А если я потеряюсь или пропаду?

— Анна, солнце, я найду тебя где угодно на этом свете, — улыбнувшись теплой улыбкой, сказала мама и взлохматила белоснежные волосы малышки.

— Даже если пропадёт лишь часть меня?

— Что за чушь ты говоришь, котёнок? Часть тебя не может пропасть, ты же целая! — мама приподняла правую бровь и мотнула головой в знак неодобрения слов малышки.

— А всё же?

— Не важно, я же твоя мама, и я найду тебя!

— А если, не найдёшь? — упрямствовала девчушка.

Женщина усмехнулась, затем уложила ребёнка в кроватку и укрыла одеяльцем.

— Найду! — протянула она и коснулась пальцем маленького носика ребёнка, — а теперь спать, — мама переступила с ноги на ногу, нагнулась к девочке и чмокнула в лобик. Рыжие волосы женщины упали на подушку, рядом с головой ребёнка, принося с собой неповторимый аромат запеченных яблок с сахаром — любимое лакомство малышки. Ребёнок втянул носом воздух и широко улыбнулся, закрывая глаза, чтобы быстрее заснуть с этим упоительным чувством защищенности и всеобъемлющей любви.

Женщина выпрямилась, постояла ещё пару минут рядом с кроваткой дочки и вышла из комнаты, гася за собой ночник.

Как только дверь за мамой закрылась, комната потонула во мраке. Малышка не успела заснуть, пока свет проникал в комнату, как делала это обычно, и теперь боялась даже шелохнуться. Запах мамин волос ещё окружал Аню, но это только пока.

— Только не открывай глаз, только не шевелись! — мысленно говорила малышка себе, страшась, что её заметят.

Каждую ночь, как только мама уходила из комнаты дочери, и тьма окутывает все предметы детской, появляется кто-то нехороший. Он смотрит на ребёнка и ждет, когда та совершит ошибку. Все эти вопросы к маме девочки были не простым любопытством. Она хоть и маленькая, но не глупая. Аня искала пути к спасению в случае чего.

Неожиданно распахнулось окно, и холодный воздух прошёлся хозяином по комнате. Он разметал листочки с домашним заданием на столе, испортил куклам причёски и добрался до хозяйки помещения. Ветер порывом промчался по лицу девочки, щипая пухлые щечки холодом, разметал волосы по подушки и собирался пробраться под одеяло, но Аня сильнее прижала края стеганого одеяла к своему телу. Ветер неудовлетворенно вздохнул ветряными колокольчиками на двери, ещё раз коснулся холодным порывом лица малышки и вернулся к более покладистым листочкам на столе. Они срывались с гладкой поверхности под воздействие сквозняка и с легким шелестом опускались на белоснежный ковер с густым длинным ворсом. Затем ветер неожиданно подхватывал их вновь, заставляя кружиться с ним в замысловатом танце и так же неожиданно отпускал вновь на ковер.

Аня старательно прижимала к себе одеяло, боясь даже вздохнуть лишний раз. В этот раз что-то изменилось. Девочка чувствовала чей-то тяжелый взгляд на своем лице. Она старательно сжимала кулачки с одеялом и зажмуривалась. Так прошло десять минут. Затем холодный ветер нашёл лазейку под одеяло и принялся замораживать ноги малышки, сжимая их в своих холодных объятиях.

Ещё через десять минут зубы девочки начали выбивать чечётку, а по коже бегали стайками мурашки, заставляя девочку ёжиться.

— Господи, как же холодно, я больше не хочу, я к маме хочу! — сквозь стучащие друг о друга зубы прошептала малышка и резким движение скинула с себя одеяло, давно уже не согревающее ребёнка. Но глаза Аня так и не открыла, считая, что это поможет.

Ветер обрадовано пролетел по всей комнате и вернулся к Ане, а затем с удвоенным рвением принялся «облизывать» ледяными потоками оголенные участки кожи ребёнка. Девочка вздрогнула, быстро опустила ноги с кровати и встала, тут же бросаясь к двери, выбирая направление по памяти.

За спиной ребёнка послышался громкий стон, полный удовольствия, и в ноги малышки вцепились сильные когтистые руки с крючковатыми пальцами. Аня громко взвизгнула.

— Мама! — раздался её перепуганный всхлип по комнате, который тут же потонул в потоке ветра, так и не достигнув цели.

Аня пыталась цепляться за ножки кровати, за выемки в дощатом полу. Девочка плакала, но глаза боялась открыть.

Её подтащили к окну и остановились. Девочка решила попробовать крикнуть ещё раз.

— Мама! — завопила девочка что есть мочи.

Дверь тут же распахнулась, впуская в комнату потоки приглушенного света. На пороге стояла женщина в халатике, с мокрыми волосами, распущенными по плечам. Взгляд её прошёлся по комнате, пока рука искала кнопку выключатель. Щелчок, и комнату залил яркий свет от сберегательной лампы на потолке.

— Ты! — прорычала-прошипела мама, бросая гневный взгляд на оконный проём.

Оттуда послушался лишь сладкий рык и Аню дернули вверх, вырывая на улицу. Девочка больно ушиблась и подоконник, но даже не всхлипнула.

— Дочка, открой глаза! — крикнула им вслед мама.

— Только посмей! — зашипело существо, тащившее её за собой.