Each of the readers decides for himself whether to believe in this or that character or not, in the same way here…
Добавить в моё избранное
22 мин, 30 сек 219
Через некоторое время мужчина всё-таки заговорил.
— Расскажи мне, тебе хоть немного повезло иметь сестру старше тебя? Она хоть немного защищала от своих родителей? — Нет. Не повезло. Эта дрянь вечно сюсюкается со мной.
Рудольф удивлённо уставился на девочку, ему и в голову не приходило, что она называет сестру такой кличкой.
— И это всё? У тебя хотя бы была возможность поговорить с ней по душам? — Ты издеваешься? Нет конечно.
Мужчина продолжал внимательно на неё смотреть, ему было трудно услышать такие грубые слова из уст такой тихой девочки.
— Неужели тебя совсем не успокаивала хотя бы мысль, что есть человек, который может защитить тебя хоть немного? — Если ты хочешь меня расколоть, то у тебя это не получится.
Рудольф не ожидал такого ответа, он снова молча на неё смотрел и наконец ответил.
— Я знаю, что ты сильная девочка, очень сильная… Но даже ты можешь нуждается в эмоциональной поддержке… Взаимопонимании…
— Это мне нужно было раньше. Сейчас уже поздно. Мне это уже не нужно. А теперь… Просто оставь меня одну…
Он видел в её взгляде грусть и холод. Она была одинока уже долгое время… Райт давно убедила себя что ей не нужна эмоциональная поддержка, но он прекрасно знал что это было не так. Мужчина давно заметил, что она в последнее время грустная и задумчивая…
Рудольф хорошо знал что сейчас ей не стоит оставаться наедине со своими мыслями, но спорить с ней было бесполезно. Райт была слишком упряма.
Он медленно кивнул и нехотя покинул комнату. Осознание того что он должен был остаться с ней, преследовало его, все его инстинкты кричали ему чтобы он вернулся назад и остался с ней.
Может он зря всё-таки ушел? Может он должен был остаться с ней?
Анна же подошла к окну и открыла его на распашку.
В комнату сразу же повеяло прохладным ночным воздухом, пробравшимся сквозь окно. В это время уже успело стемнеть, поэтому луна была прекрасно видна над серыми облаками на небе.
Райт молча смотрела в тёмную ночь, тихий и холодный ночной воздух успокаивал её. Она пыталась успокоить свои мысли, но как бы она не старалась, грустные мысли о собственном одиночестве снова начали возвращаться в голову.
Вдруг раздался тихий скрип двери, тихое отодвигание замка. Но девочка была слишком поглощена своими мыслями, что даже не посмотрела в сторону двери.
В комнате стало тихо, лишь тихий скрип паркетного пола, тихий звук шагов всё ближе подходят к ней. И тут чьи-то руки нежно оказались на талии Райт, мягко положив руки на неё. Голос прозвучал совсем близко от уха.
— О чем задумалась?
Мужской голос тихо и спокойно спросил, не убирая рук с талии Райт. Она вздрогнула от испуга, резко повернув голову в сторону голоса. Чьи руки оказались на её талии? — Тебе нет до этого дела. Хватит притворяться хорошим отцом для меня.
Давид не ожидал такого ответа от девочки, он резко убрал руки с талии Райт и отошёл назад на шаг, чтобы рассмотреть её полностью.
— Я не притворяюсь хорошим отцом, я и без притворства знаю что я хороший отец. А тебе стоит держать свой язык за зубами в разговоре со мной.
— А то что? Ударишь меня? У нас же в семье все женщины мусор, днище.
Давид молчит пару секунд, а потом резко хватает Райт за запястье и притягивает к себе. Он хватает её за подбородок, заставляя посмотреть на себя.
— Ты перешла все границы. Ты слишком много себе позволяешь, ведёшь себя слишком дерзко.
— Я не перехожу границы, я просто говорю правду. Ты сам говорил что женщины не имеют права голоса.
Челюсть мужчины сжимается, а глаза сужаются. Он грубо бросает дочь на стол.
— Заткнись. Ты думаешь я хочу слышать это от собственной дочери? От тебя требуется лишь молчание и послушно делать то, что я приказал.
— Вот именно. ПРИКАЗАЛ, а не попросил. Ты не знаешь что такое просьбы. Ты можешь только и делать что отдавать приказы подчинённым.
Слова Райт бесили Давида. Ему очень сильно хотелось ударить эту дерзкую девочку по щеке, но он понимал, что это лишь докажет её правоту. Он хватает Райт за одежду сильнее, грубо встряхивая её.
— Заткни свой грязный рот! Может я наконец-то научу тебя как правильно себя вести! Может я вытащу эту дерзость из тебя с помощью ремня? — Нет, спасибо. Мне этого дерьма достаточно и от матери.
На лице мужчины появляется недоверчивое выражения. Он не ожидал, что Райт может таким тоном рассказать о своей матери. Он на секунду задумался, но всё же не смог удержаться и грубо встряхнул дочь снова.
— Мать или нет, но тебе стоит научиться держать свой язык за зубами! Никто из женщин не имеет права голоса, я тебе уже говорил это много раз!
Райт не двигается, даже не пытается пошевелиться. Она смотрит на отца своими серыми холодными глазами, а её губы сжаты в тонкую полоску.
— Расскажи мне, тебе хоть немного повезло иметь сестру старше тебя? Она хоть немного защищала от своих родителей? — Нет. Не повезло. Эта дрянь вечно сюсюкается со мной.
Рудольф удивлённо уставился на девочку, ему и в голову не приходило, что она называет сестру такой кличкой.
— И это всё? У тебя хотя бы была возможность поговорить с ней по душам? — Ты издеваешься? Нет конечно.
Мужчина продолжал внимательно на неё смотреть, ему было трудно услышать такие грубые слова из уст такой тихой девочки.
— Неужели тебя совсем не успокаивала хотя бы мысль, что есть человек, который может защитить тебя хоть немного? — Если ты хочешь меня расколоть, то у тебя это не получится.
Рудольф не ожидал такого ответа, он снова молча на неё смотрел и наконец ответил.
— Я знаю, что ты сильная девочка, очень сильная… Но даже ты можешь нуждается в эмоциональной поддержке… Взаимопонимании…
— Это мне нужно было раньше. Сейчас уже поздно. Мне это уже не нужно. А теперь… Просто оставь меня одну…
Он видел в её взгляде грусть и холод. Она была одинока уже долгое время… Райт давно убедила себя что ей не нужна эмоциональная поддержка, но он прекрасно знал что это было не так. Мужчина давно заметил, что она в последнее время грустная и задумчивая…
Рудольф хорошо знал что сейчас ей не стоит оставаться наедине со своими мыслями, но спорить с ней было бесполезно. Райт была слишком упряма.
Он медленно кивнул и нехотя покинул комнату. Осознание того что он должен был остаться с ней, преследовало его, все его инстинкты кричали ему чтобы он вернулся назад и остался с ней.
Может он зря всё-таки ушел? Может он должен был остаться с ней?
Анна же подошла к окну и открыла его на распашку.
В комнату сразу же повеяло прохладным ночным воздухом, пробравшимся сквозь окно. В это время уже успело стемнеть, поэтому луна была прекрасно видна над серыми облаками на небе.
Райт молча смотрела в тёмную ночь, тихий и холодный ночной воздух успокаивал её. Она пыталась успокоить свои мысли, но как бы она не старалась, грустные мысли о собственном одиночестве снова начали возвращаться в голову.
Вдруг раздался тихий скрип двери, тихое отодвигание замка. Но девочка была слишком поглощена своими мыслями, что даже не посмотрела в сторону двери.
В комнате стало тихо, лишь тихий скрип паркетного пола, тихий звук шагов всё ближе подходят к ней. И тут чьи-то руки нежно оказались на талии Райт, мягко положив руки на неё. Голос прозвучал совсем близко от уха.
— О чем задумалась?
Мужской голос тихо и спокойно спросил, не убирая рук с талии Райт. Она вздрогнула от испуга, резко повернув голову в сторону голоса. Чьи руки оказались на её талии? — Тебе нет до этого дела. Хватит притворяться хорошим отцом для меня.
Давид не ожидал такого ответа от девочки, он резко убрал руки с талии Райт и отошёл назад на шаг, чтобы рассмотреть её полностью.
— Я не притворяюсь хорошим отцом, я и без притворства знаю что я хороший отец. А тебе стоит держать свой язык за зубами в разговоре со мной.
— А то что? Ударишь меня? У нас же в семье все женщины мусор, днище.
Давид молчит пару секунд, а потом резко хватает Райт за запястье и притягивает к себе. Он хватает её за подбородок, заставляя посмотреть на себя.
— Ты перешла все границы. Ты слишком много себе позволяешь, ведёшь себя слишком дерзко.
— Я не перехожу границы, я просто говорю правду. Ты сам говорил что женщины не имеют права голоса.
Челюсть мужчины сжимается, а глаза сужаются. Он грубо бросает дочь на стол.
— Заткнись. Ты думаешь я хочу слышать это от собственной дочери? От тебя требуется лишь молчание и послушно делать то, что я приказал.
— Вот именно. ПРИКАЗАЛ, а не попросил. Ты не знаешь что такое просьбы. Ты можешь только и делать что отдавать приказы подчинённым.
Слова Райт бесили Давида. Ему очень сильно хотелось ударить эту дерзкую девочку по щеке, но он понимал, что это лишь докажет её правоту. Он хватает Райт за одежду сильнее, грубо встряхивая её.
— Заткни свой грязный рот! Может я наконец-то научу тебя как правильно себя вести! Может я вытащу эту дерзость из тебя с помощью ремня? — Нет, спасибо. Мне этого дерьма достаточно и от матери.
На лице мужчины появляется недоверчивое выражения. Он не ожидал, что Райт может таким тоном рассказать о своей матери. Он на секунду задумался, но всё же не смог удержаться и грубо встряхнул дочь снова.
— Мать или нет, но тебе стоит научиться держать свой язык за зубами! Никто из женщин не имеет права голоса, я тебе уже говорил это много раз!
Райт не двигается, даже не пытается пошевелиться. Она смотрит на отца своими серыми холодными глазами, а её губы сжаты в тонкую полоску.
Страница 2 из 7
