Рассветало. Пятиклассник Вова стоял на остановке вот уже полчаса. Как всегда, этого дурацкого 66 автобуса всё не было. Столько раз из-за него он опаздывал! Но сегодня он успеет. Обязательно. Ведь сегодня у него были иные цели, нежели опять получать от своей отвратительной биологички Татьяны Антоновны пиздюлей и страдать от унижений своих одноклассников, особенно от этого богатенького уёбка Лёхи.
Добавить в моё избранное
6 мин, 37 сек 16836
Он не заметил огромную тень за окном — это Вова на огромной скорости нёсся на стену школы, за которой находился его кабинет. В самый последний момент директор обернулся, но было поздно: автобус протаранил стенку на полном ходу и директор полетел в противоположную стенку, со всего маху ударился о неё и повредил себе спинной мозг и сломал пару рёбер. Вова выбежал из автобуса, на ходу доставая из рюкзака петарды и спицу. Директор с ужасом глядел на надвигающуюся угрозу, не в силах пошевелиться — он был полностью парализован. Из его левого бока торчало ребро, под ним образовалась неплохая лужа крови.
— Почему вы вызывали моих родителей в школу, когда меня унижали эти уёбки, мои одноклассники???— Проревел Вова.
— Почему вы поставили меня на милицейский учёт за то, что я кинул камень в Татьяну Антоновну?
— Молодой человек, что вы себе позволяете? Вы из школы вылетите, как воздушный шар! — истерически пролепетал директор школы.
— Шар? Сейчас мы тебя как шар лопнем!
Вова склонился над директором, тот попытался отпрянуть, но не смог и повернуться.
Пацан взял острую спицу и резко ударил ею свою жертву в ухо. Директор закричал от боли. После этого Вова достал нож и стал отрезать пальцы рук директора один за одним. Тот визжал и брыкался. Потом он достал спицу из уха директора и вогнал спицу ему в нижнюю челюсть и пригвоздил её к верхней. После этого он взял пакет с петардами и засунул один из них ему в штаны, а второй положил ему прямо под челюсть. Ещё пару он положил ему под мышки. Проведя эти приготовления, Вова извлёк бутылки с бензином и стал обливать им директора и весь его кабинет, вернее то, что от него осталось. После этого Вова чиркнул спичкой и поджёг петарды в каждом пакетике и отбежал на пару метров, спрятавшись за остатками стола и стал с любопытством наблюдать.
Петарды воспламенились, задымили и через пару секунд взорвался первый пакет у директора между ног. Тот взревел от боли — взрыв оторвал ему яйца и оторвал куски мяса от его ног. Вспышка подожгла бензин на директоре, пламя быстро объяло его всего. Тут же взорвалось два пакета у него подмышками и оторвало ему руки. Вова стоял в огненном круге и бился в истерике, директор с культяпками вместо рук смотрелся очень весело. И тут взорвался последний пакет у директора под челюстью. Его нижняя челюсть оторвалась с мясом и подлетела вверх, вывернув при этом спицу. Она полетела прямиком в Вову и пробила ему правый глаз и впилась прямо в мозг.
К спице прилипли кусочки горящей, пропитанной бензином одежды и куски мяса, они попали на лицо мальчику и волосы. Они тотчас же загорелись. Кожа покрылась волдырями, пацан оказался дезориентирован, он упал лицом вперёд прямо на свой рюзкак и ударился об него торчащим куском спицы. Та вошла в мозг ещё глубже, Вова забился в конвульсиях. К этому моменту пламя уже перекинулось на потолок, с него отвалилась балка и упала мальчику на ноги, перебив их. Всё вокруг было в огне. Огонь подошёл в плотную к пакетам с петардами, что лежали в рюкзаке Вовы и его карманах. Ещё секунда и они все разом взорвались, отрывая от Вовы куски плоти, вырывая кости и сжигая кожу. Это был уже не Вова. Это был горящий, бьющийся в предсмертной агонии печёный кусок мяса.
Мгновение — и воспламенился бензин в баке автобуса, мощнейший взрыв снёс стену школы, погребая под собой быдлоучеников и ебанутых учителей-педофилов.
Было утро.
— Почему вы вызывали моих родителей в школу, когда меня унижали эти уёбки, мои одноклассники???— Проревел Вова.
— Почему вы поставили меня на милицейский учёт за то, что я кинул камень в Татьяну Антоновну?
— Молодой человек, что вы себе позволяете? Вы из школы вылетите, как воздушный шар! — истерически пролепетал директор школы.
— Шар? Сейчас мы тебя как шар лопнем!
Вова склонился над директором, тот попытался отпрянуть, но не смог и повернуться.
Пацан взял острую спицу и резко ударил ею свою жертву в ухо. Директор закричал от боли. После этого Вова достал нож и стал отрезать пальцы рук директора один за одним. Тот визжал и брыкался. Потом он достал спицу из уха директора и вогнал спицу ему в нижнюю челюсть и пригвоздил её к верхней. После этого он взял пакет с петардами и засунул один из них ему в штаны, а второй положил ему прямо под челюсть. Ещё пару он положил ему под мышки. Проведя эти приготовления, Вова извлёк бутылки с бензином и стал обливать им директора и весь его кабинет, вернее то, что от него осталось. После этого Вова чиркнул спичкой и поджёг петарды в каждом пакетике и отбежал на пару метров, спрятавшись за остатками стола и стал с любопытством наблюдать.
Петарды воспламенились, задымили и через пару секунд взорвался первый пакет у директора между ног. Тот взревел от боли — взрыв оторвал ему яйца и оторвал куски мяса от его ног. Вспышка подожгла бензин на директоре, пламя быстро объяло его всего. Тут же взорвалось два пакета у него подмышками и оторвало ему руки. Вова стоял в огненном круге и бился в истерике, директор с культяпками вместо рук смотрелся очень весело. И тут взорвался последний пакет у директора под челюстью. Его нижняя челюсть оторвалась с мясом и подлетела вверх, вывернув при этом спицу. Она полетела прямиком в Вову и пробила ему правый глаз и впилась прямо в мозг.
К спице прилипли кусочки горящей, пропитанной бензином одежды и куски мяса, они попали на лицо мальчику и волосы. Они тотчас же загорелись. Кожа покрылась волдырями, пацан оказался дезориентирован, он упал лицом вперёд прямо на свой рюзкак и ударился об него торчащим куском спицы. Та вошла в мозг ещё глубже, Вова забился в конвульсиях. К этому моменту пламя уже перекинулось на потолок, с него отвалилась балка и упала мальчику на ноги, перебив их. Всё вокруг было в огне. Огонь подошёл в плотную к пакетам с петардами, что лежали в рюкзаке Вовы и его карманах. Ещё секунда и они все разом взорвались, отрывая от Вовы куски плоти, вырывая кости и сжигая кожу. Это был уже не Вова. Это был горящий, бьющийся в предсмертной агонии печёный кусок мяса.
Мгновение — и воспламенился бензин в баке автобуса, мощнейший взрыв снёс стену школы, погребая под собой быдлоучеников и ебанутых учителей-педофилов.
Было утро.
Страница 2 из 2
