Светлые грани тёмной души

На земле, трое мужчин повалили на пожухлую траву девушку, которая изо всех сил сопротивлялась и пыталась выбраться, отчаянно плача. Их намерения были слишком очевидны, и волна ярости мгновенно помутила мой рассудок. Я, как хищник, бросился на них, совершенно себя не контролируя. Мир, словно остановился, сосредоточившись на трех подонках, которые на миг растерялись от моего внезапного появления. Быстро схватив одного из них, я с такой силой отбросил его в сторону, что он отлетел на несколько метров, насмерть разбившись об дерево. Теперь второй. Он попытался напасть на меня, и церемониться я не стал, просто свернув ему шею. Но когда третий достал из кармана нож и попытался с ним прыгнуть на меня, это было пределом. Я схватил его одной рукой за горло, поднимая над землей, и почувствовал, как его нож все-таки проник в мой живот. Какая глупость, ведь рана всё равно заживет. Не знаю, что стало последней каплей, но перед глазами появилась белая пелена, и знакомый зов напомнил о том, кем я был на самом деле. Только сдерживаться я не мог, или не хотел. Проведя языком по удлиненным зубам, я знал, чего хочу в этот момент и, отбросив всё, что когда-то меня держало, я впился зубами ему в горло. Горячая кровь была как никогда вкусной и прекрасной. Я вспомнил, о чем когда-то говорил Алексей, и только теперь понял, что он имел в виду. Вкус человеческой крови нельзя было сравнить ни с чем. Это был невероятный напиток, приносящий наслаждение и восторг. Это был вкус блаженства и эйфории, смешанный с восхищением и радостью.

Нехотя оторвавшись от бездыханной жертвы, я только сейчас осознал весь кошмар, который произошел. Вставая с земли, на меня с ужасом смотрела Анна. Ее тело дрожало от страха, а в голубых глазах застыло отвращение и паника.

— Анна… — хрипло прошептал я, делая к ней шаг, но она испуганно отступала назад, будто увидела чудовище.

— Не подходи ко мне… — дрожащим голосом прошептала она — Уйди прочь… — Не бойся, я не причиню тебе вреда — как можно спокойнее произнес я, чувствуя невероятную ненависть к себе и своей сущности. Я сделал к ней еще шаг, но она была слишком напугана.

— Нет!!! Не трогай меня!!! Оставь меня в покое!!!

Да, я заслужил всё это. Но как же больно видеть, что девушка, которую я люблю, с такой ненавистью смотрит на меня, отступая назад. Она сделала еще пару шагов, и вдруг, как подкошенная, упала на землю, потеряв сознание. Силы покинули ее, и она просто не выдержала всех переживаний, свалившихся на нее. Бережно взяв ее на руки, я осторожно понес девушку домой. Бедная… Как жаль, что наша с ней последняя встреча прошла именно так. Ну что же, возможно ей легче будет меня забыть, ведь теперь она знает правду, и никогда не захочет видеть меня рядом.

Ее дом был недалеко, и когда я постучался в деревянную дверь, на пороге появился маленький, невысокий человек. Увидев дочь без сознания, он в ужасе застыл на месте.

— Не беспокойтесь — поспешно произнес я — С ней всё в порядке. Она упала в обморок, но скоро придет в себя.

— Вы, наверное, не знаете, молодой человек, что я врач — довольно сухо ответил мужчина, беря из моих рук бесчувственную Анну — Поэтому знаю про обмороки больше Вашего.

Мне не понравился его тон. Я ощущал, что этот человек неприятного характера, но меньше всего мне сейчас хотелось поддерживать с ним разговор.

— Спокойной ночи — собираясь уходить, сказал я, бросив последний взгляд на свою любимую — Передайте Анне, что я сожалею. Она поймет.

И не сказав больше ни слова, я поспешно удалился прочь. Впервые, за долгие годы, я чувствовал невероятное жжение в глазах. Почему так случилось, что первая в жизни искренняя любовь навсегда разбилась на осколки и превратилась в прах?

Еще никогда ненависть к себе не была такой сильной. Она испепеляла душу, обжигая ее невидимым огнем. Я не знал, как мне жить дальше. То, единственное, что еще отличало меня от монстра — исчезло навсегда. Я нарушил клятву, данную себе, что никогда не выпью крови человека. И вот, в порыве ярости и мести, я стал тем чудовищем, который может вселять лишь ужас и отвращение. Мне не было оправданья, как бы я ни старался его найти. Хотелось кричать от боли, разрывающей сердце и от безысходности, что в памяти Анны я навсегда останусь зверем.

Весь остаток ночи я бесцельно скитался по лесу, безрезультатно стараясь заглушить чувство горя и злости в своем сердце.

И лишь на рассвете, в твердой уверенности, что вечером навсегда уйду из этих мест, я уныло лег на свою кровать, надеясь, что хотя бы во сне, боль и страдания не будут опустошать душу.

Мне снился красивый, радужный сон, полный красок и цвета. Я плыл по морю на лодке под белым парусом, подгоняемой теплым ветром. В небе кричали чайки, а безмятежная морская гладь колыхалась ровно и спокойно. И я был совершенно один в маленьком суденышке, которое ветер неспешно гнал на запад, к багровому диску солнца на горизонте.