Саймон Альберт Вайцель никак не мог сообразить, что он делает среди ночи здесь, на самом краю бездонного котлована, вырытого компанией «Гордон консолидэйтед энтерпрайзиз». Он не помнил, как добирался сюда: автобусом ли, электричкой, не мог припомнить мигающих огоньков светофоров или каких-нибудь других подробностей поездки. Вспомнил лишь звуки, звуки, которые он слышал день за днем, неделю за неделей на протяжении вот уже второго месяца... Звуки, которые стоили ему работы и рассудка.
Добавить в моё избранное
333 мин, 59 сек 14997
Может быть, ему, взяв череп, попытаться отправиться туда одному и как-то обмануть или отпугнуть зомби? — Пока я с тобой, они пропустят тебя, Штрауд, — проговорил череп.
Так, значит, он способен проникнуть в мой разум, читать мои мысли, ахнул про себя Штрауд. На мгновение он засомневался, а не злодейский ли это трюк сатанинской силы. Штрауд вспомнил, как она в попытке убить его использовала телесную оболочку Вайцеля, вспомнил занесенную над своей головой кувалду, вспомнил, как зомби напали на него, Кендру и Натана.
— Доверься мне Штрауд, как я верю тебе.
— Как нам уничтожить Уббррокксса? — Уббррокксс подавится хрусталем.
— Подавится? Но что станет с тобой? — Я обрету упокоение. Я и еще пятьсот тысяч душ, заточенных в хрустальном черепе.
— Пятьсот тысяч? — Наши души вселяют в хрусталь жизнь и энергию.
Штрауд содрогнулся от этого признания.
— Вы… Так это вы принесли остальных в жертву Уббрроккссу? — И обрекли себя на вечный позор и проклятье. Штрауду показалось, что теперь наконец он начинает понимать этрускского прорицателя.
Когда Штрауд вернулся к своим коллегам, Кендра говорила по телефону, видимо, с кем-то в больнице. Они все еще искали какой-либо медицинский препарат против напасти, и в данный момент обсуждали что-то мудреное, связанное с химией мозгового вещества. Штрауд подошел к Вишу и Леонарду, все еще прижимая к груди хрустальный череп. Оба археолога не могли оторвать глаз от серебристого мерцания огоньков, пробегающих в хрустальной прозрачности черепа подобно электрическим вспышкам синапсов (Синапсы — области контакта нервных клеток друг с другом и с клетками исполнительных органов!) в человеческом мозгу. Зрелище их одновременно пугало и завораживало.
— Мне нужно знать все, что у вас есть о человеке по имени Эшруад, Вишневски, — потребовал Штрауд.
— Я передам вам все материалы…
— Немедленно!
— Хорошо, немедленно.
— А как насчет этого черепа? — спросил Леонард. — В чем тут дело? — Это-то я и пытаюсь узнать. Он может оказаться нашим могучим оружием, или погибелью. Кендра положила трубку и сообщила: — Те, кто остался из моей группы в больнице, при вскрытиях зомби обнаружили невероятно высокое содержание серотонина (Серотонин — передатчик проведения нервного импульса через синапс; нарушение его обмена приводит к расстройствам психики человека!) в их веществе мозга. Это оказывает на психику человека столь сильное действие, как никакой другой известный нам наркотик. У нас есть препараты для снижения уровня серотонина, но затевать химическую войну в человеческой голове — вещь крайне рискованная. Лекарство может оказаться столь же опасным, как и сам недуг.
— Используйте все, что можете, доктор Клайн, — попросил ее Штрауд. — Когда мы спустимся в котлован, нам пригодится любое средство, какое только у нас будет.
— Без меня, — неожиданно, но категорически заявил Леонард. — Я туда не вернусь. Если вы настолько глупы или безумны…
— Как вам угодно, — сухо перебил его Штрауд. — Я должен еще кое-что поискать в книгах.
Он отошел к Вишу, который собрал ему требуемые фолианты и научные журналы. Штрауд, сгорбив спину, углубился в их чтение, хрустальный череп у его локтя тоже словно бы читал вместе с ним, прозрачные его глаза посверкивали при свете настольной лампы. Затаившему дыхание Вишу показалось, то он заметил какое-то движение внутри хрустального черепа, какие-то неясные формы и образы, но, возможно, это была просто игра отраженного света.
Через час все собираемся для обсуждения стратегии борьбы с дьявольским отродьем, — предупредил Штрауд Виша. — Передайте остальным. Нельзя больше терять время.
— Будет исполнено, доктор Штрауд. — Виш осторожно, без стука прикрыл за собой дверь.
Штрауд собрал своих коллег в кабинете Вишневски, обставленном темной мебелью и заваленном книгами. Он рассказал, что поведал ему хрустальный череп.
— Этруски не смогли уничтожить или даже обуздать злого духа. Припертые к стене, как мы сейчас, они уступили его требованиям — как и мы в данный момент.
— Но мы не уступали его требованиям! — возмущенно запротестовал Вишневски.
— Вы нет. И доктор Леонард тоже. А вот все люди в котловане сдались.
— Но они были бессильны что-либо сделать, — возразила Кендра. — Они же… Ими же овладел этот, эта штука!
— У каждого, подчеркиваю, у каждого из них был выбор, — поправил Штрауд Кендру. — Они могли этого не знать, а могли и просто испугаться. Но каждый из этих зомби мог или умереть, или служить дьяволу. Вот такой им был предоставлен выбор. Но если они предпочли служение дьяволу, они должны его насытить.
— И все это вы узнали, созерцая череп? — подозрительно спросил Леонард.
— Зомби принесут в жертву всех нас — в точности, как вы говорили, доктор Леонард. Не зомби предназначены в агнцы на заклание — но все мы, все, в кого еще не вселился этот монстр.
Так, значит, он способен проникнуть в мой разум, читать мои мысли, ахнул про себя Штрауд. На мгновение он засомневался, а не злодейский ли это трюк сатанинской силы. Штрауд вспомнил, как она в попытке убить его использовала телесную оболочку Вайцеля, вспомнил занесенную над своей головой кувалду, вспомнил, как зомби напали на него, Кендру и Натана.
— Доверься мне Штрауд, как я верю тебе.
— Как нам уничтожить Уббррокксса? — Уббррокксс подавится хрусталем.
— Подавится? Но что станет с тобой? — Я обрету упокоение. Я и еще пятьсот тысяч душ, заточенных в хрустальном черепе.
— Пятьсот тысяч? — Наши души вселяют в хрусталь жизнь и энергию.
Штрауд содрогнулся от этого признания.
— Вы… Так это вы принесли остальных в жертву Уббрроккссу? — И обрекли себя на вечный позор и проклятье. Штрауду показалось, что теперь наконец он начинает понимать этрускского прорицателя.
Когда Штрауд вернулся к своим коллегам, Кендра говорила по телефону, видимо, с кем-то в больнице. Они все еще искали какой-либо медицинский препарат против напасти, и в данный момент обсуждали что-то мудреное, связанное с химией мозгового вещества. Штрауд подошел к Вишу и Леонарду, все еще прижимая к груди хрустальный череп. Оба археолога не могли оторвать глаз от серебристого мерцания огоньков, пробегающих в хрустальной прозрачности черепа подобно электрическим вспышкам синапсов (Синапсы — области контакта нервных клеток друг с другом и с клетками исполнительных органов!) в человеческом мозгу. Зрелище их одновременно пугало и завораживало.
— Мне нужно знать все, что у вас есть о человеке по имени Эшруад, Вишневски, — потребовал Штрауд.
— Я передам вам все материалы…
— Немедленно!
— Хорошо, немедленно.
— А как насчет этого черепа? — спросил Леонард. — В чем тут дело? — Это-то я и пытаюсь узнать. Он может оказаться нашим могучим оружием, или погибелью. Кендра положила трубку и сообщила: — Те, кто остался из моей группы в больнице, при вскрытиях зомби обнаружили невероятно высокое содержание серотонина (Серотонин — передатчик проведения нервного импульса через синапс; нарушение его обмена приводит к расстройствам психики человека!) в их веществе мозга. Это оказывает на психику человека столь сильное действие, как никакой другой известный нам наркотик. У нас есть препараты для снижения уровня серотонина, но затевать химическую войну в человеческой голове — вещь крайне рискованная. Лекарство может оказаться столь же опасным, как и сам недуг.
— Используйте все, что можете, доктор Клайн, — попросил ее Штрауд. — Когда мы спустимся в котлован, нам пригодится любое средство, какое только у нас будет.
— Без меня, — неожиданно, но категорически заявил Леонард. — Я туда не вернусь. Если вы настолько глупы или безумны…
— Как вам угодно, — сухо перебил его Штрауд. — Я должен еще кое-что поискать в книгах.
Он отошел к Вишу, который собрал ему требуемые фолианты и научные журналы. Штрауд, сгорбив спину, углубился в их чтение, хрустальный череп у его локтя тоже словно бы читал вместе с ним, прозрачные его глаза посверкивали при свете настольной лампы. Затаившему дыхание Вишу показалось, то он заметил какое-то движение внутри хрустального черепа, какие-то неясные формы и образы, но, возможно, это была просто игра отраженного света.
Через час все собираемся для обсуждения стратегии борьбы с дьявольским отродьем, — предупредил Штрауд Виша. — Передайте остальным. Нельзя больше терять время.
— Будет исполнено, доктор Штрауд. — Виш осторожно, без стука прикрыл за собой дверь.
Штрауд собрал своих коллег в кабинете Вишневски, обставленном темной мебелью и заваленном книгами. Он рассказал, что поведал ему хрустальный череп.
— Этруски не смогли уничтожить или даже обуздать злого духа. Припертые к стене, как мы сейчас, они уступили его требованиям — как и мы в данный момент.
— Но мы не уступали его требованиям! — возмущенно запротестовал Вишневски.
— Вы нет. И доктор Леонард тоже. А вот все люди в котловане сдались.
— Но они были бессильны что-либо сделать, — возразила Кендра. — Они же… Ими же овладел этот, эта штука!
— У каждого, подчеркиваю, у каждого из них был выбор, — поправил Штрауд Кендру. — Они могли этого не знать, а могли и просто испугаться. Но каждый из этих зомби мог или умереть, или служить дьяволу. Вот такой им был предоставлен выбор. Но если они предпочли служение дьяволу, они должны его насытить.
— И все это вы узнали, созерцая череп? — подозрительно спросил Леонард.
— Зомби принесут в жертву всех нас — в точности, как вы говорили, доктор Леонард. Не зомби предназначены в агнцы на заклание — но все мы, все, в кого еще не вселился этот монстр.
Страница 61 из 96
