Считалка

Зовут меня Александра. И все, что я перечислила выше, написано мною отнюдь не для красного словца. Это всего лишь начало списка… списка страхов, преследующих меня в последние дни. «Чокнутая!» — думаете вы и наверняка сейчас брезгливо морщитесь. Нет-нет, моя крыша на месте, во всяком случае — пока. Я нормальная, здоровая физически и душевно, семнадцатилетняя девица. Я не употребляю наркотиков, занимаюсь волейболом, а совсем недавно успешно сдала вступительные экзамены в вуз. Я не фантазерка и не любительница глупых розыгрышей. Я… я пишу все это лишь потому, что боюсь умереть, не предупредив никого об опасности.

Мы с родителями живем на самой что ни на есть окраине города, наша улица так и называется — Окраина. Кому-то не понять, но лично мне нравится: у нас здесь тихо, уютно, а если перейти через дорогу, попадешь в настоящий лес. Жителей на нашей маленькой улочке немного, молодежь и подавно по пальцам можно пересчитать. Но, тем не менее, у меня есть… была… дружная и веселая компания.

Нас было пятеро: два парня и три девочки. Выпускники одного детского сада и одной школы, соседи и просто хорошие друзья. Умная и целеустремленная Вероника, отличница, активистка, бессменная староста класса — мозг нашей компашки. Красавица Наташа, в золотистые кудряшки и зеленые глаза которой была влюблена чуть ли не вся мужская половина учащихся нашей школы, да и некоторые молодые мужчины-учителя — тоже. Неразлучные друзья Вовка и Виталик. Первый — добродушный здоровяк, не очень любящий учиться и мечтающий стать звездой футбола, второй — безнадежный романтик и весьма талантливый художник. Ну, и я, Саша… Все началось совсем недавно, сразу после выпускных экзаменов. Мы с Никой и мальчишками сидели у Наташкиного подъезда и ждали, когда наша Мисс Мира соизволит выйти на прогулку. Вот наконец раздался писк домофона, и в дверях нарисовалась Ната. Как всегда, красивая, но какая-то озадаченная:

— Ваших рук дело? — вместо «здрасьте» возмущенно произнесла подруга, вытащив из кармана своей джинсовой юбки какую-то бумажку.

— А что это? — вопросом на вопрос ответила Вероника.

— А что это? — Наташка ехидно передразнила ее.

— Можно подумать, ты не в курсе! Уж наверняка без тебя тут не обошлось.

Пока девчонки спорили, невозмутимый Вовка взял из Натиных рук листок бумаги, из-за которого, собственно, и начался весь сыр-бор, не торопясь развернул его и нараспев, своим фирменным густым басом, принялся читать:

- Тонкий человек хочет поиграть, Тонкий человек вас идет искать.

Тонкий человек, он на всех сердит, Тонкий человек никогда не спит.

Тонкий человек руки протянул, Тонкий человек птиц ночных спугнул.

Тонкий человек… Как настанет ночь… Тонкий человек… Убегайте прочь!

Тонкий человек приоткроет дверь, Тонкий человек очень зол, поверь.

Тонкий человек за тобой пришел, Тонкий человек… он ТЕБЯ нашел!

— Пушкин? — хихикнул Виталик.

— Или нет… дайте угадаю… Блок?

— Больше на Шекспира похоже, — вклинилась я, — что-то из «Ромео и Джульетты», да?

В тот вечер мы еще долго упражнялись в остроумии и уверяли разъяренную Наташку, что не мы бросили в ее почтовый ящик эту неряшливо написанную от руки белиберду. Считалка хоть и выглядела глупенькой и безобидной, но все же впечатление оставляла неприятное, жутковатое даже. Разумеется, она вскоре забылась бы, если б через два дня, в ночь с пятницы на субботу, меня не разбудил звонок мобильного телефона.

— Саш… — глотая слезы, полушептала Ната.

— Саш… я видела… его… человека… тонкого… — Кого-кого?

— Человек… считалочка… — Эй, ты там пьяная что ли?

— Да нет же!

Поняв, что подруга действительно очень взволнована, и кроме бессмысленного набора слов от нее сейчас ничего не добиться, я кое-как уговорила ее лечь спать с условием: завтра с утра пораньше нагряну к ней в гости. Как выяснилось, в пятницу вечером она была в кино с очередным ухажером. Фильм закончился поздно, и парень привез Наташу домой только в первом часу ночи.

— Я попросила Пашу высадить меня на дороге, — руки ее, державшие чашку с утренним чаем, все еще дрожали, — хотела пройтись до дома пешком и покурить. Вылезла из машины, достала сигарету. Топаю себе потихоньку, никого не трогаю, и тут вижу — со стороны леса, на обочине, стоит человек. Ну, я напряглась, конечно: мало ли, грабитель или еще что похуже… Ускорила шаг. Иду, а сама краем глаза смотрю на этого товарища и все думаю: что-то ведь в нем не так. До дома шагов десять оставалось, и тут мое любопытство взяло верх. Я повернула голову в его сторону… Ей-богу, Сань, лучше б я этого не делала… -?

— Это был высокий, очень высокий мужчина, безобразно худой для своего роста. Одежда темная, только сверху что-то белое выглядывало — похоже, рубашка. Лицо… странно, но я его совсем не разглядела, хотя в целом видела этого человека достаточно хорошо.