Вообще-то люди на шрамы не пялятся. Разок, конечно, взглянут и отводят глаза в сторону. Знаете, как это бывает - беглый взгляд, потом опускают глаза и взглядывают еще раз. Но быстро. Шрамы - не картинка из фильма «ужасов», хотя рассмотреть тоже интересно. Капитан Пит Мак-Киннон, пожарный и следователь по поджогам, сидел напротив меня, обхватив крупными ладонями чашку ледяного чая, который принесла ему Мэри, наша секретарша. И он пристально глядел на мои руки - куда мужчины обычно стараются не смотреть. Он пялился на шрамы и ничуть этим не смущался.
Добавить в моё избранное
558 мин, 15 сек 3205
Таково свойство волшебства - его не может убить даже ненависть.
Вдруг пришли слова - слова, которых я до того не знала.
- Я - лупа, я - мать всех, я защитница ваша, убежище ваше, покой ваш. Против всякого зла восстану я вместе с вами. Ваши враги - мои враги. Мы одна плоть и одна кровь. Мы - ликои, мы - стая.
Поток тепла резко прекратился. Я пошатнулась, и только рука Тедди удержала меня от падения на пол.
- Тебе нехорошо? - спросил он низким голосом, таким же внушительным, как вся его фигура.
- Все в порядке, - ответила я и, как только смогла, шагнула назад. Ричард ощутил призыв за сотни миль и отрезал меня от себя. Захлопнул дверь, не зная, что я делаю и зачем. У меня в голове бушевал прилив гнева. Ричард разозлился невероятно.
Мы оба были связаны с Жан-Клодом. Я была его слугой-человеком, а Ричард - его волком. Это была мучительная близость.
- Ты не ликои, - сказала Лоррен. - Ты не оборотень. Как ты это сделала?
- Профессиональный секрет,- улыбнулась я. По правде сказать, я сама не знала. Надо будет сегодня спросить Жан-Клода. Может быть, он знает. Он третий Мастер вампиров за всю их долгую историю, кто смог объединить и оборотня, и человека. Я сильно подозревала, что учебника на эту тему нет и что Жан-Клок делал это куда чаще, чем мне хотелось бы знать.
Тедди встал на колени.
- Ты - лупа.
Остальные последовали его примеру. Они припали к земле, как хорошие покорные волки, хотя Кевину это не нравилось, да и мне тоже. Но я не знала, что здесь формальность, а что - необходимость. Я хотела их покорности, потому что мне не хотелось ни с кем драться и никого убивать. И потому я дала им ползать по полу, водить руками по моим ногам и обнюхивать меня, как собаки. Именно в этот момент вошла сестра.
Все вскочили. Я попыталась объяснить - и осеклась. Сестра просто стояла, пялясь на нас со странной застывшей улыбкой на лице. Потом попятилась, ничего не сделав.
- Я пришлю доктора Вильсона их посмотреть, - сказала онa, закивав очень часто и быстро, и закрыла за собой дверь. Если бы она была на каблуках, мы бы услышали, как она бежит.
Не быть монстром - это имеет свои отрицательные стороны.
7
Возясь с вервольфами-сиделками, я опоздала на свидание. Читая материалы Мак-Киннона, я опаздывала еще сильнее, но если сегодня будет пожар, я буду очень неудобно себя чувствовать, не подготовившись. Из документов я узнала две вещи. Во-первых, все пожары начинались после наступления темноты, и это тут же навело меня на мысль о вампирах. Да только вампиры не умеют поджигать. Такой способности у них нет. На самом деле огонь - это одна из вещей, которых они больше всего боятся. Да, я видала вампиров, которые умели до некоторой степени управлять уже горящим пламенем. Усиливать или ослаблять пламя свечи - салонные фокусы, но огонь - стихия чистоты. Чистота и вампиры друг с другом не сочетаются. Во-вторых, знакомясь с документами, я поняла, что мало знаю о пожарах вообще и о поджогах в частности. Нужна книга или хорошее разъяснение.
Жан-Клод заказал столик в «Демише» - очень приятном ресторане. Мне надо было забежать домой - в недавно снятую квартиру, - чтобы переодеться. Это настолько меня задержало, что я договорилась встретиться с ним в ресторане. С романтическими свиданиями одна беда - непонятно, куда девать оружие. Женский вечерний наряд страшно неудобен для его скрытого ношения.
Деловой костюм в этом отношении проще, но в нем труднее достать оружие. Любая облегающая одежда затрудняет это действие. Сегодня я надевала юбку с такими высокими разрезами, что пришлось проверить, чтобы колготки и кружевное белье совпадали по цвету и были черными. Я достаточно хорошо себя знала и помнила, что иногда могу забыться и сверкнуть бельем. А если придется доставать пистолет, этого точно не избежать. Так зачем мне белье? Ответ: девятимиллиметровый «файрстар» я запихиваю под пояс.
Пояс - эластичная полоса поверх белья, но под одеждой. Рассчитан на ношение под рубашкой с пуговицами. Свободной рукой дергаешь рубашку вверх, другой достаешь пистолет и voila* (вот (фр.)) - стреляешь. С вечерним платьем сложнее, потому что надо поднять ярды ткани, пока дотянешься до пистолета. Лучше, конечно, чем ничего, но только если противник согласен потерпеть. Правда, в этом платье я могу сунуть руку в разрез, вытянуть пистолет, потом вниз, потом вынуть из-под платья. Не слишком быстро, но не так уж и плохо. И еще пояс не сочетается с облегающим платьем. Не бывает жировых отложений в форме пистолета.
Еще я нашла лифчик без бретелек под цвет черным трусам, так что, если убрать платье и пистолет, останусь в кружавчиках. Каблуки были выше, чем я обычно могу выдержать, но либо так, либо укорачивать платье. Поскольку шить я принципиально не хочу, значит, каблуки.
С косметикой, тенями, румянами и помадой я управляюсь отлично. Помада была красной - очень-очень красной, но мне она подходит.
Вдруг пришли слова - слова, которых я до того не знала.
- Я - лупа, я - мать всех, я защитница ваша, убежище ваше, покой ваш. Против всякого зла восстану я вместе с вами. Ваши враги - мои враги. Мы одна плоть и одна кровь. Мы - ликои, мы - стая.
Поток тепла резко прекратился. Я пошатнулась, и только рука Тедди удержала меня от падения на пол.
- Тебе нехорошо? - спросил он низким голосом, таким же внушительным, как вся его фигура.
- Все в порядке, - ответила я и, как только смогла, шагнула назад. Ричард ощутил призыв за сотни миль и отрезал меня от себя. Захлопнул дверь, не зная, что я делаю и зачем. У меня в голове бушевал прилив гнева. Ричард разозлился невероятно.
Мы оба были связаны с Жан-Клодом. Я была его слугой-человеком, а Ричард - его волком. Это была мучительная близость.
- Ты не ликои, - сказала Лоррен. - Ты не оборотень. Как ты это сделала?
- Профессиональный секрет,- улыбнулась я. По правде сказать, я сама не знала. Надо будет сегодня спросить Жан-Клода. Может быть, он знает. Он третий Мастер вампиров за всю их долгую историю, кто смог объединить и оборотня, и человека. Я сильно подозревала, что учебника на эту тему нет и что Жан-Клок делал это куда чаще, чем мне хотелось бы знать.
Тедди встал на колени.
- Ты - лупа.
Остальные последовали его примеру. Они припали к земле, как хорошие покорные волки, хотя Кевину это не нравилось, да и мне тоже. Но я не знала, что здесь формальность, а что - необходимость. Я хотела их покорности, потому что мне не хотелось ни с кем драться и никого убивать. И потому я дала им ползать по полу, водить руками по моим ногам и обнюхивать меня, как собаки. Именно в этот момент вошла сестра.
Все вскочили. Я попыталась объяснить - и осеклась. Сестра просто стояла, пялясь на нас со странной застывшей улыбкой на лице. Потом попятилась, ничего не сделав.
- Я пришлю доктора Вильсона их посмотреть, - сказала онa, закивав очень часто и быстро, и закрыла за собой дверь. Если бы она была на каблуках, мы бы услышали, как она бежит.
Не быть монстром - это имеет свои отрицательные стороны.
7
Возясь с вервольфами-сиделками, я опоздала на свидание. Читая материалы Мак-Киннона, я опаздывала еще сильнее, но если сегодня будет пожар, я буду очень неудобно себя чувствовать, не подготовившись. Из документов я узнала две вещи. Во-первых, все пожары начинались после наступления темноты, и это тут же навело меня на мысль о вампирах. Да только вампиры не умеют поджигать. Такой способности у них нет. На самом деле огонь - это одна из вещей, которых они больше всего боятся. Да, я видала вампиров, которые умели до некоторой степени управлять уже горящим пламенем. Усиливать или ослаблять пламя свечи - салонные фокусы, но огонь - стихия чистоты. Чистота и вампиры друг с другом не сочетаются. Во-вторых, знакомясь с документами, я поняла, что мало знаю о пожарах вообще и о поджогах в частности. Нужна книга или хорошее разъяснение.
Жан-Клод заказал столик в «Демише» - очень приятном ресторане. Мне надо было забежать домой - в недавно снятую квартиру, - чтобы переодеться. Это настолько меня задержало, что я договорилась встретиться с ним в ресторане. С романтическими свиданиями одна беда - непонятно, куда девать оружие. Женский вечерний наряд страшно неудобен для его скрытого ношения.
Деловой костюм в этом отношении проще, но в нем труднее достать оружие. Любая облегающая одежда затрудняет это действие. Сегодня я надевала юбку с такими высокими разрезами, что пришлось проверить, чтобы колготки и кружевное белье совпадали по цвету и были черными. Я достаточно хорошо себя знала и помнила, что иногда могу забыться и сверкнуть бельем. А если придется доставать пистолет, этого точно не избежать. Так зачем мне белье? Ответ: девятимиллиметровый «файрстар» я запихиваю под пояс.
Пояс - эластичная полоса поверх белья, но под одеждой. Рассчитан на ношение под рубашкой с пуговицами. Свободной рукой дергаешь рубашку вверх, другой достаешь пистолет и voila* (вот (фр.)) - стреляешь. С вечерним платьем сложнее, потому что надо поднять ярды ткани, пока дотянешься до пистолета. Лучше, конечно, чем ничего, но только если противник согласен потерпеть. Правда, в этом платье я могу сунуть руку в разрез, вытянуть пистолет, потом вниз, потом вынуть из-под платья. Не слишком быстро, но не так уж и плохо. И еще пояс не сочетается с облегающим платьем. Не бывает жировых отложений в форме пистолета.
Еще я нашла лифчик без бретелек под цвет черным трусам, так что, если убрать платье и пистолет, останусь в кружавчиках. Каблуки были выше, чем я обычно могу выдержать, но либо так, либо укорачивать платье. Поскольку шить я принципиально не хочу, значит, каблуки.
С косметикой, тенями, румянами и помадой я управляюсь отлично. Помада была красной - очень-очень красной, но мне она подходит.
Страница 17 из 151
