С чего они начинаются, дороги, ведущие человека в ад?…
301 мин, 39 сек 2523
Вы ведь ему верите? — Это уловка, совесть Гаррета была неспокойна, тем не менее он ее использовал. Он хотел начать работу.
Серрато смотрел ему в глаза, потом вернул справку.
— Ну, если доктор вас допустил, кто я, чтобы спорить? Ладно. Эй, вы все, прием окончен. За работу. — Он поманил Гаррета в свой кабинет. — Идемте. Вы тоже, Гарри.
Как и ожидал Гарри, последовала короткая лекция, которую можно суммировать так: — Врачи могут считать, что вы пригодны для любых обязанностей, но я думаю, что вначале вам не нужно напрягаться. Последите за ним, Гарри. Вот ваш новый значок, удостоверение личности и пистолет. Проверьте, как он действует. Вот временные права. Вероятно, вы хотите знать, как дела с вашей рыжеволосой? — Да, сэр.
— Мы ее не нашли, — сказал Гарри. — В компьютерах ничего о людях по фамилии Барбер и Александра Пфайфер. Странные псевдонимы, не правда ли? Но мне они кажутся более подходящими, чем стандартные англо-саксонские имена.
— Тут много странного. Мы покрыли всю ее квартиру порошком, но все отпечатки принадлежит той самой Мадлейн Байбер, которой адресовано письмо, но она вовсе не Барбер, а шестидесятисемилетняя женщина, арестованная за нападение в 1941 году. Ее мы тоже не нашли.
Гаррет прикусил язык: он чуть не сказал, что Лейн и Мадлейн Байбер — один и тот же человек. Если признать, что Лейн вампир, то ее истинный возраст не тот, о котором она говорит. Если он им расскажет и они поверят, то неизбежно поймут, кем он стал. И ему не хотелось знать, как они станут на это реагировать.
Неудивительно, что Лейн охотится так успешно: у нее десятилетия практики.
Он спросил: — Установили что-нибудь по сожженной бумаге?
Серрато покачал головой.
— Лаборатории удалось только частично восстановить штемпель, с двумя числами из номера почтовой зоны: 6 и 7.
— А это не может помочь?
Гарри вздохнул.
— Могло бы, если бы мы знали, первые это две цифры номера или последние. Если номер зоны 67 и так далее, письмо пришло из центрального Канзаса. А если две цифры и 67, то оно могло прийти из любого из девяти штатов. Я проверил вероятность по указателю почтовых зон. — Он рассмеялся. — Разве не интересно быть детективом? — Покажите ему фотографию, Гарри, — сказал Серрато.
Гарри принес ее со своего стола. Рассматривая фотографию, Гаррет увидел, что большая часть конверта сгорела. Виден был круг почтового штемпеля и две цифры внизу. Вверху круга части трех цифр и письменное М. Он узнал это письмо: то самое, что он видел в квартире Лейн. Жаль, что не смогли прочесть обратный адрес. Адресованное реальному человеку, оно написано тем, кто знает ее хорошо и давно.
— А узнали что-нибудь полезное по правам и регистрационному номеру машины? — Только то, что права поддельные, — ответил Гарри.
Серрато нахмурился.
— Мы проверили все источники информации, даже сведения о разыскиваемых преступниках. Я знаю, она во многом замешана. И за что-нибудь ее разыскивают.
Гаррет почувствовал удовлетворение оттого, что он не один так считает.
— Вот и все, что у нас есть, — сказал Серрато. — Остальное — за вами. — Он внимательно посмотрел на Гаррета. — Вы сможете работать?
Гаррет уверенно ответил: — Я себя прекрасно чувствую.
Серрато взмахом отпустил их.
— Почаще используйте кнут, Гарри.
Гарри с улыбкой кивнул. Возвращаясь к своему столу, он сказал: — Я несколько раз звонил тебе, хотел узнать, как дела, но ты не отвечал.
Гаррет сомневался, чтобы простой телефонный звонок мог разбудить его днем.
— Я отключил телефон, не хотел, чтобы меня беспокоили. — Даже такая небольшая ложь тревожила его.
— Лин так беспокоилась, что я чуть не поехал к тебе, чтобы проверить.
Гаррет облегченно вздохнул, что этого не случилось.
— Она сегодня в городе. Позвони ей, расскажи, что говорят врачи, и попроси приготовить столько кисло-сладкого, чтобы хватило на три вечера.
Гаррет надеялся, что паническое сокращение сердца не отразилось на его лице. Больше ему никогда не есть кисло-сладкого и вообще не есть с Лин и Гарри. Ему не пришлось скрывать разочарования в голосе: — Хорошо бы, но… у меня свидание.
Брови Гарри поднялись.
— Сестра, с которой я познакомился на проверке у врача.
Гарри хлопнул его по плечу.
— Замечательно. У тебя с сестрами хорошо получается. Рад, что ты снова в игре.
— Значит, со всеми парнями теперь будешь играть важную шишку? — спросила Эвелин Колб, подкачивая термос с чаем.
Гаррет в это время надевал очки.
— Что за острый язычок!
Она улыбнулась. Он смотрел на термос. Вот что может сократить количество выходов на охоту. В конце концов способность сохранять пищу — одно из достижений цивилизации.
Он подошел к ее столу и взял термос.
Серрато смотрел ему в глаза, потом вернул справку.
— Ну, если доктор вас допустил, кто я, чтобы спорить? Ладно. Эй, вы все, прием окончен. За работу. — Он поманил Гаррета в свой кабинет. — Идемте. Вы тоже, Гарри.
Как и ожидал Гарри, последовала короткая лекция, которую можно суммировать так: — Врачи могут считать, что вы пригодны для любых обязанностей, но я думаю, что вначале вам не нужно напрягаться. Последите за ним, Гарри. Вот ваш новый значок, удостоверение личности и пистолет. Проверьте, как он действует. Вот временные права. Вероятно, вы хотите знать, как дела с вашей рыжеволосой? — Да, сэр.
— Мы ее не нашли, — сказал Гарри. — В компьютерах ничего о людях по фамилии Барбер и Александра Пфайфер. Странные псевдонимы, не правда ли? Но мне они кажутся более подходящими, чем стандартные англо-саксонские имена.
— Тут много странного. Мы покрыли всю ее квартиру порошком, но все отпечатки принадлежит той самой Мадлейн Байбер, которой адресовано письмо, но она вовсе не Барбер, а шестидесятисемилетняя женщина, арестованная за нападение в 1941 году. Ее мы тоже не нашли.
Гаррет прикусил язык: он чуть не сказал, что Лейн и Мадлейн Байбер — один и тот же человек. Если признать, что Лейн вампир, то ее истинный возраст не тот, о котором она говорит. Если он им расскажет и они поверят, то неизбежно поймут, кем он стал. И ему не хотелось знать, как они станут на это реагировать.
Неудивительно, что Лейн охотится так успешно: у нее десятилетия практики.
Он спросил: — Установили что-нибудь по сожженной бумаге?
Серрато покачал головой.
— Лаборатории удалось только частично восстановить штемпель, с двумя числами из номера почтовой зоны: 6 и 7.
— А это не может помочь?
Гарри вздохнул.
— Могло бы, если бы мы знали, первые это две цифры номера или последние. Если номер зоны 67 и так далее, письмо пришло из центрального Канзаса. А если две цифры и 67, то оно могло прийти из любого из девяти штатов. Я проверил вероятность по указателю почтовых зон. — Он рассмеялся. — Разве не интересно быть детективом? — Покажите ему фотографию, Гарри, — сказал Серрато.
Гарри принес ее со своего стола. Рассматривая фотографию, Гаррет увидел, что большая часть конверта сгорела. Виден был круг почтового штемпеля и две цифры внизу. Вверху круга части трех цифр и письменное М. Он узнал это письмо: то самое, что он видел в квартире Лейн. Жаль, что не смогли прочесть обратный адрес. Адресованное реальному человеку, оно написано тем, кто знает ее хорошо и давно.
— А узнали что-нибудь полезное по правам и регистрационному номеру машины? — Только то, что права поддельные, — ответил Гарри.
Серрато нахмурился.
— Мы проверили все источники информации, даже сведения о разыскиваемых преступниках. Я знаю, она во многом замешана. И за что-нибудь ее разыскивают.
Гаррет почувствовал удовлетворение оттого, что он не один так считает.
— Вот и все, что у нас есть, — сказал Серрато. — Остальное — за вами. — Он внимательно посмотрел на Гаррета. — Вы сможете работать?
Гаррет уверенно ответил: — Я себя прекрасно чувствую.
Серрато взмахом отпустил их.
— Почаще используйте кнут, Гарри.
Гарри с улыбкой кивнул. Возвращаясь к своему столу, он сказал: — Я несколько раз звонил тебе, хотел узнать, как дела, но ты не отвечал.
Гаррет сомневался, чтобы простой телефонный звонок мог разбудить его днем.
— Я отключил телефон, не хотел, чтобы меня беспокоили. — Даже такая небольшая ложь тревожила его.
— Лин так беспокоилась, что я чуть не поехал к тебе, чтобы проверить.
Гаррет облегченно вздохнул, что этого не случилось.
— Она сегодня в городе. Позвони ей, расскажи, что говорят врачи, и попроси приготовить столько кисло-сладкого, чтобы хватило на три вечера.
Гаррет надеялся, что паническое сокращение сердца не отразилось на его лице. Больше ему никогда не есть кисло-сладкого и вообще не есть с Лин и Гарри. Ему не пришлось скрывать разочарования в голосе: — Хорошо бы, но… у меня свидание.
Брови Гарри поднялись.
— Сестра, с которой я познакомился на проверке у врача.
Гарри хлопнул его по плечу.
— Замечательно. У тебя с сестрами хорошо получается. Рад, что ты снова в игре.
— Значит, со всеми парнями теперь будешь играть важную шишку? — спросила Эвелин Колб, подкачивая термос с чаем.
Гаррет в это время надевал очки.
— Что за острый язычок!
Она улыбнулась. Он смотрел на термос. Вот что может сократить количество выходов на охоту. В конце концов способность сохранять пищу — одно из достижений цивилизации.
Он подошел к ее столу и взял термос.
Страница 35 из 86