В двухтысячном году мне было четырнадцать лет. Мама, после долгих моих уговоров взять котенка, наконец, «сломалась» и велела мне сходить к ее двоюродной сестре за ним. Со скоростью пули я забежала в дом к тете и увидела на диване два черных комочка, пушистых и мирно спящих.
Добавить в моё избранное
6 мин, 33 сек 18447
У красивой сиамской кошечки родились абсолютно черные, с белым галстуком, два пушистых чуда — мальчик и девочка. Взяла я себе мальчика, потому что с девочкой мама меня не пустила бы домой. Котик был просто чудо: ел все что ему дают, ходил в туалет на улицу — в общем красота. А нрав самый добрый и… будто бы умный он был. Говорить только не умел, но все понимал. Папа часто пытался его выдрессировать как бойцовского кота, но тот просто поднимал лапки вверх и падал перед хозяином. Папу можно было понять — кот вырос не на шутку большим зверем, с большими лапами и огромным пушистым хвостом. Спустя какое-то время папа отстал от Томаса (так звали кота), и тот продолжил жить своей жизнью. Но отец все равно время от времени его называл тряпкой и размазней.
Однажды, случилось так, что к нам в гости приехали на каникулы родные с севера: муж, жена и их трехлетняя дочка. На тот момент Томасу тоже было около трех лет. Девочка эта просто жить не могла без кота — она везде его преследовала, дергала за хвост, садилась на него верхом и таскала его по всему дому. Томас же стоически терпел все это и даже не мяукал. Мы всей семьей дружно умилялись ему и его терпению.
Со временем, мы заметили, что он так же относился ко всем детям. То есть — кто бы из детей не подходил и не мучил его, он просто выносил это все молча. Самое интересное заключалось в том, что когда он встречал меня со школы и шел рядом со мной до дома, все дворовые собаки, поджав хвост, разбегались от нас. Сперва я не обращала на это внимания. Но случилось так, что как-то к нам во двор забрела чья-то собака, довольно таки крупная и агрессивная. Детки сразу в слезы, мамаши, естественно, хвать их в охапку, и кто куда успел спрятаться. Взрослые просто скоротечно убирались с ее пути, а я собиралась схватить Томаса и шмыгнуть в подъезд, домой. Но мой кот в этот момент показал весьма не свойственную ему агрессивность, и, спрыгнув с меня, тут же припал к земле, прижав ушки, и стал завороженно смотреть на ту самую собаку, будто она была не собакой, а просто какой-то мышкой-полевкой. Я залезла на скамейку с ногами и стала следить за котом. Я сама, за него, готова была перегрызть гордо этой собаке. А собака, явно не найдя интересных соперников, увидела меня и рванула в мою сторону, но тут же полуметре от кота встала как вкопанная! Томас же просто приподнял одну лапку и замер — он даже не шипел. Но пес почему-то заскулил и, поджав хвост, убежал. Надо сказать, что я не просто удивилась — я оторопела. Собака была раза в три больше моего кота, но сбежала. Я рассказала об этом папе, что его тоже очень удивило.
Но все это — лишь предыстория. Самое интересное случилось потом.
Я, после 11-го класса, поступила в университет и уехала в Уфу. Домой приезжала, в основном, на каникулы. Летом начались ночные прогулки с мальчиками. Мой кот всегда выходил со мной и везде следовал за мной молчаливой тенью. Я сама часто выходила во двор, отыскивала его, звала на прогулку, и он шел. Мне с ним было действительно спокойнее. Если попадались какие-то странные люди — шарахались от него. А друзья и подруги давно уже воспринимали его, как моего сторожевого пса, кормили чем-нибудь и тискали. Но, как говориться, кошачий век не долог — мой Томас умер. Я окончила университет и вернулась к родителям. Долго не могла привыкнуть к мысли, что моего кота нет. Везде он мне мерещился — как во дворе увижу черного и пушистого (явно кто-то из его потомков), так слезы наворачивались… И вот произошло несколько случаев, изменивших мой взгляд на потустороннее… Я, вместе с маленькой племянницей, пошла осенью в лес за грибами. Ходили-бродили и, как это бывает, «добродились» — потерялись. Племяннице тринадцать лет — она в слезы. Я звоню отцу, который уже битый час ищет нас, но никак не может с нами встретиться. Уже стемнело, телефон почти разрядился, папа в панике. Мы сели с племянницей на камень и решили ждать. Прошло минут пятнадцать, и тут, прямо возле моих ног, появился черный здоровый кот. Я потянулась его погладить, но он резво ускакал куда-то в сторону. Племянница вдруг оживилась, говорит:«Кот-то домашний, давай за ним.» Мы поплелись, преследуя его, а он, убегая, в то же время, будто бы поджидал нас. Минуты через две мы услышали шорохи в лесу и увидели запыхавшегося папу. Нашей радости не было предела, на глазах стояли слезы счастья. Потом я очнулась и решила покормить кота-спасителя — но его уже просто не было!«Наверное ушел.», — подумала я. Племянница (кстати та самая трех летняя девочка, когда-то мучившая моего котика) поразилась тому, что кот-спаситель сильно похож на Томаса. Папа даже выдвинул версию, что это Томас нас спас.
Дальше. История вторая.
Этой зимой я заехала в соседний город по работе, который, в принципе, всегда был криминальным и неблагополучным. После двух часов безуспешного поиска проклятого адреса, я плюнула на все и решила вернуться домой. Вызвала городское такси и стала ждать. Машина должна была подойти минут через двадцать.
Однажды, случилось так, что к нам в гости приехали на каникулы родные с севера: муж, жена и их трехлетняя дочка. На тот момент Томасу тоже было около трех лет. Девочка эта просто жить не могла без кота — она везде его преследовала, дергала за хвост, садилась на него верхом и таскала его по всему дому. Томас же стоически терпел все это и даже не мяукал. Мы всей семьей дружно умилялись ему и его терпению.
Со временем, мы заметили, что он так же относился ко всем детям. То есть — кто бы из детей не подходил и не мучил его, он просто выносил это все молча. Самое интересное заключалось в том, что когда он встречал меня со школы и шел рядом со мной до дома, все дворовые собаки, поджав хвост, разбегались от нас. Сперва я не обращала на это внимания. Но случилось так, что как-то к нам во двор забрела чья-то собака, довольно таки крупная и агрессивная. Детки сразу в слезы, мамаши, естественно, хвать их в охапку, и кто куда успел спрятаться. Взрослые просто скоротечно убирались с ее пути, а я собиралась схватить Томаса и шмыгнуть в подъезд, домой. Но мой кот в этот момент показал весьма не свойственную ему агрессивность, и, спрыгнув с меня, тут же припал к земле, прижав ушки, и стал завороженно смотреть на ту самую собаку, будто она была не собакой, а просто какой-то мышкой-полевкой. Я залезла на скамейку с ногами и стала следить за котом. Я сама, за него, готова была перегрызть гордо этой собаке. А собака, явно не найдя интересных соперников, увидела меня и рванула в мою сторону, но тут же полуметре от кота встала как вкопанная! Томас же просто приподнял одну лапку и замер — он даже не шипел. Но пес почему-то заскулил и, поджав хвост, убежал. Надо сказать, что я не просто удивилась — я оторопела. Собака была раза в три больше моего кота, но сбежала. Я рассказала об этом папе, что его тоже очень удивило.
Но все это — лишь предыстория. Самое интересное случилось потом.
Я, после 11-го класса, поступила в университет и уехала в Уфу. Домой приезжала, в основном, на каникулы. Летом начались ночные прогулки с мальчиками. Мой кот всегда выходил со мной и везде следовал за мной молчаливой тенью. Я сама часто выходила во двор, отыскивала его, звала на прогулку, и он шел. Мне с ним было действительно спокойнее. Если попадались какие-то странные люди — шарахались от него. А друзья и подруги давно уже воспринимали его, как моего сторожевого пса, кормили чем-нибудь и тискали. Но, как говориться, кошачий век не долог — мой Томас умер. Я окончила университет и вернулась к родителям. Долго не могла привыкнуть к мысли, что моего кота нет. Везде он мне мерещился — как во дворе увижу черного и пушистого (явно кто-то из его потомков), так слезы наворачивались… И вот произошло несколько случаев, изменивших мой взгляд на потустороннее… Я, вместе с маленькой племянницей, пошла осенью в лес за грибами. Ходили-бродили и, как это бывает, «добродились» — потерялись. Племяннице тринадцать лет — она в слезы. Я звоню отцу, который уже битый час ищет нас, но никак не может с нами встретиться. Уже стемнело, телефон почти разрядился, папа в панике. Мы сели с племянницей на камень и решили ждать. Прошло минут пятнадцать, и тут, прямо возле моих ног, появился черный здоровый кот. Я потянулась его погладить, но он резво ускакал куда-то в сторону. Племянница вдруг оживилась, говорит:«Кот-то домашний, давай за ним.» Мы поплелись, преследуя его, а он, убегая, в то же время, будто бы поджидал нас. Минуты через две мы услышали шорохи в лесу и увидели запыхавшегося папу. Нашей радости не было предела, на глазах стояли слезы счастья. Потом я очнулась и решила покормить кота-спасителя — но его уже просто не было!«Наверное ушел.», — подумала я. Племянница (кстати та самая трех летняя девочка, когда-то мучившая моего котика) поразилась тому, что кот-спаситель сильно похож на Томаса. Папа даже выдвинул версию, что это Томас нас спас.
Дальше. История вторая.
Этой зимой я заехала в соседний город по работе, который, в принципе, всегда был криминальным и неблагополучным. После двух часов безуспешного поиска проклятого адреса, я плюнула на все и решила вернуться домой. Вызвала городское такси и стала ждать. Машина должна была подойти минут через двадцать.
Страница 1 из 2
