Может, мне наконец-то удастся убедить самого себя, что всё это было игрой воображения, бредом. Так как это было давно, диалоги и некоторые детали я воспроизвожу так, как позволяет память, но многое помню будто это случилось вчера…
Добавить в моё избранное
12 мин, 35 сек 9350
На дворе стояла осень 2005 года, но было еще тепло. Я гулял по Крещатику в обществе двух близких друзей детства. Кирилл и Настя поженились как раз чуть больше месяца назад и недавно вернулись из свадебного путешествия. Мы были чуток навеселе, рабочий день закончился и мы беззаботно предавались очарованию осеннего вечера, перекидываясь шуточками.
Тут Настя пальцем указала на что-то в глубине одной из арок. Вначале я не понял, что её там заинтересовало и вдруг увидел. В тени балконов неподвижно стоял человек, прислонясь к стене. Сказать, что его внешность была странной — ничего не сказать. Высокий, лысый, чрезвычайно худой, как жертва концлагеря или дистрофик. Одет он был в длинный темный плащ с торчащим воротником. Но особенно меня поразило его лицо. Кожа была неестественно бледной, почти как у мертвеца. Под низким, широким лбом прятались очень глубоко и широко посаженные глаза. Их я рассмотреть не мог, так как у меня с детства слабое зрение, и мне казалось что там зияют две пустые глазницы. Длинный, крючковатый нос между впалыми щеками, узкие губы и острый подбородок придавали лицу хищное выражение. Такое лицо не каждый день увидишь. Встреть я его где-нибудь в темном переулке — обошел бы десятой дорогой. Но, похоже, на моих друзей он не произвел такого впечатления.
Настя начала подначивать Кирилла подойти поближе и сфотографировать его на мобильный. У меня не было никакого желания приближаться к этому «мертвецу» в плаще, так что они вдвоем двинулись к нему, хихикая, и сделали пару снимков со вспышкой, пока я наблюдал с расстояния. Не стоило им этого делать. Странный человек внезапно повернулся к ним и уставился на них. Настя пискнула, Кирилл встал в«боевую» стойку, но незнакомец не двигался. Он просто неотрывно смотрел прямо на них. Я нехотя решил подойти, но они сами развернулись и пошли ко мне, постоянно оглядываясь. Человек в плаще так и остался там, но смотрел уже на нас (или на них, что не имело особого значения).
Мы двинулись дальше, еще минут 10 обсуждая страшного бледного человека под аркой, но вскоре забыли о нём, так как подошло время сеанса в кино, билеты на который были куплены заранее.
Посмотрев фильм под попкорн с пивом, мы вышли в холл кинотеатра. Кирилл с Настей пошли в туалет, а я — на улицу курить. Опершись на перила, я задумчиво пускал дым и размышлял о чем-то. Первым, как всегда, вышел Кирилл. Он начал увлеченно рассказывать что-то о своей работе, но я не особо слушал, только кивал для виду, как я обычно делаю в таких случаях. Вдруг он замолчал на полуслове. Я посмотрел на него. Он смотрел куда-то в другую сторону. Было уже темно, но проследив направление его взгляда, я увидел на противоположной стороне улицы в тусклом свете фонаря фигуру. Это был тот самый человек в плаще. Лица я не разобрал с такого расстояния, но рост и необычная худоба не оставляли сомнений. Тут подошла Настя.
— Куда вы смотрите?
Я молча показал на фигуру, которая без движения смотрела в нашу сторону. Поискав глазами, она увидела. Я ясно увидел промелькнувшее замешательство с долей страха в ее глазах.
— Вот гад! Он что, следил за нами? — удивленно произнесла она.
Кирилл скрутил дулю и смачно тыкнул ее в сторону незнакомца. Настя, вторя ему, показала средний палец. Что до меня — мне стало не по себе, хотя человек я не пугливый.
Силуэт в плаще оставался таким же неподвижным. Ни дать ни взять — статуя. Тут Кирилл рассвирепел.
— Ну всё! — говорит, — сейчас я ему объясню, что к чему.
Кирилл был крепким парнем, он много кому мог объяснить его неправоту, и не только словами. Он рванул к пешеходному переходу метрах в пятнадцати от нас. Не желая пропустить такое зрелище (мой друг всегда умел превратить разборку в спектакль), мы поспешили за ним. Перебегая дорогу, я краем глаза заметил, что силуэт отделился от стены и завернул за угол. Добежали мы туда всего секунд за десять. За углом была темная подворотня, в которую мы и свернули, ибо человек в плаще никуда больше спрятаться не мог — освещенная улица просматривалась далеко.
Двор оказалась глухим тупиком, с трех сторон окруженным домами. Дверей в домах не было, зато была лестница, которая вела в подвал. Дверь подвала была приоткрыта — он наверняка спустился туда. Освещения там, конечно же, не было. Остановившись, мы прислушались. Из мрака подвала доносились глухие шорохи, скрипящие металлом звуки труб и капающей воды. Кирилл достал мобильник, включил фонарик, но Настя схватила его за руку.
— Не надо. Пусть убегает, он же ничего нам не сделал, — попросила она.
Несколько раз переведя взгляд с нее на кромешную тьму в дверном проёме подвала, он посмотрел на меня. Я отрицательно покачал головой. Прокричав в темноту: «Не дай бог я еще раз тебя увижу», Кирилл выключил фонарик и мы направились обратно. Остаток вечера мы провели прогуливаясь в сторону дома, возбужденные погоней и обсуждали странного человека.
Тут Настя пальцем указала на что-то в глубине одной из арок. Вначале я не понял, что её там заинтересовало и вдруг увидел. В тени балконов неподвижно стоял человек, прислонясь к стене. Сказать, что его внешность была странной — ничего не сказать. Высокий, лысый, чрезвычайно худой, как жертва концлагеря или дистрофик. Одет он был в длинный темный плащ с торчащим воротником. Но особенно меня поразило его лицо. Кожа была неестественно бледной, почти как у мертвеца. Под низким, широким лбом прятались очень глубоко и широко посаженные глаза. Их я рассмотреть не мог, так как у меня с детства слабое зрение, и мне казалось что там зияют две пустые глазницы. Длинный, крючковатый нос между впалыми щеками, узкие губы и острый подбородок придавали лицу хищное выражение. Такое лицо не каждый день увидишь. Встреть я его где-нибудь в темном переулке — обошел бы десятой дорогой. Но, похоже, на моих друзей он не произвел такого впечатления.
Настя начала подначивать Кирилла подойти поближе и сфотографировать его на мобильный. У меня не было никакого желания приближаться к этому «мертвецу» в плаще, так что они вдвоем двинулись к нему, хихикая, и сделали пару снимков со вспышкой, пока я наблюдал с расстояния. Не стоило им этого делать. Странный человек внезапно повернулся к ним и уставился на них. Настя пискнула, Кирилл встал в«боевую» стойку, но незнакомец не двигался. Он просто неотрывно смотрел прямо на них. Я нехотя решил подойти, но они сами развернулись и пошли ко мне, постоянно оглядываясь. Человек в плаще так и остался там, но смотрел уже на нас (или на них, что не имело особого значения).
Мы двинулись дальше, еще минут 10 обсуждая страшного бледного человека под аркой, но вскоре забыли о нём, так как подошло время сеанса в кино, билеты на который были куплены заранее.
Посмотрев фильм под попкорн с пивом, мы вышли в холл кинотеатра. Кирилл с Настей пошли в туалет, а я — на улицу курить. Опершись на перила, я задумчиво пускал дым и размышлял о чем-то. Первым, как всегда, вышел Кирилл. Он начал увлеченно рассказывать что-то о своей работе, но я не особо слушал, только кивал для виду, как я обычно делаю в таких случаях. Вдруг он замолчал на полуслове. Я посмотрел на него. Он смотрел куда-то в другую сторону. Было уже темно, но проследив направление его взгляда, я увидел на противоположной стороне улицы в тусклом свете фонаря фигуру. Это был тот самый человек в плаще. Лица я не разобрал с такого расстояния, но рост и необычная худоба не оставляли сомнений. Тут подошла Настя.
— Куда вы смотрите?
Я молча показал на фигуру, которая без движения смотрела в нашу сторону. Поискав глазами, она увидела. Я ясно увидел промелькнувшее замешательство с долей страха в ее глазах.
— Вот гад! Он что, следил за нами? — удивленно произнесла она.
Кирилл скрутил дулю и смачно тыкнул ее в сторону незнакомца. Настя, вторя ему, показала средний палец. Что до меня — мне стало не по себе, хотя человек я не пугливый.
Силуэт в плаще оставался таким же неподвижным. Ни дать ни взять — статуя. Тут Кирилл рассвирепел.
— Ну всё! — говорит, — сейчас я ему объясню, что к чему.
Кирилл был крепким парнем, он много кому мог объяснить его неправоту, и не только словами. Он рванул к пешеходному переходу метрах в пятнадцати от нас. Не желая пропустить такое зрелище (мой друг всегда умел превратить разборку в спектакль), мы поспешили за ним. Перебегая дорогу, я краем глаза заметил, что силуэт отделился от стены и завернул за угол. Добежали мы туда всего секунд за десять. За углом была темная подворотня, в которую мы и свернули, ибо человек в плаще никуда больше спрятаться не мог — освещенная улица просматривалась далеко.
Двор оказалась глухим тупиком, с трех сторон окруженным домами. Дверей в домах не было, зато была лестница, которая вела в подвал. Дверь подвала была приоткрыта — он наверняка спустился туда. Освещения там, конечно же, не было. Остановившись, мы прислушались. Из мрака подвала доносились глухие шорохи, скрипящие металлом звуки труб и капающей воды. Кирилл достал мобильник, включил фонарик, но Настя схватила его за руку.
— Не надо. Пусть убегает, он же ничего нам не сделал, — попросила она.
Несколько раз переведя взгляд с нее на кромешную тьму в дверном проёме подвала, он посмотрел на меня. Я отрицательно покачал головой. Прокричав в темноту: «Не дай бог я еще раз тебя увижу», Кирилл выключил фонарик и мы направились обратно. Остаток вечера мы провели прогуливаясь в сторону дома, возбужденные погоней и обсуждали странного человека.
Страница 1 из 4
