Пронизывающее заляпанное стекло светильника желтое мерцающее свечение распадалось в полумраке помещения. Это ощущение мне знакомо. Чувство подкрадывающегося из темноты страха. В тяжелой металлической двери уже загромыхал ключ. Они идут. Они идут за мной. Сползаю на пол и пытаюсь забраться под кровать.
Добавить в моё избранное
6 мин, 19 сек 11373
Опускаю голову.
— Давай сюда, должны пролезть… Две босые взрослые ноги предстали моему взору. На пальцах — почерневшие длинные искривленные ногти. Я даже не успел испугаться. С той стороны, с невероятной силой, что-то ударило. Я отскочил в сторону и оказался лежа на стене в двух метрах от двери. Невероятно как она не соскочила с петель. Какого черта там происходит!
— Натали! — Крикнул я, перепуганным голосом и поспешил подняться на ноги. Смеха моей дочери снизу уже не звучал. Только тишина. Я вдруг осознал, что видел только что. По моей коже, поднимая волосы на руках и ногах, пополз страх и ужас. Я сделал еще шаг по направлению к двери.
— Натали? Софи?!
Еще удар. Вновь попятился назад. Какого черта происходит! На мои крики никто не откликается. Две слабые тени выглядывали из щели под дверью. За ней кто-то стоял. Там… за чертовой дверью, где моя жена и дочь.
Повисшую на несколько секунд паузу, заполненную до краев страхом и неопределенностью, прервал детский крик с кухни. Крик моей дочери. Крик Софи. Меня охватил дикий ужас. Еще один удар по двери.
Под окном, что рядом с моей кроватью, есть козырек, на который можно спрыгнуть, оказавшись на улице. Нужно действовать. Я должен спасти свою семью. Подбегаю к окну, дергаю ручку… не открывается. Со всей силой бью кулаком по стеклу. Боль в костях… но окно все еще цело. Еще удар. И еще один.
Ничего.
А сзади, кто бы это ни был… их уже много. Они ломятся в мою комнату. Моей дочери или жены не слышно. В отчаянии отступаю несколько шагов и со всего разбегу впечатываюсь головой в стекло. Его невозможно разбить, оно, словно сделано из бетона. За ним все так же светит солнце, люди занимаются своими делами. И меня никто не замечает. Никто не слышит моих криков помощи и попыток освободиться. По лицу со лба стекает ручеек крови.
Стою, прижавшись головой к стеклу. Я не знаю, что мне делать дальше. Ужас, отчаяние и страх. Внезапно безумие за моей спиной затихает. Тишина. Тишина, которую прерывает легкий скрип открывающейся двери. Раздается грубый низкий мужской смешок.
Я уже слышал такой! Я знаю, чей это смех! Я слышал его и не раз! Слышал его совсем недавно! В своем ужасе1 В своем сне! Оборачиваюсь.
Стены, бледно серые, с облупившейся краской. Единственный источник света — заляпанный настенный светильник. Места стало намного меньше. Его практически нет, едва хватает для моей кровати. Твари зашли толпой. Они снова нашли меня. Снова обманули. А я даже не успел спрятаться. Я покорно сел на кровать, оперевшись лбом в ладони, и заплакал. Я знаю, где я. Я знаю, что будет дальше. Я знаю, что я сделал.
Откуда-то из коридора донесся встревоженный женский голос: «Да, это он. Этот самый буйный! Вы не представляете, что он сделал! Да! Убил свою жену и девятилетнюю дочь! Голыми руками! Не знаю, говорят его второй ребенок попал под колеса грузовика и он не смог пережить такое горе… Он совершенно невменяем! Я видела, как»… — Дверь захлопнули и голос оборвался.
Двое санитаров подошли и, взяв меня за руки, подняли с кровати. Сейчас поведут делать процедуры. Это хорошо, после них я сплю, не видя снов. После них я могу не думать.
Меня выводят. Я поднимаю голову и окидываю свою комнату взглядом. На дальней стене кровавое свежее пятно. В моей комнате нет окон.
— Давай сюда, должны пролезть… Две босые взрослые ноги предстали моему взору. На пальцах — почерневшие длинные искривленные ногти. Я даже не успел испугаться. С той стороны, с невероятной силой, что-то ударило. Я отскочил в сторону и оказался лежа на стене в двух метрах от двери. Невероятно как она не соскочила с петель. Какого черта там происходит!
— Натали! — Крикнул я, перепуганным голосом и поспешил подняться на ноги. Смеха моей дочери снизу уже не звучал. Только тишина. Я вдруг осознал, что видел только что. По моей коже, поднимая волосы на руках и ногах, пополз страх и ужас. Я сделал еще шаг по направлению к двери.
— Натали? Софи?!
Еще удар. Вновь попятился назад. Какого черта происходит! На мои крики никто не откликается. Две слабые тени выглядывали из щели под дверью. За ней кто-то стоял. Там… за чертовой дверью, где моя жена и дочь.
Повисшую на несколько секунд паузу, заполненную до краев страхом и неопределенностью, прервал детский крик с кухни. Крик моей дочери. Крик Софи. Меня охватил дикий ужас. Еще один удар по двери.
Под окном, что рядом с моей кроватью, есть козырек, на который можно спрыгнуть, оказавшись на улице. Нужно действовать. Я должен спасти свою семью. Подбегаю к окну, дергаю ручку… не открывается. Со всей силой бью кулаком по стеклу. Боль в костях… но окно все еще цело. Еще удар. И еще один.
Ничего.
А сзади, кто бы это ни был… их уже много. Они ломятся в мою комнату. Моей дочери или жены не слышно. В отчаянии отступаю несколько шагов и со всего разбегу впечатываюсь головой в стекло. Его невозможно разбить, оно, словно сделано из бетона. За ним все так же светит солнце, люди занимаются своими делами. И меня никто не замечает. Никто не слышит моих криков помощи и попыток освободиться. По лицу со лба стекает ручеек крови.
Стою, прижавшись головой к стеклу. Я не знаю, что мне делать дальше. Ужас, отчаяние и страх. Внезапно безумие за моей спиной затихает. Тишина. Тишина, которую прерывает легкий скрип открывающейся двери. Раздается грубый низкий мужской смешок.
Я уже слышал такой! Я знаю, чей это смех! Я слышал его и не раз! Слышал его совсем недавно! В своем ужасе1 В своем сне! Оборачиваюсь.
Стены, бледно серые, с облупившейся краской. Единственный источник света — заляпанный настенный светильник. Места стало намного меньше. Его практически нет, едва хватает для моей кровати. Твари зашли толпой. Они снова нашли меня. Снова обманули. А я даже не успел спрятаться. Я покорно сел на кровать, оперевшись лбом в ладони, и заплакал. Я знаю, где я. Я знаю, что будет дальше. Я знаю, что я сделал.
Откуда-то из коридора донесся встревоженный женский голос: «Да, это он. Этот самый буйный! Вы не представляете, что он сделал! Да! Убил свою жену и девятилетнюю дочь! Голыми руками! Не знаю, говорят его второй ребенок попал под колеса грузовика и он не смог пережить такое горе… Он совершенно невменяем! Я видела, как»… — Дверь захлопнули и голос оборвался.
Двое санитаров подошли и, взяв меня за руки, подняли с кровати. Сейчас поведут делать процедуры. Это хорошо, после них я сплю, не видя снов. После них я могу не думать.
Меня выводят. Я поднимаю голову и окидываю свою комнату взглядом. На дальней стене кровавое свежее пятно. В моей комнате нет окон.
Страница 2 из 2
