Расскажу вам историю со слов моей подруги Натальи Шатиной, которая стала свидетелем необычайных событий, происходивших на Урале в деревне, расположенной среди глухой тайги. Она была не только свидетелем, но и непосредственным участником. Эта история была ещё длиннее, и я, как могла, сократила рассказ, но сами понимаете — некоторые вещи просто нельзя опустить.
Добавить в моё избранное
19 мин, 54 сек 5308
В доме стоял страшный смрад. Запах был сладковатый и до тошноты неприятный. Как будто сдохло стадо коров, а может, ещё чего похуже… Мы с Катей продвинулись вперед, в дом.
— Кто-нибудь здесь есть? — спросила Катя, этой фразой напомнив мне момент из фильма ужасов. Я ждала, что кто-то кинется на нас из темноты, но никого в доме не было. Внутри была большая комната со старым резным шкафом и кроватью, одиноко стоящей в углу. Кровать была без подушек, одеяла и других удобств, одно название — «кровать». Раз уж мы и так нарушили все правила, я решила заглянуть в шкаф. Катя тем временем прогуливалась по комнате и тоже всё разглядывала. Я открыла шкаф — в нем не было ничего. Н-и-ч-е-г-о. Ни намека на одежду. Это показалось мне странным. Я оглянулась, чтобы сказать Кате, что лучше нам уйти, и увидела, что она стоит на коленках и пытается разглядеть что-то сквозь отверстия между досками на полу. Только сейчас я заметила ручку, которая, очевидно, открывала вход в подполье. Не успела я подойти к Кате, как она дико закричала. Этот крик и перемена в её лице, когда она встала, поразили меня. Она, слава богу, не кричала слишком долго и пронзительно, но этого было достаточно, чтобы дать мне понять: «Пора сваливать — и чем быстрее, тем лучше!». Катя бросилась к выходу, и я побежала за ней, но не успела я даже войти в проем, как она резко подалась назад, закрывая дверь за собой, и говоря мне шепотом:
— Сюда кто-то идет, мы не успеем уйти!
Я никого не видела, но отчаяние и дикий ужас в её голосе подсказали мне, что лучше нам не встречаться с хозяином дома. Услышав глухие шаги на крыльце, мы в мгновение ока оказались перед открытым шкафом, и когда дверь в дом снова открылась, мы уже были в шкафу и зажимали рты руками, чтобы не было слышно нашего дыхания. Я думала в тот момент, что у меня сердце выпрыгнет из груди или, что ещё хуже, стук моего сердца будет услышан этим человеком. Загорелся тусклый свет и осветил комнату — видимо, в темноте мы не заметили, что в доме есть светильник или что-то в этом роде. В любом случае, теперь мы увидели тень хозяина на полу, а потом и самого хозяина. От ужаса я чуть не вскрикнула.
Это была мумия.
Точнее, в первый раз я подумала, что это мумия. Но, приглядевшись, я поняла, что это человек, а точнее, очень старая уродливая женщина. Когда она повернулась боком, я увидела скрюченный нос, гораздо длиннее, чем у обычного человека… и, о Боже… она принюхивалась. И клянусь тебе, на мгновение её жуткий взгляд остановился на шкафе. Я сразу отпрянула от щели, лишь бы не встретиться с этими леденящими душу глазами. Я посмотрела на Катю. Она, закрыв глаза и не шевелясь, сидела напротив меня: шкаф был достаточно просторный. Я так и не успела спросить её, что она увидела под полом, но, видимо, это было что-то ужасное, раз она так сильно испугалась.
Какое-то движение послышалось в комнате — скрип и грохот. Я поглядела в щель и застыла. Старухи не было видно в доме. Лишь дверца, ведущая в пол, была открыта. Я сидела и прислушивалась. До меня донеслись какие-то странные звуки, и первое время я не могла понять, что же это. Было похоже на чавканье. «Наверное, у неё там кухня, — подумала я.»
— Или подполье, где она хранит продукты«. Это были самые лучшие и безопасные для меня идеи, остальные мысли я отгоняла и оставляла без ответа. Я сказала шепотом Кате:»
— Это наш шанс, уходим.
Но Катя с таким ужасом в глазах посмотрела на меня, что мне стало по-настоящему страшно.
— Да что с тобой случилось? Что ты там увидела?
И тут, как будто в ответ на мой вопрос, я услышала, как скрипнула половица. Когда я посмотрела в щелку снова, то обомлела от шока. Эта старуха вышла из подполья с отрубленной человеческой рукой. Ты можешь это представить? Она грызла её, как дети грызут яблоки, с таким же удовольствием, чавкая от наслаждения. Тошнота подошла к горлу с такой силой, что я думала, что меня сейчас вырвет прямо там. Но мысль о том, что ОНО услышит меня, мгновенно привела меня в чувство. Я продолжала, как заворожённая, смотреть в щёлку. Я не знаю, что со мной случилось, но я смотрела и смотрела, как старуха пожирает руку. Мне даже показалось, что с неё клочьями спадали черви, но хуже мысли о том, что это ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ рука, быть не могло. Наконец, не вытерпев и выйдя из ступора, я отодвинулась от щёлки. От мысли, что этому чудовищу может прийти в голову открыть шкаф, я чуть не потеряла сознание. Чавканье продолжалось, но теперь к нему добавилось довольное мурлыканье. Желудок снова схватили спазмы, я еле сдерживалась. Катя продолжала сидеть с закрытыми глазами, как будто отказываясь принимать реальность. В ту минуту я действительно волновалась за её рассудок. Переборов себя, я снова посмотрела в щелку и в ужасе отшатнулась от неё: за то время, пока я сидела и боролась со своими спазмами, там уже лежало четыре руки и ещё какая-то часть тела. Приглядевшись внимательнее, я поняла, что это голова.
— Кто-нибудь здесь есть? — спросила Катя, этой фразой напомнив мне момент из фильма ужасов. Я ждала, что кто-то кинется на нас из темноты, но никого в доме не было. Внутри была большая комната со старым резным шкафом и кроватью, одиноко стоящей в углу. Кровать была без подушек, одеяла и других удобств, одно название — «кровать». Раз уж мы и так нарушили все правила, я решила заглянуть в шкаф. Катя тем временем прогуливалась по комнате и тоже всё разглядывала. Я открыла шкаф — в нем не было ничего. Н-и-ч-е-г-о. Ни намека на одежду. Это показалось мне странным. Я оглянулась, чтобы сказать Кате, что лучше нам уйти, и увидела, что она стоит на коленках и пытается разглядеть что-то сквозь отверстия между досками на полу. Только сейчас я заметила ручку, которая, очевидно, открывала вход в подполье. Не успела я подойти к Кате, как она дико закричала. Этот крик и перемена в её лице, когда она встала, поразили меня. Она, слава богу, не кричала слишком долго и пронзительно, но этого было достаточно, чтобы дать мне понять: «Пора сваливать — и чем быстрее, тем лучше!». Катя бросилась к выходу, и я побежала за ней, но не успела я даже войти в проем, как она резко подалась назад, закрывая дверь за собой, и говоря мне шепотом:
— Сюда кто-то идет, мы не успеем уйти!
Я никого не видела, но отчаяние и дикий ужас в её голосе подсказали мне, что лучше нам не встречаться с хозяином дома. Услышав глухие шаги на крыльце, мы в мгновение ока оказались перед открытым шкафом, и когда дверь в дом снова открылась, мы уже были в шкафу и зажимали рты руками, чтобы не было слышно нашего дыхания. Я думала в тот момент, что у меня сердце выпрыгнет из груди или, что ещё хуже, стук моего сердца будет услышан этим человеком. Загорелся тусклый свет и осветил комнату — видимо, в темноте мы не заметили, что в доме есть светильник или что-то в этом роде. В любом случае, теперь мы увидели тень хозяина на полу, а потом и самого хозяина. От ужаса я чуть не вскрикнула.
Это была мумия.
Точнее, в первый раз я подумала, что это мумия. Но, приглядевшись, я поняла, что это человек, а точнее, очень старая уродливая женщина. Когда она повернулась боком, я увидела скрюченный нос, гораздо длиннее, чем у обычного человека… и, о Боже… она принюхивалась. И клянусь тебе, на мгновение её жуткий взгляд остановился на шкафе. Я сразу отпрянула от щели, лишь бы не встретиться с этими леденящими душу глазами. Я посмотрела на Катю. Она, закрыв глаза и не шевелясь, сидела напротив меня: шкаф был достаточно просторный. Я так и не успела спросить её, что она увидела под полом, но, видимо, это было что-то ужасное, раз она так сильно испугалась.
Какое-то движение послышалось в комнате — скрип и грохот. Я поглядела в щель и застыла. Старухи не было видно в доме. Лишь дверца, ведущая в пол, была открыта. Я сидела и прислушивалась. До меня донеслись какие-то странные звуки, и первое время я не могла понять, что же это. Было похоже на чавканье. «Наверное, у неё там кухня, — подумала я.»
— Или подполье, где она хранит продукты«. Это были самые лучшие и безопасные для меня идеи, остальные мысли я отгоняла и оставляла без ответа. Я сказала шепотом Кате:»
— Это наш шанс, уходим.
Но Катя с таким ужасом в глазах посмотрела на меня, что мне стало по-настоящему страшно.
— Да что с тобой случилось? Что ты там увидела?
И тут, как будто в ответ на мой вопрос, я услышала, как скрипнула половица. Когда я посмотрела в щелку снова, то обомлела от шока. Эта старуха вышла из подполья с отрубленной человеческой рукой. Ты можешь это представить? Она грызла её, как дети грызут яблоки, с таким же удовольствием, чавкая от наслаждения. Тошнота подошла к горлу с такой силой, что я думала, что меня сейчас вырвет прямо там. Но мысль о том, что ОНО услышит меня, мгновенно привела меня в чувство. Я продолжала, как заворожённая, смотреть в щёлку. Я не знаю, что со мной случилось, но я смотрела и смотрела, как старуха пожирает руку. Мне даже показалось, что с неё клочьями спадали черви, но хуже мысли о том, что это ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ рука, быть не могло. Наконец, не вытерпев и выйдя из ступора, я отодвинулась от щёлки. От мысли, что этому чудовищу может прийти в голову открыть шкаф, я чуть не потеряла сознание. Чавканье продолжалось, но теперь к нему добавилось довольное мурлыканье. Желудок снова схватили спазмы, я еле сдерживалась. Катя продолжала сидеть с закрытыми глазами, как будто отказываясь принимать реальность. В ту минуту я действительно волновалась за её рассудок. Переборов себя, я снова посмотрела в щелку и в ужасе отшатнулась от неё: за то время, пока я сидела и боролась со своими спазмами, там уже лежало четыре руки и ещё какая-то часть тела. Приглядевшись внимательнее, я поняла, что это голова.
Страница 4 из 5
