Без аннотаций.
Добавить в моё избранное
210 мин, 32 сек 1360
И это поняла и сама еврейка Гамаль Шаадим и поняла Джудит Флоэрти.
И теперь иного пути, как избавиться от него и вечных адских мук Левиафана у двух женщин уже не было.
Они теперь как те две библейские иудейские героини осажденного врагами ассирийцами города Ветилуи, были точно в рабском плену. И точно в том лагере древних ассирийцев обреченные и приговоренные к любви или смерти. А, может и так, и так. Но, и он, сейчас не понимал, что околдованный необычайно губительной для мужчины красотой Джудит Флоэрти, становился пленником и жертвой мира сладостных непередаваемых в своих ощущениях адских страданий и боли, разврата и похоти.
Коньяк за 4000 долларов
Он, этот Оливер Макафферти, ужравшись пьяным только и знал, что лапал ее всю сверху донизу своими гангстера и бандита руками. Всю дорогу целовал ее своими полными сладострастника мужа губами. Она тоже целовала этого бандита и гангстера мулата, расстегнув тому его черную с белым галстуком рубашку. И распахнув белый дорогой костюм лезла своими женскими руками под его верхнюю и нижнюю нательную одежду.
То и дело, Оливер в промежутках между поцелуями прикладывался к винной бутылке. И к своей кубинской сигаре, задымив весь длинный большой шикарный салон легкового летящего по дороге лимузина.
Джудит своми утонченными женскими пальчиками копошилась в его кучерявых длинных и растрепанных черных волосах, то лаская их, то хватаясь и сжимая жестко и безжалостно, болезненно и сексуально жестоко. Особенно, когда прикладывалась в горячих страстных поцелуях к его губам своими любвеобильными совратительными коварной молодой любовницы губами.
Он позволял ей сейчас все. Она была его самая любимая женщина. Они сейчас были любовниками и самыми близкими этой ночью испорченными и развращенынми существами на земле.
Нельзя сказать, что Джудит в своем возрасте двадцатидевяти лет не имела опыта в близкой плотской любви. У нее были когда-то и секс и любовные даже романы. Но это все было в другой уже и далекой жизни. Еще до того как ей довелось стать тем, кем она стала, благодаря шкатулке Лемаршана.
Джудит Флоэрти и в кубе Левиафана была шлюхой главной его сущности и достигла самых максимальных страстей и самых отмороженных удовольствий, какие только могут быть проявлены через боль и страдания. Она была самым искушенным демоном того мира, что находился за пределами этого. Мира жутких страданий и невыносимой сладостной боли. Но возвращаться туда Джудит уже не желала. И сейчас делала все, чтобы не попасть обратно в руки всех тех тварей, что были там и ждали ее возвращения.
Сейчас она вела себя, как самая отвязная уличная шлюха. Слегка пьяная, не столько от выпитого шампанского и вина, сколько от всего надвигающегося просто некой роковой лавиной этой решающей ночи и распущенная до предела, что забросив свою правую изящную женскую ногу в лайкровом чулке на ноги в белых штанинах брюк дорогого шикарного костюма Оливера Макафферти, просто как ненормальная ласкала его и шептала слова страстной любви.
Так было нужно и необходимо. Она делала все, что обязаны была делать и все для решающей ее судьбу роковой кровавой и жестокой ночи.
Пьяный в стельку гангстер и бандит городской мафиози Оливер Макафферти был ее целью. Жертвой и смертником этой ночью, которому была уготована жестокая и жуткая в скором времени расправа, там, куда его они вместе с Гамаль Шаадим везли. Они сейчас, быстро неслись на длинном белом шикарном лимузине Lincoln Town car 1992 года. За ними следовали несколько автомашин с молодчиками этого злодея и городского наркодиллера мафиози Оливера Макафферти.
Эту машину заказала сама ее сорокалетняя подружка и подельница еврейка Гамаль Шаадим. Было все, просто потрясающе ей организовано.
И Джудит подозревала, что ей все же в этом, кто-то помогал. Даже сейчас, кто-то вел эту длинную легковую по дороге машину. На хорошей скорости и невероятно профессионально.
Они проторчали в этот ретроресторане Оливера Макафферти до самого начала ночи. Было уже за двенадцать, когда они покинули это питейное экзотическое заведение гангстеров и бандитов города.
Джудит, не о чем ее больше не спрашивала. Она, просто выполняла то, что ей было положено и как сама, это понимала и какую свою роль тут играла. Ими обоими лишь руководило и двигало то, что они были обязаны выполнить в течение всей этой ночи до самого рассвета. И времени на все остальное у них не было. Как на пьянки и расслабление.
Зато трое мужчин, что сидели с ним здесь в линкольне были просто в матину пьяными, что ели, вообще, что-либо соображали. В них сейчас преобладали лишь звериные инстинкты, разврат и похоть, смешанные с крепким алкоголем и наркотическим куревом. Салон автомобиля был просто наполнен белым клубящимся дымом от сигарет и сигар. Пришлось открыть в салоне сами даже окна, в которые потоками влетевшего внутрь городского воздуха выдернуло легкие шелковые белые занавески.
И теперь иного пути, как избавиться от него и вечных адских мук Левиафана у двух женщин уже не было.
Они теперь как те две библейские иудейские героини осажденного врагами ассирийцами города Ветилуи, были точно в рабском плену. И точно в том лагере древних ассирийцев обреченные и приговоренные к любви или смерти. А, может и так, и так. Но, и он, сейчас не понимал, что околдованный необычайно губительной для мужчины красотой Джудит Флоэрти, становился пленником и жертвой мира сладостных непередаваемых в своих ощущениях адских страданий и боли, разврата и похоти.
Коньяк за 4000 долларов
Он, этот Оливер Макафферти, ужравшись пьяным только и знал, что лапал ее всю сверху донизу своими гангстера и бандита руками. Всю дорогу целовал ее своими полными сладострастника мужа губами. Она тоже целовала этого бандита и гангстера мулата, расстегнув тому его черную с белым галстуком рубашку. И распахнув белый дорогой костюм лезла своими женскими руками под его верхнюю и нижнюю нательную одежду.
То и дело, Оливер в промежутках между поцелуями прикладывался к винной бутылке. И к своей кубинской сигаре, задымив весь длинный большой шикарный салон легкового летящего по дороге лимузина.
Джудит своми утонченными женскими пальчиками копошилась в его кучерявых длинных и растрепанных черных волосах, то лаская их, то хватаясь и сжимая жестко и безжалостно, болезненно и сексуально жестоко. Особенно, когда прикладывалась в горячих страстных поцелуях к его губам своими любвеобильными совратительными коварной молодой любовницы губами.
Он позволял ей сейчас все. Она была его самая любимая женщина. Они сейчас были любовниками и самыми близкими этой ночью испорченными и развращенынми существами на земле.
Нельзя сказать, что Джудит в своем возрасте двадцатидевяти лет не имела опыта в близкой плотской любви. У нее были когда-то и секс и любовные даже романы. Но это все было в другой уже и далекой жизни. Еще до того как ей довелось стать тем, кем она стала, благодаря шкатулке Лемаршана.
Джудит Флоэрти и в кубе Левиафана была шлюхой главной его сущности и достигла самых максимальных страстей и самых отмороженных удовольствий, какие только могут быть проявлены через боль и страдания. Она была самым искушенным демоном того мира, что находился за пределами этого. Мира жутких страданий и невыносимой сладостной боли. Но возвращаться туда Джудит уже не желала. И сейчас делала все, чтобы не попасть обратно в руки всех тех тварей, что были там и ждали ее возвращения.
Сейчас она вела себя, как самая отвязная уличная шлюха. Слегка пьяная, не столько от выпитого шампанского и вина, сколько от всего надвигающегося просто некой роковой лавиной этой решающей ночи и распущенная до предела, что забросив свою правую изящную женскую ногу в лайкровом чулке на ноги в белых штанинах брюк дорогого шикарного костюма Оливера Макафферти, просто как ненормальная ласкала его и шептала слова страстной любви.
Так было нужно и необходимо. Она делала все, что обязаны была делать и все для решающей ее судьбу роковой кровавой и жестокой ночи.
Пьяный в стельку гангстер и бандит городской мафиози Оливер Макафферти был ее целью. Жертвой и смертником этой ночью, которому была уготована жестокая и жуткая в скором времени расправа, там, куда его они вместе с Гамаль Шаадим везли. Они сейчас, быстро неслись на длинном белом шикарном лимузине Lincoln Town car 1992 года. За ними следовали несколько автомашин с молодчиками этого злодея и городского наркодиллера мафиози Оливера Макафферти.
Эту машину заказала сама ее сорокалетняя подружка и подельница еврейка Гамаль Шаадим. Было все, просто потрясающе ей организовано.
И Джудит подозревала, что ей все же в этом, кто-то помогал. Даже сейчас, кто-то вел эту длинную легковую по дороге машину. На хорошей скорости и невероятно профессионально.
Они проторчали в этот ретроресторане Оливера Макафферти до самого начала ночи. Было уже за двенадцать, когда они покинули это питейное экзотическое заведение гангстеров и бандитов города.
Джудит, не о чем ее больше не спрашивала. Она, просто выполняла то, что ей было положено и как сама, это понимала и какую свою роль тут играла. Ими обоими лишь руководило и двигало то, что они были обязаны выполнить в течение всей этой ночи до самого рассвета. И времени на все остальное у них не было. Как на пьянки и расслабление.
Зато трое мужчин, что сидели с ним здесь в линкольне были просто в матину пьяными, что ели, вообще, что-либо соображали. В них сейчас преобладали лишь звериные инстинкты, разврат и похоть, смешанные с крепким алкоголем и наркотическим куревом. Салон автомобиля был просто наполнен белым клубящимся дымом от сигарет и сигар. Пришлось открыть в салоне сами даже окна, в которые потоками влетевшего внутрь городского воздуха выдернуло легкие шелковые белые занавески.
Страница 39 из 59
