Живу в городе Гагра, в Абхазии. У нас очень много брошенных еще со времен войны домов, гостинец. Они никому не нужны, никто за ними не следит, следовательно, до того, что в них происходит — никому нет дела. Хотя, нет. До этих домишек было большое дело для разорителей, туристов, скучающих школьников-прогульщиков. Ну и для меня. Я учился на архитектора, поэтому, для меня данные постройки были крайне интересны. Обычные гостиницы-свечки не вызывали у меня желания рисовать их план, но вот постройки, которые торчали из какой-нибудь горы, причем из самой верхушки. Как правило, такие дома отличались своей конструкцией от прочих и строились на заказ.
Добавить в моё избранное
5 мин, 54 сек 15782
Как-то весной у меня со двора убежала собака. На моих глазах, Лохмач вылез в дыру под забором и рванул на волю. Я за ним. Люди у нас на чужое добро падкие, неровен час и Лохмача утащат к себе. А этот ком шерстяной помчал куда-то в гору. Я не отставал. Забежали с ним в какую-то глушь. Лохмачу, видимо, и самому стало страшно, но он у меня звездюлей было получить страшнее. Он танком пролез сквозь кусты и побежал вверх по горе. Я тоже человек упорный, раздвинул ветки и за ним. Через пару минут я понял, что влез на гору и спуститься там, где я поднялся, будет нереально. Кое-как, цепляясь за ветки, я поднялся на самый верх. Лохмач стоял и вынюхивал что-то в траве. Я схватил его за ошейник. Хотел было начать искать другой спуск, но перед моими глазами возникло шикарное здание… Голубые стены, толстые колоны из мрамора, две «винтовые» лестницы, итальянская кровля… Блин, я в раю! Да если я срисую план этой постройки, я буду самым счастливым человеком. Лохмач выл и вырывался. Проклятый пес, сам меня сюда завел, теперь хочешь уйти, дай осмотрюсь хоть! Но тут этот чертяка бездушный вырвался и покатил вниз. Я долго смотрел на его виляющий белый хвост. Когда он совсем скрылся из виду, я отошел от края и задумался… Я один, я тут застрял. Все плохо. Но тут, рядом, стоит моя голубая мечта! Нет, все хорошо! Все просто отлично! Никто не будет меня трогать, сейчас пофотографирую дом на телефон, а дома перечерчу.
Дом пустовал со времен войны. И нога туриста тут не ходила, судя по тому, что тропинки не было, дом на горе, гора в зарослях. Точно, тут однозначно никого не было и нет. Вгляделся в мутное окно. Внутри стоял стол, стулья, старый зеленый диван. Старые, пыльные деревянные полы. Все на месте, ничего не разбросанно и не сломано. Дверь заперта на ключ. Видимо, хозяева покинули свой дом и не вернулись — обычное явление для Гагры. Немного смутило то, что на втором этаже разбито окно. Но это скорее всего от времени. Дом слегка накренился влево, вероятно от этого окно и разбилось. С противоположной стороны горы была длиннющая лестница вниз, сложенная из природного камня, который все из-за того же движения пород рассыпался. Лестница не внушила мне доверия, тем более, этот спуск был гораздо круче и длиннее.
Решил начать мою фотосъемку сзади дома. Какого же было мое удивление, когда я обнаружил, что на той стороне нет ни одного окна! Еще раз убедился, что постройка уникальна! В общем, заснял дом со всех ракурсов. После чего сел на упавшее дерево и стал просматривать снимки. Тишина, свежий воздух, тепло, хорошо… Да я бы тут жить остался. Убрал телефон в карман, пару минут посидел на дереве и решил попробовать спуститься. Но только я подошел к краю, как услышал бормотание. Вздрогнул и обернулся. Разговаривали внутри дома… Господи… Вот это позорище! Там, наверное, старики какие-то живут, а я залез сюда. Да еще и в окна заглядывал… Позор.
Только я начал садиться на корточки, что бы на заднице покатиться с горы вниз, как зазвенел мой телефон. Я поднялся, сунул руку в карман. А телефона нет! Хорошо, что я быстро сориентировался и понял, что телефон выпал из кармана, когда я сидел на дереве. Подошел, чтобы забрать. Звонящие уже повесили трубку. Наклонился, нашарил его рукой среди веток и замер. В доме кто-то очень яростно ругался на грузинском. Сердце заколотило… В прошлый раз, когда в горах прятались грузины, у нас полный дом трупов потом нашли. И тут сразу, все 33 несчастья на мою голову. Телефон проскользнул куда-то в глубину, я зацепился шортами за ветки.
— Умырзын, умырзын, умырзын! — кричали откуда-то из дома.
Кричала женщина. После криков последовал рев мужчины:
— Амиадара! Амиадара!
Глухой удар об стену внутри.
— Ачимчарааааа… Умырызын, умырзын, умырзын! — плакала женщина.
Удар, еще, еще и резкий звон бьющегося стекла. Я зажмурился от страха. И снова глухой удар, но уже об землю и прямо рядом со мной. Тишина… Я пересиливая себя открыл глаза и медленно осмотрелся. Ничего рядом со мной не упало. Все стекла целы (за исключение того, о котором я сразу сказал). Но звук, что стекло разбилось и звук, что что-то упало прямо рядом со мной — что ни на есть — настоящий!
Ну его к черту этот телефон, ну их к черту эти шорты. Я изо всех сил дернулся в сторону, порвал карман, не раздумывая, сел и покатился вниз с горы. Ободрал все ноги в кровь, всю спину. Не обращая внимания на дикую боль, я побежал домой.
Первым делом позвонил в милицию. Сказал, что есть подозрения, что в доме сидят грузины. Пока они ехали, я отмыл ноги от крови, врезал Лохмачу, который вернулся домой, перебинтовался и пошел к горе. Они меня уже ждали. Вглубь леса со мной пошли два крепких мужика. Подходя ближе, меня одолевал страх, накрывал меня волнами, тряс и повторял в моей голове эти крики. На саму гору забраться смогу только один. Второй остался внизу.
Сразу после подъема, я как вкопанный стал и мог только тыкать пальцами.
Дом пустовал со времен войны. И нога туриста тут не ходила, судя по тому, что тропинки не было, дом на горе, гора в зарослях. Точно, тут однозначно никого не было и нет. Вгляделся в мутное окно. Внутри стоял стол, стулья, старый зеленый диван. Старые, пыльные деревянные полы. Все на месте, ничего не разбросанно и не сломано. Дверь заперта на ключ. Видимо, хозяева покинули свой дом и не вернулись — обычное явление для Гагры. Немного смутило то, что на втором этаже разбито окно. Но это скорее всего от времени. Дом слегка накренился влево, вероятно от этого окно и разбилось. С противоположной стороны горы была длиннющая лестница вниз, сложенная из природного камня, который все из-за того же движения пород рассыпался. Лестница не внушила мне доверия, тем более, этот спуск был гораздо круче и длиннее.
Решил начать мою фотосъемку сзади дома. Какого же было мое удивление, когда я обнаружил, что на той стороне нет ни одного окна! Еще раз убедился, что постройка уникальна! В общем, заснял дом со всех ракурсов. После чего сел на упавшее дерево и стал просматривать снимки. Тишина, свежий воздух, тепло, хорошо… Да я бы тут жить остался. Убрал телефон в карман, пару минут посидел на дереве и решил попробовать спуститься. Но только я подошел к краю, как услышал бормотание. Вздрогнул и обернулся. Разговаривали внутри дома… Господи… Вот это позорище! Там, наверное, старики какие-то живут, а я залез сюда. Да еще и в окна заглядывал… Позор.
Только я начал садиться на корточки, что бы на заднице покатиться с горы вниз, как зазвенел мой телефон. Я поднялся, сунул руку в карман. А телефона нет! Хорошо, что я быстро сориентировался и понял, что телефон выпал из кармана, когда я сидел на дереве. Подошел, чтобы забрать. Звонящие уже повесили трубку. Наклонился, нашарил его рукой среди веток и замер. В доме кто-то очень яростно ругался на грузинском. Сердце заколотило… В прошлый раз, когда в горах прятались грузины, у нас полный дом трупов потом нашли. И тут сразу, все 33 несчастья на мою голову. Телефон проскользнул куда-то в глубину, я зацепился шортами за ветки.
— Умырзын, умырзын, умырзын! — кричали откуда-то из дома.
Кричала женщина. После криков последовал рев мужчины:
— Амиадара! Амиадара!
Глухой удар об стену внутри.
— Ачимчарааааа… Умырызын, умырзын, умырзын! — плакала женщина.
Удар, еще, еще и резкий звон бьющегося стекла. Я зажмурился от страха. И снова глухой удар, но уже об землю и прямо рядом со мной. Тишина… Я пересиливая себя открыл глаза и медленно осмотрелся. Ничего рядом со мной не упало. Все стекла целы (за исключение того, о котором я сразу сказал). Но звук, что стекло разбилось и звук, что что-то упало прямо рядом со мной — что ни на есть — настоящий!
Ну его к черту этот телефон, ну их к черту эти шорты. Я изо всех сил дернулся в сторону, порвал карман, не раздумывая, сел и покатился вниз с горы. Ободрал все ноги в кровь, всю спину. Не обращая внимания на дикую боль, я побежал домой.
Первым делом позвонил в милицию. Сказал, что есть подозрения, что в доме сидят грузины. Пока они ехали, я отмыл ноги от крови, врезал Лохмачу, который вернулся домой, перебинтовался и пошел к горе. Они меня уже ждали. Вглубь леса со мной пошли два крепких мужика. Подходя ближе, меня одолевал страх, накрывал меня волнами, тряс и повторял в моей голове эти крики. На саму гору забраться смогу только один. Второй остался внизу.
Сразу после подъема, я как вкопанный стал и мог только тыкать пальцами.
Страница 1 из 2
