Где ты меня ждешь

Даже сквозь брюки он казался огромным.

Не справившись с собой, я потерлась об него и услышала низкий рык. Вик терял самообладание. Каким-то чудом я смогла торжествующе улыбнуться. Это было то, что мне нужно. Но он быстро вернул преимущество, просунув пальцы в меня и начав тереть изнутри. Его пальцы были больше моих, и ощущались так правильно. Я закричала и стала двигать бедрами, буквально пронзая себя его пальцами. Но Вик быстро остановил это, просто вытащив руку и отойдя от меня. Когда же я отдышалась и смогла осознанно взглянуть на него, он стоял и облизывал свои пальцы. Мое лицо вспыхнуло. Он… Ему явно нравилось это. Его глаза были похожи на костер, костер, что сжигал меня как внутри, так и снаружи.

— На пол, — отрывисто приказал он.

Я легла, не задумываясь. Да и зачем? Я доверяла ему полностью. Вик навис надо мной.

— Возьми свою грудь и поласкай ее, — приказал он.

И снова я подчинилась. Мое тело не отличило мои руки от рук Вика и послушно выгнулось. Ноги невольно раздвинулись, и между ними тотчас же разместился Вик.

— Жаль, ты не видишь этого, — хмыкнул он.

— Она прямо-таки сочится влагой.

Я всхлипнула. Тело требовало большего, и правая рука привычно скользнула было вниз, но Вик перехватил ее.

— Вот уж нет, — он прищурился, — ты ласкаешь только грудь. Остальное мое.

Он буквально нырнул вниз, и все вокруг взорвалось. Остался только его язык, терзающий меня, покусывающий и вылизывающий. Я больше не стонала. Я кричала, вопила, орала, а Вик врывался в меня своим языком. Последнее, что я запомнила, это то, как он прикусил мне кожу… Я не могла открыть глаза. Тело было таким мягким и расслабленным, что я никак не могла прийти в себя и вернуть себе контроль над телом. Мозг же упорно работал, пытаясь вспомнить все, что произошло вчера. Но единственное, что приходило на ум, так это то, что это была восхитительная ночь. Впервые в жизни я поняла, какого это, быть истощенной от любовной игры. И мне это нравилось.

Я потянулась. Все тело приятно ныло. Я с улыбкой одернула футболку Вика, когда краем глаза заметила черно-рыжее пятно. Присмотревшись, я определила в этом пятне кота. Лысый конец хвоста свисал вниз, скорее всего, был когда-то сломан. Один глаз не открывался, край левого уха порван. Когда-то он был пушистым, но сейчас его шерсть была жесткой со странными рыжими пятнами.

— Вижу, ты познакомилась с Хмырем, — в комнату вошел Вик.

— Подобрал его на улице, когда еще только приехал.

На нем были только джинсы с заниженной талией, и я поспешила рассмотреть все то, что не увидела вчера. Вик был сплошной горой мышц. Даже слабая поросль темных волосков, что покрывала его пресс и уводила взгляд вниз за ремень, не смягчала его вида. С трудом отведя глаза, я уставилась на его грудь. Сеть страшных светло-розовых шрамов пересекала их, делая его еще более грозным.

— Война на каждом оставляет свои следы, — перехватил мой взгляд Вик и, подойдя, начал гладить кота.

— Что, Хмырь, тебе понравилась наша королева?

Я покраснела и уставилась на кота.

— Спрашивай, — Вик присел рядом.

— Я… — Мое горло сжалось, и я замолчала.

— Все хорошо? — Вик наклонился ко мне.

Я покачала головой. Мне было больно разговаривать, словно в горле стоял ком.

— Открой рот и повернись ко мне, — Вик отдернул мои руки.

Внимательно, словно врач, он осмотрел мой рот и прощупал шею.

— Странно, — пробормотал он, — попробуй что-нибудь сказать.

— Наверное…. Усталость… — с трудом проговорила я и горько усмехнулась, — после… Такого… — Ничего не было, — оборвал меня Вик.

— Я лишь прикусил твою кожу, чтобы ты смогла отключиться.

Я уставилась на него. В глазах защипало. Невольно я отодвинулась от Вика и уткнулась лицом в колени. Какого черта?

— Ш-ш-ш, маленькая, — обнял меня Вик.

— Все хорошо.

Я всхлипнула. Ничего не хорошо. Как я могла так оступиться? На мгновение Вик пропал и снова появился рядом.

— Вот выпей, — он протянул мне чашку, — это должно помочь.

Я сделала глоток и закашлялась.

— Что это? — выдавила я с трудом.

Напиток обжег мне язык и глотку, но разговаривать стало действительно проще.

— Не поверишь, — мальчишески улыбнулся Вик.

— Это обычный кофе. Зато теперь можешь говорить.

Я уставилась на него. Он шутит?!

— Весь секрет в том, чтобы разогреть горло правильно, — продолжил Вик.

— Этому трюку я научился на севере. Можешь теперь говорить?

— Да, — протянула я.

Ком, мешающий разговаривать, и, правда, исчез.

— Тогда признаюсь, что еще там коньяк, — широко улыбнулся Вик.

— В наказание за это можешь спрашивать все, что угодно.

— Ничего не было, — повторила я, скорее подтверждая, чем спрашивая.