Черепно-мозговая травма, десять минут не дышал.
Добавить в моё избранное
1 мин, 38 сек 14338
Вердикт врачей — «безнадёжен», человеком ему не стать.
Выбор у Вас сложный, но лучше не «забирать».
Муж написал «отказную», глазом своим не моргнув.
Будто бы в магазине товар ненужный вернул.
Я была не согласна с позицией дикой такой.
Пришлось забирать с роддома ребёночка мне одной.
Он был совсем бессильный, тихонечко так лежал, Ни ручкой, ни ножкой не двигал, хоть бы разок закричал.
Не плакал когда кормила, когда пеленала, молчал, Он жил в отрешённом мире, куда никого не пускал.
Было не просто трудно, впроголодь как-то жила.
Решила вернуть я мужа, к нему на поклон пошла.
Приползла к нему на карачках: «Любимый, прошу не бросай.»
Не справиться мне в одиночку, нам руку свою подай«Не дал ни руки, ни хлеба. Как будто отрезал ножом:»
«Не нужен мне сын-калека, сдавай его в детский дом!» Земля расползлась под ногами, колокол бил в голове.
«За что так жестоко с нами?» — вопрос задавала себе.
Ответ повис где-то рядом «Не нужны, не нужны, не нужны»… Брела я с потухшим взглядом. «Как жить нам теперь, скажи?» Решение пришло в одночасье, мутные воды реки.
Захлестнули мой мозг как ненастье, рушившее мосты Мосты между мной и жизнью, где не жилец мой малыш.
Ангелом почти унесённый в мир, где любовь и тишь.
Сначала завыла собака, в доме почуяв беду.
Записку я написала, твёрдо решила «Уйду», И вдруг, как гром среди неба, отодвинув смерти оскал, Малыш повернул головку и тоненько так запищал.
И в этом надрывном писке точно услышала я:
«Мамочка, родная, ты не бросай меня»… Как прошла ночь не помню, но утром взглянув на себя, Увидела прядь седую, спустившуюся со лба.
Жизнь повернулась круто, печать в ней седая прядь, Теперь я точно знаю, седеют и в двадцать пять.
Лечила я сына упорно, на врачебный вердикт наплевав.
Работы было по-горло, но свет впереди замерцал.
Мы выиграли эту битву, длиною в двадцать лет Теперь могу быть спокойна, мой сын герой и атлет.
И если судьба-злодейка Вас скрутит в бараний рог, Никогда не теряйте надежду!
И пусть с Вами будет Бог.
Выбор у Вас сложный, но лучше не «забирать».
Муж написал «отказную», глазом своим не моргнув.
Будто бы в магазине товар ненужный вернул.
Я была не согласна с позицией дикой такой.
Пришлось забирать с роддома ребёночка мне одной.
Он был совсем бессильный, тихонечко так лежал, Ни ручкой, ни ножкой не двигал, хоть бы разок закричал.
Не плакал когда кормила, когда пеленала, молчал, Он жил в отрешённом мире, куда никого не пускал.
Было не просто трудно, впроголодь как-то жила.
Решила вернуть я мужа, к нему на поклон пошла.
Приползла к нему на карачках: «Любимый, прошу не бросай.»
Не справиться мне в одиночку, нам руку свою подай«Не дал ни руки, ни хлеба. Как будто отрезал ножом:»
«Не нужен мне сын-калека, сдавай его в детский дом!» Земля расползлась под ногами, колокол бил в голове.
«За что так жестоко с нами?» — вопрос задавала себе.
Ответ повис где-то рядом «Не нужны, не нужны, не нужны»… Брела я с потухшим взглядом. «Как жить нам теперь, скажи?» Решение пришло в одночасье, мутные воды реки.
Захлестнули мой мозг как ненастье, рушившее мосты Мосты между мной и жизнью, где не жилец мой малыш.
Ангелом почти унесённый в мир, где любовь и тишь.
Сначала завыла собака, в доме почуяв беду.
Записку я написала, твёрдо решила «Уйду», И вдруг, как гром среди неба, отодвинув смерти оскал, Малыш повернул головку и тоненько так запищал.
И в этом надрывном писке точно услышала я:
«Мамочка, родная, ты не бросай меня»… Как прошла ночь не помню, но утром взглянув на себя, Увидела прядь седую, спустившуюся со лба.
Жизнь повернулась круто, печать в ней седая прядь, Теперь я точно знаю, седеют и в двадцать пять.
Лечила я сына упорно, на врачебный вердикт наплевав.
Работы было по-горло, но свет впереди замерцал.
Мы выиграли эту битву, длиною в двадцать лет Теперь могу быть спокойна, мой сын герой и атлет.
И если судьба-злодейка Вас скрутит в бараний рог, Никогда не теряйте надежду!
И пусть с Вами будет Бог.
