Вообще-то люди на шрамы не пялятся. Разок, конечно, взглянут и отводят глаза в сторону. Знаете, как это бывает - беглый взгляд, потом опускают глаза и взглядывают еще раз. Но быстро. Шрамы - не картинка из фильма «ужасов», хотя рассмотреть тоже интересно. Капитан Пит Мак-Киннон, пожарный и следователь по поджогам, сидел напротив меня, обхватив крупными ладонями чашку ледяного чая, который принесла ему Мэри, наша секретарша. И он пристально глядел на мои руки - куда мужчины обычно стараются не смотреть. Он пялился на шрамы и ничуть этим не смущался.
Добавить в моё избранное
558 мин, 15 сек 3228
- Нет, просто интересуюсь, как бы тебе это понравилось, если бы ситуация поменялась на обратную.
- Никто другой не обладает моей способностью входить в чужое тело, - сказал Странник.
- А тебе бы понравилось, если бы кто-то заставил тебя заниматься сексом с женщиной?
Вилли склонил голову набок с совершенно не свойственным для него выражением. Ощущение инакости было настолько сильным, что у меня мурашки поползли по коже.
- Никогда не испытывал тяги к женскому телу.
- Тебе бы это показалось омерзительным.
Вилли, то есть Странник, кивнул:
- Да.
- Тогда отпусти Вилли. Найди кого-нибудь, кому это все равно.
Странник, устроившись в объятиях Балтазара, захохотал мне в лицо:
- Ты взываешь к моему милосердию?
Я пожала плечами:
- Стрелять в тебя я не могу. Ты член совета, и я надеялась, что это значит, будто у тебя больше правил, чем у других. Кажется, я ошибалась.
Он глянул на Жан-Клода:
- Твоя слуга теперь всегда говорит за тебя?
- Она отлично справляется, - ответил Жан-Клод.
- Если она пытается воззвать к моему чувству честной игры, значит, ты ничего не рассказал ей о том, как жил с нами при дворе.
Жан-Клод по-прежнему свободно держал мою руку в своей, но отступил от меня на шаг. Я почувствовала, как он заставил себя выпрямиться, будто слегка горбился, ежился от страха. Я знала, что он все еще испуган, но взял себя в руки. Храбрый Жан-Клод. Я еще не была настолько перепугана. Но я не знала всего, что знал он.
- Я не живу прошлым, - сказал Жан-Клод.
- Он нас стыдится, - произнес Балтазар, и потерся щекой о щеку Вилли. И нежно поцеловал Вилли в висок.
- Нет, он нас боится, - ответил Странник.
- Чего ты хочешь от меня. Странник? Зачем совет вторгся в мои земли и захватил в заложники моих вампиров?
Тело Вилли оттолкнулось от Балтазара и встало перед ним. Обычно Вилли казался меньше своего роста - как-то он робел и ежился, но сейчас вид у него был изящный и уверенный в себе. Странник дал Вилли грацию и точность, которых у него никогда не было.
- Ты сразил Колебателя Земли, но не занял его место в совете. Нет другого способа войти в совет, как убить его члена. У нас теперь вакансия, которую можешь заполнить только ты, Жан-Клод.
- Я не хочу этого поста и недостаточно силен, чтобы его сохранить.
- Если ты недостаточно силен, как ты убил Оливера? Это была ужасающая сила природы. - Странник подошел к нам, Балтазар следом. - Как ты его убил?
На этот раз Жан-Клод не попятился. Рука его напряглась на моей, но он не двинулся с места.
- Он согласился не призывать против меня землю. Вампир и его слуга кружили вокруг нас акулами. Один направо, другой налево, так что трудно было не выпускать из виду обоих.
- И зачем бы ему ограничивать свои силы?
- Он озверел. Странник. Оливер желал вернуть дни, когда вампиры были вне закона. Землетрясение могло бы разрушить город, но вину за него не возложили бы на вампира. Он же хотел завладеть моими вампирами и устроить кровавую баню, которая вновь бы открыла охоту за нами. Оливер боялся, что мы в конце концов уничтожим всех людей, а тем самым и себя. Он считал, что мы слишком опасны, чтобы давать нам права и свободу.
- Мы получили твой доклад, - сказал Странник, остановившись возле меня. Балтазар встал с другой стороны, рядом с Жан-Клодом. Как зеркальные отражения. Я не знала, то ли это вампир управляет своим слугой, то ли это движение отработано веками тренировок. - Я знаю, что думал Оливер.
Я придвинулась к Жан-Клоду.
- Он только вампиров умеет захватывать или людей тоже?
- Тебе не грозит его вторжение, mа petite.
- И отлично, - сказала я.
Глядя на вампира, я сама испугалась, как быстро я начала думать о нем как о Страннике, а не Вилли.
- А почему же вы сами не остановили Оливера? - спросила я.
Странник придвигался ко мне все ближе, чуть не касаясь.
- Он был членом совета. Члены совета не могут драться между собой. А Оливера могла остановить только истинная смерть.
- И вы пустили его сюда, зная, что он задумал.
- Мы знали, что он покинул страну, но не знали, куда направился или что планирует.
Странник поднял руку к моему лицу. Балтазар повторил этот жест, подняв руку к Жан-Клоду. Маленькая ладошка Вилли висела у меня перед лицом.
- Вы его объявили вне закона, - сказал Жан-Клод. - Любой вампир, который его найдет, мог его убить, не нарушая наших законов. Собственно, это и значит - «вне закона».
Странник едва заметно коснулся моего лица - легчайшее, пробующее прикосновение.
- И ты думал, что мы к тебе не явимся, потому что ты избавил нас от хлопот самим за ним охотиться.
- Oui.
Балтазар перестал гладить лицо Жан-Клода и встал возле своего Мастера. Рука коротышки скользила по моему лицу.
- Никто другой не обладает моей способностью входить в чужое тело, - сказал Странник.
- А тебе бы понравилось, если бы кто-то заставил тебя заниматься сексом с женщиной?
Вилли склонил голову набок с совершенно не свойственным для него выражением. Ощущение инакости было настолько сильным, что у меня мурашки поползли по коже.
- Никогда не испытывал тяги к женскому телу.
- Тебе бы это показалось омерзительным.
Вилли, то есть Странник, кивнул:
- Да.
- Тогда отпусти Вилли. Найди кого-нибудь, кому это все равно.
Странник, устроившись в объятиях Балтазара, захохотал мне в лицо:
- Ты взываешь к моему милосердию?
Я пожала плечами:
- Стрелять в тебя я не могу. Ты член совета, и я надеялась, что это значит, будто у тебя больше правил, чем у других. Кажется, я ошибалась.
Он глянул на Жан-Клода:
- Твоя слуга теперь всегда говорит за тебя?
- Она отлично справляется, - ответил Жан-Клод.
- Если она пытается воззвать к моему чувству честной игры, значит, ты ничего не рассказал ей о том, как жил с нами при дворе.
Жан-Клод по-прежнему свободно держал мою руку в своей, но отступил от меня на шаг. Я почувствовала, как он заставил себя выпрямиться, будто слегка горбился, ежился от страха. Я знала, что он все еще испуган, но взял себя в руки. Храбрый Жан-Клод. Я еще не была настолько перепугана. Но я не знала всего, что знал он.
- Я не живу прошлым, - сказал Жан-Клод.
- Он нас стыдится, - произнес Балтазар, и потерся щекой о щеку Вилли. И нежно поцеловал Вилли в висок.
- Нет, он нас боится, - ответил Странник.
- Чего ты хочешь от меня. Странник? Зачем совет вторгся в мои земли и захватил в заложники моих вампиров?
Тело Вилли оттолкнулось от Балтазара и встало перед ним. Обычно Вилли казался меньше своего роста - как-то он робел и ежился, но сейчас вид у него был изящный и уверенный в себе. Странник дал Вилли грацию и точность, которых у него никогда не было.
- Ты сразил Колебателя Земли, но не занял его место в совете. Нет другого способа войти в совет, как убить его члена. У нас теперь вакансия, которую можешь заполнить только ты, Жан-Клод.
- Я не хочу этого поста и недостаточно силен, чтобы его сохранить.
- Если ты недостаточно силен, как ты убил Оливера? Это была ужасающая сила природы. - Странник подошел к нам, Балтазар следом. - Как ты его убил?
На этот раз Жан-Клод не попятился. Рука его напряглась на моей, но он не двинулся с места.
- Он согласился не призывать против меня землю. Вампир и его слуга кружили вокруг нас акулами. Один направо, другой налево, так что трудно было не выпускать из виду обоих.
- И зачем бы ему ограничивать свои силы?
- Он озверел. Странник. Оливер желал вернуть дни, когда вампиры были вне закона. Землетрясение могло бы разрушить город, но вину за него не возложили бы на вампира. Он же хотел завладеть моими вампирами и устроить кровавую баню, которая вновь бы открыла охоту за нами. Оливер боялся, что мы в конце концов уничтожим всех людей, а тем самым и себя. Он считал, что мы слишком опасны, чтобы давать нам права и свободу.
- Мы получили твой доклад, - сказал Странник, остановившись возле меня. Балтазар встал с другой стороны, рядом с Жан-Клодом. Как зеркальные отражения. Я не знала, то ли это вампир управляет своим слугой, то ли это движение отработано веками тренировок. - Я знаю, что думал Оливер.
Я придвинулась к Жан-Клоду.
- Он только вампиров умеет захватывать или людей тоже?
- Тебе не грозит его вторжение, mа petite.
- И отлично, - сказала я.
Глядя на вампира, я сама испугалась, как быстро я начала думать о нем как о Страннике, а не Вилли.
- А почему же вы сами не остановили Оливера? - спросила я.
Странник придвигался ко мне все ближе, чуть не касаясь.
- Он был членом совета. Члены совета не могут драться между собой. А Оливера могла остановить только истинная смерть.
- И вы пустили его сюда, зная, что он задумал.
- Мы знали, что он покинул страну, но не знали, куда направился или что планирует.
Странник поднял руку к моему лицу. Балтазар повторил этот жест, подняв руку к Жан-Клоду. Маленькая ладошка Вилли висела у меня перед лицом.
- Вы его объявили вне закона, - сказал Жан-Клод. - Любой вампир, который его найдет, мог его убить, не нарушая наших законов. Собственно, это и значит - «вне закона».
Странник едва заметно коснулся моего лица - легчайшее, пробующее прикосновение.
- И ты думал, что мы к тебе не явимся, потому что ты избавил нас от хлопот самим за ним охотиться.
- Oui.
Балтазар перестал гладить лицо Жан-Клода и встал возле своего Мастера. Рука коротышки скользила по моему лицу.
Страница 39 из 151
