В «восьмидесятые» обязательной традицией для каждого уважающего себя учебного заведения было вывезти студентов на полевые работы в подшефный колхоз… Данная история — из тех времен, свидетелями ее стали несколько человек, тогда это были студенты одного техникума. Попав на«лоно природы», молодые люди работали днем, а по вечерам резвились под кассетный магнитофончик, попивали (с трудом раздобытые в те времена дефицита) горячительные напитки, после чего некоторые особо ушлые товарищи отправлялись гулять — грех было городским детям не воспользоваться такой замечательной возможностью.
Добавить в моё избранное
5 мин, 26 сек 17683
И вот, однажды ночью три парня и две девушки в очередной раз улизнули из-под надзора преподавателя, который скомандовал отбой и с чистой совестью удалился — и, выбравшись через окно наружу, пошли исследовать окрестности. Очень ярко светила полная луна, была ранняя осень — ребята вылезли не небольшой пригорок, который заприметили еще днем. Росли здесь старые деревья, и вид открывался изумительный — было видно и деревню, и поля, на которых студенты работали днем, и очень красивое старинное сельское кладбище, с развалинами церкви сбоку. С правой своей стороны кладбище вплотную подступало к пригорку, и к небольшому участку поля с другой, на котором бесконтрольно и буйно рос бурьян, высокие кусты какой-то дикой травы и прочая «амброзия» — сразу видно было, что этот участок земли заброшенный и никому не нужный — колхоз им, по-видимому, не интересовался. Увлеченные разговорами и прочим (рассказчик умолчал о том, употребляли ли они в тот раз«огненную воду») студенты, устроившись прямо не земле, в начале не слишком присматривались к окрестностям, занятые своими делами… А потом вдруг одна из девушек с удивлением воскликнула:
— Смотрите!
— Что?
— Да вон, возле кладбища, кто-то… Что это он там делает, а? Непонятное что-то… Молодые люди сходу активизировались — но испугались они в тот момент в основном того, что кто-то из преподавателей заметил их отсутствие и принял меры по прочесыванию местности с целью розыска пропавших нарушителей.
Присмотревшись к залитой лунным светом поляне с сорняками, они разглядели довольно странное явление — по периметру ее, равномерно и медленно передвигался человек в каком-то светлом одеянии, а снизу в темном — как будто был в широкой рубашке и брюках. Более всего напоминал он довольно высокого и широкого в кости мужчину, с темными короткими волосами, и в принципе ничем не выделился бы из толпы людей — если бы не одна особенность. На лицо его — практически по самые глаза — была натянута широкая полоса какой-то плотной материи, стянутой узлом на затылке. Человек этот медленно и методично, с видом привыкшего к подобной работе, взмахивал огромной косой — ее широченное лезвие было видно каждый раз, как она поднималась… Эти странные сельскохозяйственные работы в середине ночи еще как-то можно было объяснить — и студенты начали переглядываться между собой в недоумении, как и все «нормальные» люди, они уже готовы были списать все на некоего«дубаря-колхозника, который с пьяных глаз день с ночью перепутал», но тут один из парней, чуть пригнувшись от неожиданности к земле, прошептал:
— Смотрите, он косит… А толку ноль — трава вообще не меняется… — Да ладно!
— А че ладно?
— Что это, вообще, за придурок? Может пойдем, ближе посмотрим?
И двое препиравшихся, нерешительно глядя друг на друга, принялись спускаться вниз по склону пригорка. Оставшиеся видели, как они проделали примерно половину пути, — в то время как мужик на поле невозмутимо продолжал взмахивать косой — потом ребята замерли, как вкопанные, и несколько минут простояли в совершенном ступоре, глядя в сторону поля… А затем стремглав развернулись и бросились назад — с рекордной скоростью, несмотря на то, что бежать приходилось под гору… Оставшиеся их товарищи в это время смотрели уже на них, а не на поляну — когда парни вновь оказались на вершине пригорка, принялись спрашивать их — в чем дело?
— Косит он… Косит… А коса через траву проходит — стебли даже не шелохнуться… И лезвие на лунном свету не блестит — хотя луна яркая… Подошли мы еще ближе… Он как обернется — а глаз у него как-бы и нету! Вместо глаз такие типа плошки черные, круглые… И вонь такая стоит — совершенно невозможная!
— Смотрите, его нету! — в недоумении воскликнула одна из девушек — и все снова посмотрели на поле. Там действительно было совершенно пусто — только недвижимые, стояли залитые ярким светом луны заросли… До отъезда из колхоза одна из девушек, участвовавших в этой истории, не поленилась подружиться с местными обывателями, задав им украдкой вопрос — что за кусок поля за кладбищем? Ответили ей неохотно, но выяснить все же удалось следующее:
В 50-е годы, когда вновь восстановили колхоз, за кладбищем стоял небольшой домишко, в котором жила семья — вернувшийся с войны муж, его жена, и ребенок лет семи, — их сын. Жена работала в колхозе, мальчик ходил в школу — все было как у людей, и им в селе очень завидовали — несмотря на то, что глава семьи вернулся с фронта практически слепым. Завидовали одинокие бабы, оставшиеся вдовами или так и не успевшие устроить личную жизнь из-за войны… А мужик этот был нрава крутого, все это знали — а после того, как с войны вернулся, и вовсе стал часто руки распускать, избивать жену и ребенка за каждую ерундовую провинность. Зная это, кто-то и намекнул ему, что жена его во время оккупации «путалась с кем попало», якобы «специально к себе в дом мужиков приглашала» и т. д. дальше по тексту… Сельские сплетни — хуже пистолета — перефразируя известное выражение…
— Смотрите!
— Что?
— Да вон, возле кладбища, кто-то… Что это он там делает, а? Непонятное что-то… Молодые люди сходу активизировались — но испугались они в тот момент в основном того, что кто-то из преподавателей заметил их отсутствие и принял меры по прочесыванию местности с целью розыска пропавших нарушителей.
Присмотревшись к залитой лунным светом поляне с сорняками, они разглядели довольно странное явление — по периметру ее, равномерно и медленно передвигался человек в каком-то светлом одеянии, а снизу в темном — как будто был в широкой рубашке и брюках. Более всего напоминал он довольно высокого и широкого в кости мужчину, с темными короткими волосами, и в принципе ничем не выделился бы из толпы людей — если бы не одна особенность. На лицо его — практически по самые глаза — была натянута широкая полоса какой-то плотной материи, стянутой узлом на затылке. Человек этот медленно и методично, с видом привыкшего к подобной работе, взмахивал огромной косой — ее широченное лезвие было видно каждый раз, как она поднималась… Эти странные сельскохозяйственные работы в середине ночи еще как-то можно было объяснить — и студенты начали переглядываться между собой в недоумении, как и все «нормальные» люди, они уже готовы были списать все на некоего«дубаря-колхозника, который с пьяных глаз день с ночью перепутал», но тут один из парней, чуть пригнувшись от неожиданности к земле, прошептал:
— Смотрите, он косит… А толку ноль — трава вообще не меняется… — Да ладно!
— А че ладно?
— Что это, вообще, за придурок? Может пойдем, ближе посмотрим?
И двое препиравшихся, нерешительно глядя друг на друга, принялись спускаться вниз по склону пригорка. Оставшиеся видели, как они проделали примерно половину пути, — в то время как мужик на поле невозмутимо продолжал взмахивать косой — потом ребята замерли, как вкопанные, и несколько минут простояли в совершенном ступоре, глядя в сторону поля… А затем стремглав развернулись и бросились назад — с рекордной скоростью, несмотря на то, что бежать приходилось под гору… Оставшиеся их товарищи в это время смотрели уже на них, а не на поляну — когда парни вновь оказались на вершине пригорка, принялись спрашивать их — в чем дело?
— Косит он… Косит… А коса через траву проходит — стебли даже не шелохнуться… И лезвие на лунном свету не блестит — хотя луна яркая… Подошли мы еще ближе… Он как обернется — а глаз у него как-бы и нету! Вместо глаз такие типа плошки черные, круглые… И вонь такая стоит — совершенно невозможная!
— Смотрите, его нету! — в недоумении воскликнула одна из девушек — и все снова посмотрели на поле. Там действительно было совершенно пусто — только недвижимые, стояли залитые ярким светом луны заросли… До отъезда из колхоза одна из девушек, участвовавших в этой истории, не поленилась подружиться с местными обывателями, задав им украдкой вопрос — что за кусок поля за кладбищем? Ответили ей неохотно, но выяснить все же удалось следующее:
В 50-е годы, когда вновь восстановили колхоз, за кладбищем стоял небольшой домишко, в котором жила семья — вернувшийся с войны муж, его жена, и ребенок лет семи, — их сын. Жена работала в колхозе, мальчик ходил в школу — все было как у людей, и им в селе очень завидовали — несмотря на то, что глава семьи вернулся с фронта практически слепым. Завидовали одинокие бабы, оставшиеся вдовами или так и не успевшие устроить личную жизнь из-за войны… А мужик этот был нрава крутого, все это знали — а после того, как с войны вернулся, и вовсе стал часто руки распускать, избивать жену и ребенка за каждую ерундовую провинность. Зная это, кто-то и намекнул ему, что жена его во время оккупации «путалась с кем попало», якобы «специально к себе в дом мужиков приглашала» и т. д. дальше по тексту… Сельские сплетни — хуже пистолета — перефразируя известное выражение…
Страница 1 из 2
