Без аннотаций.
Добавить в моё избранное
246 мин, 21 сек 1067
Ангел Неба первым ступил на ступени храма своего родного брата. Следом за ним Александр Трофимов и Алина Воронцова, удерживаемая сильными мужскими руками своего теперь спасителя, взрослого товарища и друга, поднялась вместе с ним и за спиной Миленхирима по каменному в глубоких трещинах крыльцу. В пелене тумана ползущего под их ногами и через сам вход, они вошли внутрь под своды нависающей полуразрушенной крыши и колонн, подпирающих полуразрушенный большой храм. Здесь стоял какой-то полумрак и не было видно никого. Точно все было мертвым, а не живым. Чем-то напоминало некое кладбищенское сооружение посреди кладбища разодранных в клочья человеческих тел и погребенных здесь веками душ.
Глава XIII. Битва за Элоима
— О, мой родной брат! — произнес снова Миленхирим — Это все сотворил ты! Силой Небесного Ангела!
— Тебе такое под силу, Миленхирим? — тихо ему, почти на ухо, произнес вопросительно Александр Трофимов.
— Да, когда у меня снова будут все возможности и способности ангела – тот тому ответил.
И совершенно не боясь, пошел в глубину храма. За ним Александр удерживая перед собой Алину.
— Как ты думаешь? — спросил его снова Александр — Мы победим?
— Не знаю — ответил Миленхирим — Но на тебя я, если, что тоже рассчитываю. Я не знаю, как поведет себя мой брат в присутствии этой ведьмы Изигири. Иди, пока и не о чем не спрашивай — ответил Александру уже более холодно Миленхирим — Нам надо успеть к Солнечному затмению. Пока Луна будет покрывать Солнце. Пока коридор в царство Бога будет для нас обоих открыт.
Именно сегодня как сказал мне Умбриэль, именно сегодня. Именно сегодня я получу прощение и вознесусь в царство моего Отца.
Они вошли под своды высокого церковного призрачного храма. Шагая по белому туману туда, где стояло ложе Элоима. Оно перед их глазами, точно и как ритуальный алтарь каменным изваянием, возвышалось в глубине этого готического в загадочных барельефах храма.
Живой белый и густой клубящийся туман покрывал само, то ложе любви и разврата и окутывал его своей белой молочной пеленой.
Туман, плотной пеленою закрывая того, кто лежал на нем и видел тех, кто посмел потревожить его покой. Он знал, что они здесь и не пытался ни бежать, ни нападать на них.
Их появление не было внезапным, и он ждал их всех. Элоим знал, что это произойдет когда-либо и точно будет. Встреча двух ангелов братьев была предрешена еще на Небесах и в самом Аду.
— Алина! — раздался громкий под сводами храма голос Элоима.
Алина встрепенулась вся и начала вырываться из рук Александра.
— Элоим! — закричала она — Я здесь мой любимый Элоим!
— Держи ее крепче, Александр — крикнул ему Миленхирим внутри тела Вадика. И остановившись, смотрел в тот живой клубящийся туман, точно хотел его просветить своим ангела и человека взором своих глаз.
— Алина! — снова громко прозвучал голос под сводами полуразрушенной черепичной храмовой крышей, сотрясая тот свод — Я ждал тебя! Любовь моя!
— Элоим, любовь моя! — кричала Алина сама не своя, вырываясь из рук Александра. Он еле удерживал ее.
— Держи ее! — приказал Миленхирим — Даже, если, будет кусаться! Без тебя мне не справиться! Все случилось раньше намеченного, и еще рано до начала затмения!
Алина, брыкаясь, ударила Александра по его мужскому уязвимому месту и все же вырвалась. Она бросилась бежать к стоящему впереди в белом тумане каменному ложу Элоима.
Алина понеслась мимо Миленхирима как угорелая, спотыкаясь о торчащие выступающие неровные камни пола, и могла подвернуть ногу, но теперь ее ничто не удерживало.
Она почти подлетела к Элоиму. Как вдруг ее отбросило что-то назад с силой, и она упала на каменный пол каменного храма уже под ноги самому подоспевшему к ней Ангелу Миленхириму.
Перед ней на некотором расстоянии выросла из этого тумана сама Изигирь. Она черной вьющейся тенью над белым туманом вознеслась вверх над полом храма и сверкнула черными светящимися пламенем Ада глазами.
— Все же явилась, сука! — прорычала, шипя по-змеиному Изигирь — Хочешь моего Элоима, соперница! — она подлетела в упор к Алине и Миленхириму и посмотрела тоже в его Ангела глаза, произнося тому — И ты пришел, тот, о котором мне рассказывал Элоим! Ты пришел за своим единокровным братом, Миленхирим!
От Изигири повеялом холодом. От ее черной извивающейся змеей в воздухе тени.
— Ты! — она указала на Миленхирима — И, ты! — она указала на Алину — Не получите ничего! Поняли, оба! – она, прокричала им обоим и отлетела в сторону ложа — Он мой! Только мой, и ни чей больше!
— Отойди! — раздался как гром сотрясая стены храма голос со стороны каменного затуманенного белой пеленой ложа — Отойди в сторону! Я сказал!
— Элоим, любовь, моя! – произнесла Ихигирь. И черная тень, было, бросилась к ложу своего любовника, но он остановил ее.
Глава XIII. Битва за Элоима
— О, мой родной брат! — произнес снова Миленхирим — Это все сотворил ты! Силой Небесного Ангела!
— Тебе такое под силу, Миленхирим? — тихо ему, почти на ухо, произнес вопросительно Александр Трофимов.
— Да, когда у меня снова будут все возможности и способности ангела – тот тому ответил.
И совершенно не боясь, пошел в глубину храма. За ним Александр удерживая перед собой Алину.
— Как ты думаешь? — спросил его снова Александр — Мы победим?
— Не знаю — ответил Миленхирим — Но на тебя я, если, что тоже рассчитываю. Я не знаю, как поведет себя мой брат в присутствии этой ведьмы Изигири. Иди, пока и не о чем не спрашивай — ответил Александру уже более холодно Миленхирим — Нам надо успеть к Солнечному затмению. Пока Луна будет покрывать Солнце. Пока коридор в царство Бога будет для нас обоих открыт.
Именно сегодня как сказал мне Умбриэль, именно сегодня. Именно сегодня я получу прощение и вознесусь в царство моего Отца.
Они вошли под своды высокого церковного призрачного храма. Шагая по белому туману туда, где стояло ложе Элоима. Оно перед их глазами, точно и как ритуальный алтарь каменным изваянием, возвышалось в глубине этого готического в загадочных барельефах храма.
Живой белый и густой клубящийся туман покрывал само, то ложе любви и разврата и окутывал его своей белой молочной пеленой.
Туман, плотной пеленою закрывая того, кто лежал на нем и видел тех, кто посмел потревожить его покой. Он знал, что они здесь и не пытался ни бежать, ни нападать на них.
Их появление не было внезапным, и он ждал их всех. Элоим знал, что это произойдет когда-либо и точно будет. Встреча двух ангелов братьев была предрешена еще на Небесах и в самом Аду.
— Алина! — раздался громкий под сводами храма голос Элоима.
Алина встрепенулась вся и начала вырываться из рук Александра.
— Элоим! — закричала она — Я здесь мой любимый Элоим!
— Держи ее крепче, Александр — крикнул ему Миленхирим внутри тела Вадика. И остановившись, смотрел в тот живой клубящийся туман, точно хотел его просветить своим ангела и человека взором своих глаз.
— Алина! — снова громко прозвучал голос под сводами полуразрушенной черепичной храмовой крышей, сотрясая тот свод — Я ждал тебя! Любовь моя!
— Элоим, любовь моя! — кричала Алина сама не своя, вырываясь из рук Александра. Он еле удерживал ее.
— Держи ее! — приказал Миленхирим — Даже, если, будет кусаться! Без тебя мне не справиться! Все случилось раньше намеченного, и еще рано до начала затмения!
Алина, брыкаясь, ударила Александра по его мужскому уязвимому месту и все же вырвалась. Она бросилась бежать к стоящему впереди в белом тумане каменному ложу Элоима.
Алина понеслась мимо Миленхирима как угорелая, спотыкаясь о торчащие выступающие неровные камни пола, и могла подвернуть ногу, но теперь ее ничто не удерживало.
Она почти подлетела к Элоиму. Как вдруг ее отбросило что-то назад с силой, и она упала на каменный пол каменного храма уже под ноги самому подоспевшему к ней Ангелу Миленхириму.
Перед ней на некотором расстоянии выросла из этого тумана сама Изигирь. Она черной вьющейся тенью над белым туманом вознеслась вверх над полом храма и сверкнула черными светящимися пламенем Ада глазами.
— Все же явилась, сука! — прорычала, шипя по-змеиному Изигирь — Хочешь моего Элоима, соперница! — она подлетела в упор к Алине и Миленхириму и посмотрела тоже в его Ангела глаза, произнося тому — И ты пришел, тот, о котором мне рассказывал Элоим! Ты пришел за своим единокровным братом, Миленхирим!
От Изигири повеялом холодом. От ее черной извивающейся змеей в воздухе тени.
— Ты! — она указала на Миленхирима — И, ты! — она указала на Алину — Не получите ничего! Поняли, оба! – она, прокричала им обоим и отлетела в сторону ложа — Он мой! Только мой, и ни чей больше!
— Отойди! — раздался как гром сотрясая стены храма голос со стороны каменного затуманенного белой пеленой ложа — Отойди в сторону! Я сказал!
— Элоим, любовь, моя! – произнесла Ихигирь. И черная тень, было, бросилась к ложу своего любовника, но он остановил ее.
Страница 55 из 68
