— Не могу я тебе ничем помочь, понятно?! Не смей меня трогать!
Уродец захныкал, точно обиженный ребенок. Неожиданно, распухшая женщина, которую Тоня сочла мертвой, зашевелилась и открыла мутные слепые глаза. Урод тоненько взвизгнул и заскреб ручонками по полу, словно пытаясь сбежать от своей жуткой половины. Синюшная туша подняла голову и широко открыв рот с остатками гнилых зубов, завопила.
Страница 1 из 3
