Кровью

Читай этикетки на банках — там все написано.

Палмер состроил гримасу в спину Соне, потом обратил свой неодобрительный взгляд к Лит.

— Ну да, сейчас ты очень мила. Но попробуй только что-нибудь выкинуть — полетишь на фиг в окно. Понял, беззубик?

Лит загукала и зевнула, показав розовые десны.

— Ну вот, так что не забудь.

* * *

Таксофон был на перекрестке Герреро и Двадцать пятой, напротив «Ремонта телевизоров» где в витрине стояли наполовину собранные или наполовину распотрошенные«Филкосы» и«Зениты» Черно-хромированную поверхность аппарата разрисовали, монетосборник выдрали, а на щель для монет наклеили желтую этикетку«не работает»

Соня осмотрелась. По той стороне улицы прогуливалась под руку пара молодых людей в летных черных куртках со шпицем на поводке. Сурового вида пожилой мужчина с кустистыми бровями входил в кафе. Где-то выла полицейская сирена, отдаваясь эхом в холмах.

Убедившись, что вокруг чисто, Соня лениво повернулась к аппарату и взяла трубку. Пластик был на ощупь тверд и холоден. Приложив наушник к уху, Соня небрежно нажала несколько кнопок. Сначала было каменное молчание, потом где-то на той стороне континента сняли трубку.

— Да? — Голос был низок, почти мелодичен.

— Я хотела бы поговорить с Мальфеисом.

Голос на том конце захлюпал: — Ага, конечно. Как вас представить? — Синяя Женщина.

— Соня, цыпленочек! Извини ты меня за того дурака. Племянника он обучает — ну что тут скажешь? Ладно, киска, что я могу для тебя сделать? — Тебе уже надоело быть скейт-панком, Мэл? — Ну, опять же — что тут скажешь? Я не меньше всякого другого люблю новации, но классика есть классика!

— Мэл, мне нужна помощь…

— Помощь? — Понимаешь, Мэл, я тут оказалась между твоим кузеном и глубокой ямой. Влипла по-крупному! И мне нужна магия.

— Ли Лиджинг подойдет? — Он всего лишь алхимик, Мэл! А мне нужны вещи посерьезнее.

— Тут, видишь ли, лапонька, я бы рад тебе помочь, но…

— Но что? — Не знаю, что именно ты там натворила, конфетка, но акции Моргана летят вниз, как свинцовый груз в Марианскую впадину! И в Первой Иерархии есть много серьезных мальчиков, которых это не особо радует, если ты понимаешь, о чем я. И я тут сильно связан семейными делами, Соня. Я бы тебе даже не имел права сказать, который час, и уж тем более помогать тебе выигрывать.

— Мэл, черт тебя побери, ты же знаешь, что за мной не заржавеет! Могу достать тебе мозги Эда Гина — очищенные! А челюсть Менгеле — хочешь? Настоящую, не те фальшивки, что в Южной Америке выкопали. Брось дурака валять, Мэл! Я тебе мозги не парю.

— О'кей. Я тебе так скажу: ты была таким отличным клиентом, что я тебе помогу на этот раз. Но только на этот раз, capisce? А то еще слух пройдет, что меня легко разжалобить.

— Спасибо, Мэл! Я твой должник.

— Больше, чем ты думаешь. Ладно, вот что ты сделай. К югу от Маркет-стрит есть бар под названием «Ящик теней» Иди туда и жди моего работника. Он там будет через час.

— А как он выглядит? — Не беспокойся. Как увидишь, так узнаешь.

Только что миновала полночь, и в «Ящике теней» народ только разогревался.

Диск-жокей в неоновой будке выдавал грохочущую смесь евро-попа, ретро-диско и кислотной ностальгии. Солнечные прожектора с потолочных балок бросали длинные тени от танцующих на больнично-белые стены. Соня обратила внимание на стилизованные движения танцоров, резкие позы, как на показе мод, а еще — что танцующие больше заняты собственными тенями, нежели своими партнерами.

— Непарный танец, — буркнула она с отвращением.

Гусиное стадо стильно причесанных и раскрашенных будущих воротил бизнеса протиснулось мимо, оттолкнув Соню, которая порывалась побыстрее добраться до танцевального пола. Она мельком подумала, не обезножить ли кого-нибудь из них, но оставила эту мысль. Она сейчас не могла пойти на такой риск — привлекать к себе внимание.

Бары и ночные клубы всегда пробуждали в ней самое худшее. Соня думала, что какие-то мимолетные эмоции, порождаемые в таких местах, стимулируют Другую, возбуждают в ней жажду увечить. И даже сейчас под внешним спокойствием собственного «я» Соня ощущала молчаливое и зловещее присутствие Другой — как проплыв акулы, патрулирующей свою территорию. Мэл мог бы выбрать для встречи место и менее людное, но просителям выбирать не приходится.

Музыка становилась все быстрее и громче, тени на стенах дергались, как бирманские марионетки. Соня глянула на часы. Мэл говорил, что его связной придет в течение часа.

И она почувствовала это: острый, насыщенный адреналином прилив гнева и возбуждения, холодный и резкий, как неразбавленная водка из морозильника. Волосы зашевелились у нее на затылке.

Кто-то пришел по-настоящему разозленный.

Соня обернулась оглядеть интерьер клуба.