Моему агенту Рисии Мэйнхарт: красивой, умной, честной и уверенной в себе. Чего еще может пожелать писатель? Выражаю благодарность: Как всегда, моему мужу Гарри, который, несмотря на десять лет совместной жизни, все еще самый дорогой мне человек. Джинджер Бучанан, нашему редактору, которая поверила в нас с Анитой с самого начала. Кэрол Кохи, нашему английскому редактору, которая переправила нас с Анитой через океан. Марсии Вулси, которая первой прочла рассказ об Аните и сказала, что ей понравилось. (Марсия, пожалуйста свяжитесь с моим издателем, я буду очень рада с тобой поговорить). Ричарду А. Кнааку, доброму другу и уважаемому альтернативному историку. Наконец-то ты узнаешь, что было дальше. Дженни Ли Симнер, Марелле Сэндс и Роберту К. Шифу, которые всегда считали, что эта книга не имеет себе равных. Удачи тебе в Аризоне, Дженни. Нам будет тебя не хватать. Деборе Миллителло, за то, что она всегда поддерживала меня в трудную минуту. М.С. Самнеру, соседу и другу. Да здравствует альтернативные историки! Спасибо всем, кто посещал мои чтения на Виндиконе и Каприконе.
Добавить в моё избранное— Доказательства кое-чего — несомненно, но того, что она оживляла зомби-убийцу… — Я покачала головой. — Если она его оживила и он от нее сбежал, вряд ли она захочет, чтобы кто-то об этом пронюхал. Она уничтожит все доказательства, лишь бы спасти лицо.
— Не успокоюсь, пока не заставлю ее ответить за это, — сказал Дольф.
— Я тоже.
— Она может сделать вторую попытку и еще раз тебя убить, — сказал Зебровски от двери и подул на кофе, чтобы он поскорее остыл.
— Глупая шутка, — сказала я.
— Ты думаешь, она повторит покушение? — спросил Дольф.
— Вероятно. Но как эти зомби, дьявол их раздери, проникли ко мне в квартиру? — Кто-то открыл замок отмычкой, — сказал Дольф. — Мог зомби…
— Нет, зомби сорвал бы дверь с петель и не стал бы тратить время на то, чтобы открыть замок. Даже если бы моторная память позволяла ему это сделать.
— Значит, какой-то умелец открыл дверь и впустил их, — сказал Дольф.
— Получается так, — сказала я.
— Есть предположения, кто бы это мог быть? — Держу пари — один из ее телохранителей. Ее внучек Антонио или, может быть, Энцо. Здоровяк лет сорока, похоже, ее личный страж. Не знаю, оба ли они имеют нужные навыки, но это кто-то из них. И скорее Энцо, а не Антонио.
— Почему? — Если бы Тони впустил зомби, он остался бы посмотреть.
— Ты уверена?
Я пожала плечами.
— Он из таких людей. Энцо сделал бы дело и отвалил. Он в точности следовал бы приказу. А внучек — не обязательно.
Дольф кивнул: — Я думаю, что смогу получить ордер на обыск в течение сорока восьми часов.
— Два дня — слишком много, Дольф.
— Два дня с учетом того, что у нас нет ни единого доказательства, Анита. За исключением твоих слов. Я и так рискую собственной задницей.
— Доминга в этом замешана, Дольф, так или иначе. Не знаю почему и не знаю, почему она потеряла контроль над зомби, но она в этом замешана.
— Я получу ордер, — сказал Дольф.
— Наш брат в синем сказал, будто ты говорила ему, что ты из полиции, — вставил Зебровски.
— Я сказала, что я из вашей команды. Я никогда не говорила, что я из полиции.
Зебровски усмехнулся: — М-мм. Ну-ну.
— Сегодня ночью ты в безопасности? — спросил Дольф.
— Я думаю, да. Сеньора не хочет вступать в конфликт с законом. К плохим ведьмам отношение такое же, как к плохим вампирам. Это автоматически означает смертный приговор.
— Потому что люди их слишком боятся, — сказал Дольф.
— Потому что некоторые ведьмы слишком легко переступают черту.
— А что насчет королев вуду? — ухмыльнулся Зебровски.
Я покачала головой: — Не знаю и знать не хочу.
— Ну что ж, мы пойдем, а ты немного поспи, — сказал Дольф. Он поставил пустую кофейную чашку на стол. Зебровски еще не допил, но тоже поставил чашку и пошел за Дольфом.
Я проводила их до дверей.
— Я дам тебе знать, когда получу ордер, — сказал Дольф.
— Ты не можешь добиться для меня разрешения осмотреть личные вещи Питера Бурка? — Зачем? — Есть только два способа потерять контроль над зомби, которые могут привести к таким ужасным последствиям. Первый: у аниматора достаточно власти, чтобы оживить зомби, но недостаточно, чтобы им управлять. Доминга в состоянии управлять всем, что она может оживить. Второй: вмешательство кого-то, приблизительно равного по силе. Своего рода поединок. — Я посмотрела на Дольфа. — У Джона Бурка хватило бы на это сил. Возможно, если я окажу Джону услугу, возьму его посмотреть личные вещи брата, — ну, вроде как для того, чтобы он сказал, все ли на месте, — возможно, он как-нибудь проговорится.
— Доминга Сальвадор на тебя уже нагадила, Анита. Не хватит ли с тебя на эту неделю? — Хватит на всю жизнь, — сказала я. — Но надо же что-то делать, пока мы ждем ордера.
Дольф кивнул: — Ладно. Я это устрою. Позвони завтра утром мистеру Бурку и назначь время. Потом позвонишь мне.
— Будет сделано.
В дверях Дольф на мгновение остановился.
— Береги себя.
— Всегда, — сказала я.
Зебровски наклонился ко мне и сказал: — Симпатичные пингвинчики. — Я поняла, что когда в следующий раз я встречусь с охотниками за привидениями, всем уже будет известно, что я собираю игрушечных пингвинов. Моя тайна была раскрыта. Зебровски разболтает ее всем, кого увидит. По крайней мере, он предсказуем.
Приятно знать, что есть еще кто-то, чьи действия нетрудно предугадать.
18
Мягкие игрушки не приспособлены для плавания. Те два пингвина, которых я замочила в ванне, погибли безвозвратно. Может быть, попробовать пятновыводитель? Запах в квартире стоял такой плотный, что казалось, въелся уже навеки.
