Вообще-то люди на шрамы не пялятся. Разок, конечно, взглянут и отводят глаза в сторону. Знаете, как это бывает - беглый взгляд, потом опускают глаза и взглядывают еще раз. Но быстро. Шрамы - не картинка из фильма «ужасов», хотя рассмотреть тоже интересно. Капитан Пит Мак-Киннон, пожарный и следователь по поджогам, сидел напротив меня, обхватив крупными ладонями чашку ледяного чая, который принесла ему Мэри, наша секретарша. И он пристально глядел на мои руки - куда мужчины обычно стараются не смотреть. Он пялился на шрамы и ничуть этим не смущался.
Добавить в моё избранное
558 мин, 15 сек 3200
Я покачала головой:
- Джемиля надо было выгнать или убить.
- Может быть, но сейчас он вроде бы на стороне Ричарда. Думаю, он искренне удивился, когда его не убили на месте. Ричард завоевал его верность.
- Я и не знала, что у Джемиля она есть.
- Никто не знал. Сильвия дралась за место Гери, второго в стае, и победила.
- Убив противника?
- Как ни странно, нет.
- 0'кей, значит, Сильвия терзает стаю. Она вторая в иерархии. Прекрасно. И что?
- Я думаю, она хочет быть Ульфриком, Анита. Хочет место Ричарда.
Я уставилась на него:
- Ирвинг, для этого есть только один способ.
- Убить прежнего царя, - кивнул Ирвинг. - Да, я думаю, Сильвия это знает.
- Я нe видела, как она дерется, но видела, как дерется Ричард. Он тяжелее ее на сто фунтов - сто фунтов мышц, и драться он умеет. В честном бою ведь ей его не одолеть?
- Ричард теперь как раненый, Анита. Он потерял сердце. И если онa его вызовет и по-настоящему захочет, она может победить.
- Что ты хочешь мне сказать? Что он в депрессии?
- Не просто в депрессии. Ты знаешь, как он ненавидит свою сущность монстра. Он никого никогда не убивал, кроме Маркуса. И даже его не может себе простить.
- Откуда ты все это знаешь?
- Слушаю. Репортеры хорошо умеют слушать.
Мы глядели друг на друга.
- Рассказывай остальное.
Ирвинг опустил глаза, потом поднял.
- О тебе он со мной не говорит. Сказал только, что ты не смоглa смириться с тем, кто он такой. Даже ты, Истребительница, пришла в ужас.
Настала моя очередь опустить глаза.
- Я этого не хотела.
- Над своими чувствами мы не властны, - сказал Ирвинг.
Я встретила его взгляд:
- Я бы хотела, чтобы было не так.
- Верю.
- Я не хочу смерти Ричарда.
- Никто из нас не хочет. Я боюсь того, что сделает Сильвия, если некому будет ей помешать. - Он отошел ко второй кровати. - Первый ее приказ будет - истребить всех леопардов-оборотней. Мы их перебьем.
Я медленно набрала воздуху в легкие и так же медленно выдохнула.
- Ирвинг, я не могу забыть то, что видела. Я видела, как Ричард съел Маркуса. - Расхаживая из угла в угол, я качала головой. - Чем я могу помочь?
- Обратись к стае и потребуй, чтобы тебя признали лупой. Заставь нескольких членов стаи прийти сюда и охранять этих двоих вопреки прямому приказу Сильвии. Но при этом тебе придется обещать им защиту. Обещать, что она их не тронет, потому что ты ей не позволишь.
- Если я это сделаю и Сильвии не понравится, мне придется ее убить. Это вроде как поставить ей капкан. Не слишком ли отдает преднамеренным умыслом?
Ирвинг мотнул головой:
- Я тебя прошу быть нашей лупой. Быть лупой Ричарда. Показать Сильвии, что, если она будет напирать, Ричард ее, быть может, и не убьет, но убьешь ты.
- Блин! - вздохнула я.
- Прости, Анита. Я бы ничего этого не говорил, но…
- Да, я должна была знать, - сказала я и обняла его, и он застыл от удивления, потом обняв меня в ответ.
- Это за что?
- За то, что сказал мне. Я знаю, что Ричарду бы это не понравилось.
Улыбка исчезла с лица Ирвинга.
- С тех пор как Ричард взял власть, он уже наказал двух членов стаи. Они бросили вызов его власти, серьезный вызов, и он чуть не убил обоих.
- Как? - переспросила я.
- Исполосовал их, Анита. Будто это был не он, а кто-то другой.
- Ричард таких вещей не делает!
- Теперь делает, хоть и не всегда. Обычно он все так же мил, но иногда на него находит, и он впадает в ярость. В такой момент мне не хотелось бы быть поблизости.
- И насколько это серьезно?
- Анита, ему надо смириться с тем, кто он такой. Надо принять своего зверя, иначе он сам себя сведет о ума.
Я покачала головой:
- Ирвинг, я не могу помочь ему любить этого зверя. Я тоже не могу его принять.
Ирвинг пожал плечами:
- Знаешь, Анита, быть мохнатым - это еще не так плохо. Бывает похуже, например, быть ходячим мертвецом.
Я нахмурилась:
- Выметайся, Ирвинг. И спасибо, что сказал.
- Надеюсь, через неделю ты еще будешь мне благодарна.
- И я надеюсь.
Ирвинг дал мне несколько телефонов и вышел. Не хотел оставаться слишком долго, а то могут заподозрить, что он не просто репортер. Насчет моей репутации, кажется, никто не беспокоился. Я поднимаю зомби, убиваю вампиров и встречаюсь с Принцем Города. Если меня будут считать еще и оборотнем, так какая разница?
Три имени членов стаи, подчиненных, которых Ирвинг счел достаточно сильными, чтобы быть телохранителями, и достаточно слабыми, чтобы их можно было заставить. Мне этoro делать не хотелось. Стая строится на дисциплине: наказание и награда; в основном наказание.
- Джемиля надо было выгнать или убить.
- Может быть, но сейчас он вроде бы на стороне Ричарда. Думаю, он искренне удивился, когда его не убили на месте. Ричард завоевал его верность.
- Я и не знала, что у Джемиля она есть.
- Никто не знал. Сильвия дралась за место Гери, второго в стае, и победила.
- Убив противника?
- Как ни странно, нет.
- 0'кей, значит, Сильвия терзает стаю. Она вторая в иерархии. Прекрасно. И что?
- Я думаю, она хочет быть Ульфриком, Анита. Хочет место Ричарда.
Я уставилась на него:
- Ирвинг, для этого есть только один способ.
- Убить прежнего царя, - кивнул Ирвинг. - Да, я думаю, Сильвия это знает.
- Я нe видела, как она дерется, но видела, как дерется Ричард. Он тяжелее ее на сто фунтов - сто фунтов мышц, и драться он умеет. В честном бою ведь ей его не одолеть?
- Ричард теперь как раненый, Анита. Он потерял сердце. И если онa его вызовет и по-настоящему захочет, она может победить.
- Что ты хочешь мне сказать? Что он в депрессии?
- Не просто в депрессии. Ты знаешь, как он ненавидит свою сущность монстра. Он никого никогда не убивал, кроме Маркуса. И даже его не может себе простить.
- Откуда ты все это знаешь?
- Слушаю. Репортеры хорошо умеют слушать.
Мы глядели друг на друга.
- Рассказывай остальное.
Ирвинг опустил глаза, потом поднял.
- О тебе он со мной не говорит. Сказал только, что ты не смоглa смириться с тем, кто он такой. Даже ты, Истребительница, пришла в ужас.
Настала моя очередь опустить глаза.
- Я этого не хотела.
- Над своими чувствами мы не властны, - сказал Ирвинг.
Я встретила его взгляд:
- Я бы хотела, чтобы было не так.
- Верю.
- Я не хочу смерти Ричарда.
- Никто из нас не хочет. Я боюсь того, что сделает Сильвия, если некому будет ей помешать. - Он отошел ко второй кровати. - Первый ее приказ будет - истребить всех леопардов-оборотней. Мы их перебьем.
Я медленно набрала воздуху в легкие и так же медленно выдохнула.
- Ирвинг, я не могу забыть то, что видела. Я видела, как Ричард съел Маркуса. - Расхаживая из угла в угол, я качала головой. - Чем я могу помочь?
- Обратись к стае и потребуй, чтобы тебя признали лупой. Заставь нескольких членов стаи прийти сюда и охранять этих двоих вопреки прямому приказу Сильвии. Но при этом тебе придется обещать им защиту. Обещать, что она их не тронет, потому что ты ей не позволишь.
- Если я это сделаю и Сильвии не понравится, мне придется ее убить. Это вроде как поставить ей капкан. Не слишком ли отдает преднамеренным умыслом?
Ирвинг мотнул головой:
- Я тебя прошу быть нашей лупой. Быть лупой Ричарда. Показать Сильвии, что, если она будет напирать, Ричард ее, быть может, и не убьет, но убьешь ты.
- Блин! - вздохнула я.
- Прости, Анита. Я бы ничего этого не говорил, но…
- Да, я должна была знать, - сказала я и обняла его, и он застыл от удивления, потом обняв меня в ответ.
- Это за что?
- За то, что сказал мне. Я знаю, что Ричарду бы это не понравилось.
Улыбка исчезла с лица Ирвинга.
- С тех пор как Ричард взял власть, он уже наказал двух членов стаи. Они бросили вызов его власти, серьезный вызов, и он чуть не убил обоих.
- Как? - переспросила я.
- Исполосовал их, Анита. Будто это был не он, а кто-то другой.
- Ричард таких вещей не делает!
- Теперь делает, хоть и не всегда. Обычно он все так же мил, но иногда на него находит, и он впадает в ярость. В такой момент мне не хотелось бы быть поблизости.
- И насколько это серьезно?
- Анита, ему надо смириться с тем, кто он такой. Надо принять своего зверя, иначе он сам себя сведет о ума.
Я покачала головой:
- Ирвинг, я не могу помочь ему любить этого зверя. Я тоже не могу его принять.
Ирвинг пожал плечами:
- Знаешь, Анита, быть мохнатым - это еще не так плохо. Бывает похуже, например, быть ходячим мертвецом.
Я нахмурилась:
- Выметайся, Ирвинг. И спасибо, что сказал.
- Надеюсь, через неделю ты еще будешь мне благодарна.
- И я надеюсь.
Ирвинг дал мне несколько телефонов и вышел. Не хотел оставаться слишком долго, а то могут заподозрить, что он не просто репортер. Насчет моей репутации, кажется, никто не беспокоился. Я поднимаю зомби, убиваю вампиров и встречаюсь с Принцем Города. Если меня будут считать еще и оборотнем, так какая разница?
Три имени членов стаи, подчиненных, которых Ирвинг счел достаточно сильными, чтобы быть телохранителями, и достаточно слабыми, чтобы их можно было заставить. Мне этoro делать не хотелось. Стая строится на дисциплине: наказание и награда; в основном наказание.
Страница 12 из 151
