Подарок вампира

Тогда, вампир становится невидим, и бесплотным призраком продолжает свой вечный путь среди людей. Я долго над этим размышлял, и пришел к выводу, что мое жалкое существование по ночам и бесконечные бессмысленные убийства пора прекратить. Итак, я стал призраком. Для этого в полнолуние необходимо было зарыть свое тело в могиле и выйти из него в образе духа, проведя еще один нехитрый ритуал. Вампир подобен клопу, как бы омерзительно это не звучало. Без крови он способен на существование в виде мумии, лишенный силы и погруженный в сон. Но стоит попасть лишь капле крови, как он очнется, исполненный дикой жаждой и безумной ненавистью. Я все сделал, как надо. Тело мое лежит почти в том же самом месте, где меня погребли мои родные. Раньше в том месте было мое имение, потом образовалась деревня, а теперь это место заброшено. Дома разрушены, люди переехали в город, старики умерли. Мне нельзя приближаться слишком близко к своему телу, иначе я вновь восстану в облике вампира. Это буду уже не я, а голодное чудовище. Ты должна меня убить самым наидревнейшим и всем известным способом — осиновый кол. Тебе предстоит найти мое тело, вбить осиновый кол в сердце, окропить святой водой и прочитать молитву, которую я скажу тебе 2 раза. И все. Ты — свободна, — закончил он.

— И все? — возмутилась я.

— Всего-то и делов, конечно, я ведь каждый день этим занимаюсь, можно даже с завязанными глазами дело провернуть.

— Успокойся, это не так трудно, как кажется, — заключил он.

Я зла. И мне хочется его придушить.

— Ты сказал, что в трактате было написано, что призрака никто не увидит. Так почему же тебя вижу я?

— Если я того захочу, то меня увидят, — проговорил он.

— Но есть категория людей, которые не от мира сего, они, как бы это сказать … — Сумасшедшие, — закончила я за него.

— Да, — подтвердил он и многозначительно на меня посмотрел.

— Неправда! Чушь! Я абсолютно здорова, — закричала я в гневе.

— Ты же сама знаешь, что это не так, — спокойно сказал он.

— Во всяком случае, для меня, так даже лучше.

Я ничего не сказала. Вспомнила только стены больницы, бессвязные речи, бормотание, тени, голоса, кучу лекарств и грубое обращение. В психиатрической лечебнице любой здоровый человек сойдет с ума через месяц. Я провела там шесть, после попытки суицида. Я не слышала голосов, не видела монстров на потолке, только бессонница, страх и бесконечный стресс. Но я здорова. Сейчас. И тогда тоже была. Я это знаю, совсем не важно, что считает врач. Я сама медик и знаю, что госпитализация была лишней. Лучше бы мне дали умереть. Я размышляла, а внутри вновь зашевелились почти забытые обиды, заговорили обидные слова, возникли люди, которые унижали и обижали. Депрессия возвращалась. Захотелось лечь спать и выключить мозг, который как заезженная пластинка вновь пустил по кругу старую песню.

— Может, лучше ты убьешь меня? — спросила я, услышав шаги за спиной.

— Ты поправишься, не переживай! — тихо сказал он.

— Надо выйти подышать, — решила я, так как обстановка стала угнетать. Я вышла в коридор и стала надевать сапоги.

— Одной ночью ходить опасно, — прозвучал голос над головой.

Я застегнула сапог, и, выпрямившись, сказала: «Какая тебе разница? Это моя жизнь, мое дело. Может мне на роду так написано»?

— Не написано, — возразил он.

— О, ты у нас оракул, — протянула я, взяла куртку и вышла на улицу.

Идя по темным улицам, я вдруг увидела мужскую фигуру. Мужчина, судя по виду, был пьян, так как его изрядно шатало при ходьбе. Обойти его возможности не было, и я решила пройти мимо как можно быстрее. Конечно же, мне это не удалось.

— Давай поговорим, — схватив мою руку, он дыхнул на меня алкогольным выхлопом.

— Я не разговариваю с незнакомцами, — сказала я, пытаясь вырвать руку, но он, казалось, вцепился в нее мертвой хваткой.

— Не уйдешь, — зло сказал он и засмеялся. Внезапно рядом с ним мелькнула тень, и в ту же секунду он взмыл в воздух и отлетел на приличное расстояние, приземлившись в лужу.

— Это было весьма эффектно, — сказала я подошедшему вампиру и засмеялась.

— Это было весьма безрассудно с твоей стороны, — ворчал он.

— Пойдем домой, заболеешь еще.

— Такой заботливый, — сказала я.

— Как же я буду без тебя?

Мы быстро шли по улицам, и мне было грустно. Я никогда и никого не забываю. К нему я уже привыкла, отвыкла от одиночества и разговоров самой с собой. Заново ко всему привыкать казалось невыносимым. Не хочу! Лучше уж умереть, все равно никого у меня нет. Климент резко остановился, и я погруженная в свои мысли налетела на него.

Повернувшись, вампир посмотрел на меня серыми печальными глазами и тихо, почти шепотом сказал: «Не отчаивайся, Марго. Поверь, это еще не конец. Все у тебя будет чудесно. Я знаю это, верь мне».