Егор медленно брел по дороге, ведущей в небольшую рощу. Ему и спешить-то было некуда. Его уже в двенадцатый раз уволили с очередной работы…
13 мин, 11 сек 18003
Егор с ужасом думал, что так или иначе, ему придется искать себе маленького преемника, когда пойдет отсчет его собственного времени на земле. И это ужасало его больше всего. Каждый весенний день годовщины явления Деда он считал оставшееся ему время и понимал, что не сможет обречь чью-то душу на то, что выпало ему самому. Порой он думал: что, если преемник не будет найден. Остановится ли этот болезненный ночной отсчет или продлится, знаменуя нечто еще более зловещее? Провалится Егор в тот же миг по землю, или? Другой вопрос — почему, несмотря на приносимый успех и скорую расправу над врагами, его предшественник превратился в то страшное и жалкое существо, которое он видел? Почему он не смог пробиться наверх и остался (или стал?) изможденным нищим оборванцем? Куда делись его сила, уверенность и богатство, даруемые рогом? Куда? Невысказанные за долгие годы тревога, неуверенность и злоба мутили голову. Только здесь, в парке будет полегче, будет яснее думаться… может быть.
— Девяносто минус тридцать пять! Ха! Пятьдесят пять лет мучений… Да я этого не выдержу. «Беду приносящий»… Ну как же! А деньги — не приносящий?! Да? Разве я виноват, что нутром чую хорошую сделку и не могу ничего более, как помогать вам? А вы, олухи, проходите мимо, перестраховываетесь по тысяче раз. Будто нарочно распекаете меня, мешаете работать и делать вам миллионы. Или это умею делать не я, а этот чертов подарок старого, гнусного Сам-Деда?
Так он рассуждал, сидя в парке на своем любимом месте. В исступлении Егор вырыл небольшую, но глубокую ямку у подножия холмика и бросил в нее осколок чертиного рога. Прикопал землей, бросил поверх выдранный ранее кусок дерна и придавил для верности это место ногой в дорогом ботинке. «Ну ничего, на завтра назначена важная встреча, как-нибудь все утрясется. Без работы мне не остаться».
Егор отряхнул почву с рук и отправился домой.
После всех этих муторных происшествий он взял себе за правило ходить пешком — успокаивать нервы. Дома он принял душ, быстро и спокойно заснул, а наутро, свежий и воспрянувший духом, сел в машину. Пришло время деловой встречи.
Захотелось курить. Сунув руку в карман пиджака, Егор вынул оттуда вместо сигареты чертов оберег…
— Девяносто минус тридцать пять! Ха! Пятьдесят пять лет мучений… Да я этого не выдержу. «Беду приносящий»… Ну как же! А деньги — не приносящий?! Да? Разве я виноват, что нутром чую хорошую сделку и не могу ничего более, как помогать вам? А вы, олухи, проходите мимо, перестраховываетесь по тысяче раз. Будто нарочно распекаете меня, мешаете работать и делать вам миллионы. Или это умею делать не я, а этот чертов подарок старого, гнусного Сам-Деда?
Так он рассуждал, сидя в парке на своем любимом месте. В исступлении Егор вырыл небольшую, но глубокую ямку у подножия холмика и бросил в нее осколок чертиного рога. Прикопал землей, бросил поверх выдранный ранее кусок дерна и придавил для верности это место ногой в дорогом ботинке. «Ну ничего, на завтра назначена важная встреча, как-нибудь все утрясется. Без работы мне не остаться».
Егор отряхнул почву с рук и отправился домой.
После всех этих муторных происшествий он взял себе за правило ходить пешком — успокаивать нервы. Дома он принял душ, быстро и спокойно заснул, а наутро, свежий и воспрянувший духом, сел в машину. Пришло время деловой встречи.
Захотелось курить. Сунув руку в карман пиджака, Егор вынул оттуда вместо сигареты чертов оберег…
Страница 4 из 4