Саймон Альберт Вайцель никак не мог сообразить, что он делает среди ночи здесь, на самом краю бездонного котлована, вырытого компанией «Гордон консолидэйтед энтерпрайзиз». Он не помнил, как добирался сюда: автобусом ли, электричкой, не мог припомнить мигающих огоньков светофоров или каких-нибудь других подробностей поездки. Вспомнил лишь звуки, звуки, которые он слышал день за днем, неделю за неделей на протяжении вот уже второго месяца... Звуки, которые стоили ему работы и рассудка.
Добавить в моё избранное
333 мин, 59 сек 14989
Зомби подступали с обеих сторон галереи, оставив им единственный выход — прыгнуть вниз в пугающе безмолвную орду, затопившую весь вестибюль… Но и это, конечно, был не выход.
Раздался мелодичный звон, и они метнулись к подошедшему лифту, но кабина его была переполнена зомби, угрожающе двинувшимися им навстречу. Подошел еще один лифт, и из распахнувшихся его дверей показались, толкая друг друга, фигуры новых преследователей.
— Мы погибли, Штрауд, — произнес Натан. — По-моему, лучше выбрать быструю и легкую смерть.
Комиссар поднял пистолет и взвел большим пальцем курок.
— Эшшшшшру-у-у-ад! — хором взвыли зомби. Несколько из них взялись за руки и внезапно растворились в студенистой массе бурой жижи, которая приняла зыбко колышущуюся отталкивающую форму какого-то жуткого существа, из пустых его глазниц выскакивали пятнистые бурые змеи, чудовищная пасть разверзлась, как врата ада.
— Эшшшшшру-у-у-ад! — прорычало оно. — Теперь ты видишь, что я могу уничтожить тебя в любое время — в любую минуту!
— Так кончай нас, ты, урод поганый!
Натан направил пистолет на Кендру, он не мог допустить, чтобы она стала жертвой тошнотворной толпы зомби или кошмарного монстра, образовавшегося из их тел.
— Не-е-е-е-е-е-е-е-ет, Эшруад, — заколыхалось существо. — Я хочу, чтобы ты сам ко мне явился, и привел своих друзей.
Чудовище разразилось издевательски гнусным сатанинским хохотом. Зомби тем временем застыли в неподвижных позах, как каменные изваяния, и, кажется, даже не дышали. Кроме тех нескольких, из которых формировалось искусственное подобие демона. Они слились в жуткого подергивающего множеством щупалец монстра с огромными зияющими впадинами глазниц, из которых молниями вылетали змеи и тут же исчезали в бурой клейкой жиже, заменявшей чудовищу кожу. Ее поверхность лоснилась омерзительной слизью, и Кендра, не в силах вынести этого зрелища, спрятала лицо на груди Натана. Части тел зомби, соединившихся в воссоздании образа монстра, руки и ноги, уши и глаза, виднелись как бы по отдельности в медленном круговороте внутри отталкивающей жижи, которая их каким-то образом поглотила всех целиком.
— Это еще что за чертовщина, Штрауд? И почему она называет вас Эшруадом? — Натан окинул его подозрительным взглядом.
— Это проявление того существа в котловане. Не само существо, а лишь его образ. Оно издевается над нами.
— Над нами или только над вами? — Оно играет с нами, — твердо заявил Штрауд. — Это дьявольское отродье играет с нами, как кошка с мышью. Оно могло бы просто позволить зомби убить нас на месте сию же секунду…
— А почему же оно это не делает? — Потому что ему что-то от меня нужно.
— Что? Что ему нужно? — Сам не знаю, черт бы его побрал. Пока, во всяком случае. — Штрауд почувствовал, что демоническое создание хочет, чтобы он вернулся к нему, к месту его обитания и там встретился с ним лицом к лицу, один на один, что создание это каким-то образом знает об особом даре Штрауда в борьбе со злом… И зло, можно сказать, бросило ему перчатку.
Но как могут Натан или даже Кендра понять и поверить в это?
Подошел еще один лифт, двери его распахнулись, и зомби расступились, показывая, что кабина пуста. Штрауд моментально понял их маневр и решительно распорядился: — Кендра! Натан! Оба в лифт, быстро! Скорее! Они без колебаний бросились в кабину. Штрауд, осторожно пятясь, зашел туда последним. Дверные створки сомкнулись, скрыв от их глаз бледнеющие и как бы растворяющиеся формы ужасного монстра, на которого и смотреть более секунды было нестерпимо страшно.
— На крышу этим лифтом попадем? — спросил Штрауд комиссара.
— Не доезжая одного этажа. Оттуда придется подняться пешком по лестнице, — объяснил возбужденный Натан, все еще сжимая в руке пистолет. — Но почему, Штрауд? Объясните мне, почему оно пощадило вас, и меня, и доктора Клайн? — Если бы я только мог ответить…
— И почему она называет тебя Эшруадом? — Голос Кендры пресекался от волнения и только что пережитого ужаса.
Двери лифта открылись в пустой коридор и смотровую вышку. Штрауд увидел табличку, указывающую путь на крышу, и беспрепятственно повел их к спасению.
Но Кендра внезапно остановилась и упрямо потребовала, чтобы он ответил на ее вопрос.
— Сейчас на это нет времени, — взмолился Штрауд.
— Ничего, найдется. Я хочу знать, что означает слово «Эшруад»
— Все объясню в музее. Обещаю.
В этот момент вмешался Натан, которому также не терпелось получить разъяснения. Он грубо схватил Штрауда за плечо и рывком повернул к себе лицом, будто собираясь нанести удар, и Штрауд инстинктивно сбросил его руку, не обращая внимания на угрожающе наставленный пистолет.
— Нет, отвечайте, Штрауд! Чем это вы так защищены от этой, от этого чудища? И объясните, почему бы мне просто не продырявить вас парой пуль?
Раздался мелодичный звон, и они метнулись к подошедшему лифту, но кабина его была переполнена зомби, угрожающе двинувшимися им навстречу. Подошел еще один лифт, и из распахнувшихся его дверей показались, толкая друг друга, фигуры новых преследователей.
— Мы погибли, Штрауд, — произнес Натан. — По-моему, лучше выбрать быструю и легкую смерть.
Комиссар поднял пистолет и взвел большим пальцем курок.
— Эшшшшшру-у-у-ад! — хором взвыли зомби. Несколько из них взялись за руки и внезапно растворились в студенистой массе бурой жижи, которая приняла зыбко колышущуюся отталкивающую форму какого-то жуткого существа, из пустых его глазниц выскакивали пятнистые бурые змеи, чудовищная пасть разверзлась, как врата ада.
— Эшшшшшру-у-у-ад! — прорычало оно. — Теперь ты видишь, что я могу уничтожить тебя в любое время — в любую минуту!
— Так кончай нас, ты, урод поганый!
Натан направил пистолет на Кендру, он не мог допустить, чтобы она стала жертвой тошнотворной толпы зомби или кошмарного монстра, образовавшегося из их тел.
— Не-е-е-е-е-е-е-е-ет, Эшруад, — заколыхалось существо. — Я хочу, чтобы ты сам ко мне явился, и привел своих друзей.
Чудовище разразилось издевательски гнусным сатанинским хохотом. Зомби тем временем застыли в неподвижных позах, как каменные изваяния, и, кажется, даже не дышали. Кроме тех нескольких, из которых формировалось искусственное подобие демона. Они слились в жуткого подергивающего множеством щупалец монстра с огромными зияющими впадинами глазниц, из которых молниями вылетали змеи и тут же исчезали в бурой клейкой жиже, заменявшей чудовищу кожу. Ее поверхность лоснилась омерзительной слизью, и Кендра, не в силах вынести этого зрелища, спрятала лицо на груди Натана. Части тел зомби, соединившихся в воссоздании образа монстра, руки и ноги, уши и глаза, виднелись как бы по отдельности в медленном круговороте внутри отталкивающей жижи, которая их каким-то образом поглотила всех целиком.
— Это еще что за чертовщина, Штрауд? И почему она называет вас Эшруадом? — Натан окинул его подозрительным взглядом.
— Это проявление того существа в котловане. Не само существо, а лишь его образ. Оно издевается над нами.
— Над нами или только над вами? — Оно играет с нами, — твердо заявил Штрауд. — Это дьявольское отродье играет с нами, как кошка с мышью. Оно могло бы просто позволить зомби убить нас на месте сию же секунду…
— А почему же оно это не делает? — Потому что ему что-то от меня нужно.
— Что? Что ему нужно? — Сам не знаю, черт бы его побрал. Пока, во всяком случае. — Штрауд почувствовал, что демоническое создание хочет, чтобы он вернулся к нему, к месту его обитания и там встретился с ним лицом к лицу, один на один, что создание это каким-то образом знает об особом даре Штрауда в борьбе со злом… И зло, можно сказать, бросило ему перчатку.
Но как могут Натан или даже Кендра понять и поверить в это?
Подошел еще один лифт, двери его распахнулись, и зомби расступились, показывая, что кабина пуста. Штрауд моментально понял их маневр и решительно распорядился: — Кендра! Натан! Оба в лифт, быстро! Скорее! Они без колебаний бросились в кабину. Штрауд, осторожно пятясь, зашел туда последним. Дверные створки сомкнулись, скрыв от их глаз бледнеющие и как бы растворяющиеся формы ужасного монстра, на которого и смотреть более секунды было нестерпимо страшно.
— На крышу этим лифтом попадем? — спросил Штрауд комиссара.
— Не доезжая одного этажа. Оттуда придется подняться пешком по лестнице, — объяснил возбужденный Натан, все еще сжимая в руке пистолет. — Но почему, Штрауд? Объясните мне, почему оно пощадило вас, и меня, и доктора Клайн? — Если бы я только мог ответить…
— И почему она называет тебя Эшруадом? — Голос Кендры пресекался от волнения и только что пережитого ужаса.
Двери лифта открылись в пустой коридор и смотровую вышку. Штрауд увидел табличку, указывающую путь на крышу, и беспрепятственно повел их к спасению.
Но Кендра внезапно остановилась и упрямо потребовала, чтобы он ответил на ее вопрос.
— Сейчас на это нет времени, — взмолился Штрауд.
— Ничего, найдется. Я хочу знать, что означает слово «Эшруад»
— Все объясню в музее. Обещаю.
В этот момент вмешался Натан, которому также не терпелось получить разъяснения. Он грубо схватил Штрауда за плечо и рывком повернул к себе лицом, будто собираясь нанести удар, и Штрауд инстинктивно сбросил его руку, не обращая внимания на угрожающе наставленный пистолет.
— Нет, отвечайте, Штрауд! Чем это вы так защищены от этой, от этого чудища? И объясните, почему бы мне просто не продырявить вас парой пуль?
Страница 53 из 96
