Подарок из Африки

Обычная сувенирная вещица. Но… обычная ли? В прошлый раз я высказал при ней это сумасшедшее желание, будто кто-то мной управлял. И вот результат моей глупости. Мое желание сбылось, но какой ценой! Цепкий холод вновь окутал меня.

— Нет, Макс, признайся: это была не глупость, и ты сделал это вполне осознанно, — произнес чей-то шипящий шепот, и меня постигла страшная догадка: источником этого голоса был я сам.

— Что ты хочешь от меня? — спросил я уже нормальным голосом. И ужаснулся. Я разговаривал сам с собой. Мне это снится?

— Нет, это не сон, — я рассмеялся каркающим смехом, отвечая себе же.

— Я в твоих руках, и теперь ты — мой хозяин. Я могу исполнить любое твое желание, но за это я беру себе маленькие подарочки, — снова хриплый смех.

— Рука должна обагряться кровью, таков древний обычай. Я тебе власть, деньги, женщин, а ты мне — жизнь дорогого тебе человека. Видишь, как просто?

— Я не хочу и не буду тебе помогать, — твердо сказал я.

— Есть такой закон. Мой закон. Человек, который произносит при мне свое первое желание, становится моим хозяином навсегда. Ты возродил меня в тот момент, когда произнес свое первое желание при мне.

Внезапно голос внутри меня умолк. Я осторожно поставил руку на столик и прошел в свою комнату. На пороге я обернулся: все пять огоньков пристально за мной наблюдали своим пурпурным цветом… Через месяц я был самым богатым человеком на Земле. У меня было все, что можно было только пожелать, кроме одного: все мои близкие люди были уже мертвы. За последние недели я похоронил мать, сестру, близкого друга. Но мне не было их жаль: жажда власти и денег выжрала меня изнутри… … Одним прекрасным вечером я, как всегда, вглядывался в зловещие красные огоньки, которые отражались в моих глазах.

— Знаешь, я хочу стать хозяином Вселенной. Хочу править везде, быть хозяином всего, — произнес я очередное пожелание.

— Отчего же нет? — рассмеялся я в ответ себе же.

— Этой ночью все устроится.

Я лег спать, крайне довольный собой. Еще бы! Завтра все узнают своего хозяина, мир будет моим. Что может быть лучше!

Среди ночи я проснулся от неясного чувства тревоги. Было прохладно, несмотря на то, что в квартире было включено отопление. В неясном полумраке комнаты я смутно различил силуэт, который, казалось, приближался ко мне.

Я вскрикнул: надо мной склонился старик из моего сна. Тот самый, что был без кисти руки. Выпуклые глаза его, из-за белков казавшиеся безразмерными, бешено вращались.

— Нбугани менду мниганиру, — произнес он на непонятном языке, и меня обдало смрадным дыханием незваного гостя.

— Пошел прочь! — я попытался оттолкнуть его ногами, но ноги мои беспрепятственно прошли сквозь него, словно через воздух.

— Кменгу мусаи збенгеду, — тем временем выдал он и протянул ко мне свою обезображенную культю. Срез на руке, где когда-то была кисть, странно отсвечивал в темноте красным светом. Далее случилось совсем невероятное: старик уже держал в своей целой руке мою руку Смерти. При этом он довольно говорил себе под нос:

— Убу, убу, нтунга… Произнеся последнее слово, он… ПРИКРУТИЛ кисть на место и… растворился в воздухе. Обессиленный и напуганный, я откинулся на подушку и забылся тяжелым сном… … Утром меня разбудил телефонный звонок. Звонила… Маша.

— Алло, Макс? Приезжай скорее, папе плохо, он в реанимации… Положив трубку, я с опаской поглядел на журнальный столик. Кисть была на месте, камешки по-прежнему хитро поблескивали в солнечном свете… И еще… В комнате воняло какой-то гнилью. Я схватил кисть и вышвырнул ее в открытое окно квартиры… — О, Алексеич, смотри, — бомж поднял руку, которая даже не пострадала, упав с девятого этажа. Тот, кого бомж назвал Алексеичем, заинтересованно глянул на сувенир.

— Ни хрена себе, — он взглянул вверх.

— Я, конечно, просил Бога, чтоб он нам помог, но не так же… Не мог еды скинуть, что ли… Они еще не знали, кто им помог…