Борщ

— Здравствуйте! — он переступил через порог, ловко увернувшись от свисавшего над головой китайского колокольчика.

— Угу, — вложив в этот звук все свое гостеприимство, ответила скучающая женщина за прилавком.

— Мне бы поесть, — приближаясь к стойке, улыбнулся Максим.

Женщина молча кивнула в сторону меню, стоящего на прилавке. Обычно меню лежит, но здесь оно стояло. Небольшой листок формата А4, заклееный прозрачным скотчем, неловко опирался на стену, как будто стесняясь своего внешнего вида.

— Так… — протянул Максим и склонился над меню, — борщ по-домашнему, солянка по-домашнему, пюре, котлеты по-домашнему. А пюре?

— Есть, — меланхолично кивнула женщина.

— Какое?

— Картофельное.

— Я имею в виду, оно тоже по-домашнему или там какой-то оригинальный рецепт?

Женщина медленно повернула голову в сторону Максима. Ее взгляд, поворачивающийся вместе с головой, казалось только нагревался, и к тому моменту, когда она должна была посмотреть на парня, он уже должен был превратиться в лазерный луч, который сжег бы этого хама на месте, оставив только кучку пепла, который потом бы был сметен в совок и аккуратно высыпан в горшок с фикусом, стоящим на подоконнике. Но трагедии не случилось.

— Бери борщ! — послышалось откуда-то из глубины зала, — борщ отличный!

Максим обернулся. За самым дальним столиком сидел мужчина. Перед ним стояла тарелка с чем-то дымящимся, предположительно именно с тем самым борщом по-домашнему, за который он так ратовал.

— Давайте борщ, — быстро согласился Максим, чувствуя, что если он задаст еще пару вопросов, следующий борщ будет сварен с добавлением совсем даже не говядины.

— Хлеб? — смилостивилась женщина.

— Два. Белых.

— Чайкофсо?

— Что? — не понял молодой человек.

— Я говорю — что пить будете? Чай, кофе, сок? — произнесла женщина с тяжелым вздохом. Было заметно, что такое словообилие для нее не свойственно.

— А… Чай.

— Черный, зеленый?

— Ладно, давайте сок. Любой, — быстро сообразил Максим, понимая, что следующим вопросом будет наличие в чае лимона, затем добавление сахара, после чего, возможно, последовали бы вопросы о температуре воды, ее химическом составе, отношения к политическому строю в стране.

Женщина кивнула и, недовольно покачав головой, скрылась за ширмой, отделяющей кухню от основного зала. Максим же тем временем отошел от стойки и принялся выбирать столик, за которым он будет трапезничать.

— Садись ко мне, здесь свободно, — махнул рукой фанат борща.

Больше всего Максим не любил принимать пищу за одним столом с незнакомыми и словоохотливыми людьми, но отказываться было неудобно. Мысленно прокляв себя за то, что не приехал на сюда на десять минут позже, он поплелся к столу.

— Садись, — улыбнулся мужчина, кивнув на стул, стоящий напротив.

Максим сел, и посмотрел на своего вынужденного собеседника. Тот тем временем занимался весьма странным делом. Мужчина ковырял ложкой в тарелке, доставая оттуда куски картофеля, капусты и других ингредиентов. Затем он внимательно рассматривал содержимое ложки и вываливал всё это обратно в тарелку.

— Потеряли что-то? — понаблюдав некоторое время за этим обрядом, спросил Максим.

— Не любишь есть с незнакомцами за одним столом? — проигнорировав его вопрос, произнес мужчина, внимательно посмотрев на парня.

— Ну… Не то чтобы… — растерялся молодой человек.

— Всем нам что-то не нравится в этой жизни, — усмехнулся борщевой адепт, — мне тоже кое-что не по душе.

— Согласен, — кивнул парень, — а что же вам не нравится?

— В данный момент мне кажется, что на свете есть только две самые неприятные и отвратительные вещи.

— Какие?

— Сплетни и борщ.

— Борщ? — засмеялся Максим, — вы же его сейчас сами едите!

— Сейчас объясню, это целая история, — мужчина подозрительно осмотрел ложку и продолжил, — когда тебе приносят тарелку твоего любимого борща, ты счастлив, как никогда. Кто-то начинает есть сразу, обжигаясь и негромко поругиваясь, кто-то добавляет сметану. Я предпочитаю дать ему немного остыть. И вот он уже готов к употреблению. Сначала ты набираешь в ложку только жидкость, затем доходит дело и до других ингредиентов. Картошка, капуста, морковь — всё это очень вкусно, но потом раз… И всё. Тебе на зуб попадает это адское изобретение. Ты знаешь, мне кажется, что сам Дьявол приложил руку к рецепту борща.

— Что вы несете? — рассмеялся Максим, — какое еще дьявольское изобретение?

— Перец горошком, — серьезно ответил мужчина, — этот чертов гороховый перец. Когда ты раскусываешь его, то хочется просто взять и опрокинуть стол. Хотел бы я посмотреть в глаза того человека, кто первым додумался бросать в борщ перец, черт его возьми, горошком. Почему он не придумал, к примеру, засыпать в борщ маленькие гвозди?