Растение

Я достала нож, нет, он не является частью телефона, просто болтается на брелоке, маленький, не страшный, но жутко острый. И срезала часть листа, потом слегка поддела кожу на запястье и ткнула кусочек листа в ранку. В ранке сразу защипало и зачесалось. Потом я вытянула руку и потерлась ранкой о место среза на кустарнике. Вот. Первый этап прошел. Дальше осина. Я отсекла веточку и с ужасом поняла, что она далеко не такая влажная как предыдущий листок. Что делать? А! Я махнула рукой и повторила всю процедуру, что-то же в рану попадет. К тому же, вечер уже давно перестал быть томным. Память услужливо подсовывала мне все те истории о Купальской ночи, которые я услышала задолго до этого. Темный ночной дендрарий был полон загадочных шорохов и таинственных звуков. Свет фонарика ловил какие-то движущие тени за моей спиной… одним словом, чем дольше я бездействовала, тем сильнее меня била паранойя. Поэтому я торопливо проделала все то же самое и с дубовой веточкой и решительно двинулась прочь. Не оглядываясь!

Когда мне было лет семь, в кинотеатре крутили фильм «Кинг-Конг». Это сейчас он кажется наивным и забавным. А тогда, посмотрев его, я боялась спать по ночам. Мне казалось, что чудовище заглядывает в мое окно. И тогда отец, желая успокоить меня, сказал довольно неожиданную вещь. По теории вероятности Эйнштейна вероятность моей встречи с Кинг-Конгом именно сейчас, спустя несколько дней после просмотра фильма ничтожно мала, примерно один к нескольким миллионам, а потом, когда я успокоюсь, эти вероятности меня вообще интересовать не будут. Он не сказал, как это делала мама, что таких обезьян не существует, я же видела его в кино, он объяснил, почему мне не надо бояться именно сегодня. С тех пор я часто пользовалась этой уловкой. Я просто вспоминала, что по данной теории, вероятность чего-то неприятного ничтожно мала и успокаивалась. Это удивительно охлаждало мою бедовую голову.

Вот и в лесу, я подумала, что вероятность того, что на мое неумелое и, скорее всего неудавшееся колдовство сбежится вся окрестная нечисть не слишком большая, и двинулась, на всякий случай не оглядываясь, восвояси.

Меня никто не окликнул, никто не встретился и никто не тряс за плечо. Я просто пришла домой и легла спать.

По-настоящему проснуться я смогла только через двое суток. Все мое тело покрывали зеленые, как у огурца пупырышки, из которых периодически сочилась мерзкая дурно пахнущая жидкость. Муж и мама наперебой кричали, что надо вызывать врача, но я упорно отказывалась. Муж, бедняжка несколько раз тормошил меня, в эти двое суток, я с трудом открывала глаза и говорила только одну фразу:

— Все идет хорошо, это действует лекарство от аллергии.

Когда я проснулась совсем, и мама и муж уже были на грани нервного срыва. А мне было хорошо. Я уже начала понимать что происходит. Мое бесхитростное колдовство подействовало, и из моего организма безжалостно изгонялись аллергены.

Что я видела во время своего долгосрочного сна? Как Вам сказать, я общалась со своими побратимами, я научилась их чувствовать, понимать их нужды. Я сама стала растением, их доверенным лицом в человеческом обществе.

Лера вздохнула и посмотрела на паренька слушавшего ее историю. В его глазах светилась радость и вера в чудеса.

— И что? — спросил он, пожирая глазами симпатичную юную девушку. Она убрала волосы со лба и, подмигнув ему, ответила:

— Аллергия прошла без следа, и я теперь с большой радостью провожу время в этой оранжерее. Благодаря силе папоротника я много знаю о флоре, ведь папоротник одно из древнейших растений и многое помнит. Осина подарила мне возможность забирать у людей болезни и перерабатывать их без следа. А дуб помогает одаривать пациентов силой здоровья. С той ночи прошло уже десять лет и я ни одного дня не жалела о случившемся.

— О чем же тут жалеть? — удивился паренек. Она ответила:

— Я стала восприимчива к загрязнению экологической среды. Мне хорошо в оранжерее, отлично себя чувствую во многих городах России, но не там где я выросла. Тоже своего рода аллергия.

— Подождите, десять лет?

Мальчишка уставился на нее. Лера улыбнулась. Она наговорила ему много удивительных вещей, но в наш век этому никто не удивляется. Все привыкли, что знахари болтают всякую чушь о том событии, что всколыхнуло их способности. Да, она была немного странной. Она стала экстрасенсом, знахаркой, которая умеет лечить многие болезни. Но не могла же она сказать молоденькому студенту журфака, пришедшему взять у известной целительницы интервью, что дуб ее еще и долголетием наградил. Эта весть быстро разлетится среди охотников до бесплатного бессмертия и в лесу на Купальскую ночь будет просто не протолкнуться. Дубы может, и уцелеют, а папоротники, точно все вытопчут.

Вот, как-то так.