Можно ли вампира превратить в человека? Сделать так, чтобы он не ощущал жажду крови и снова стал смертным? Не верьте, если ответят «нет». Иногда возможно всё. Но вот вопрос, что станет с душой того, кто много лет поклонялся тьме? Вырвется ли спрятанный свет из глубин мрака или так и останется замурован до конца дней? И узнать очень сложно. Почти невозможно. А цена ответа — жизнь.
Добавить в моё избранное
262 мин, 30 сек 12922
Она без лишних вопросов положила передо мной топор, с укором взглянув на меня красивыми карими глазами.
— Что еще Вам угодно?
Ее холодный, пренебрежительный тон был мною вполне заслужен, но я чувствовал, что взбешен, или на нее или на самого себя.
— Еще вон те инструменты — кивнув на соседний прилавок, пробормотал я, пытаясь держать себя в руках.
Девушка послушно принесла их, снова не произнеся ни слова.
Я быстро сгреб все покупки в походную сумку и, не дожидаясь сдачи с оставленных денег, поспешно пошел прочь.
— Вы кое-что забыли — услышал я на пороге ее строгий голос.
Оглянувшись, я увидел, что она приготовила сдачу, терпеливо ожидая, чтобы я ее забрал.
— Оставьте себе. Ведь я оторвал Вас от важных дел своим визитом. Пусть это будет компенсацией.
И не сказав больше ни слова, я резко вышел, хлопнув дверью. Понятия не имею, что на меня нашло, и почему вел себя таким образом. В душе закипело негодование и непонятная злость, которую невозможно было обуздать. Прикрепив сумку к лошади, и запрыгнув в седло, я уже собрался уезжать из этой жуткой деревни, как вдруг на пороге магазина появилась девушка. В ярком свете дня она выглядела еще более бледной, с темными кругами под глазами, которых я раньше не заметил. Она молча подошла ко мне, с достоинством королевы, и положила монеты, которые я не взял, перед моей лошадью.
— Я не нуждаюсь в подачках — гордо вскинув голову, тихо произнесла она — Если Вам не нужны деньги, пусть они лежат на дороге.
Я смотрел на нее широко открытыми глазами, чувствуя невероятную злость. Она же смело выдержала мой нелюбезный взгляд, даже не моргнув, и я поразился, откуда у нее столько спокойствия на мое самодурство.
Резко осадив лошадь, я галопом поскакал прочь, ощущая в душе целый шквал эмоций — удивление, злость, презрение к себе и непонятное чувство восхищения поведением этой гордячки.
Глава 10 Постройка дома велась очень быстро. Моя физическая выносливость, сила и скорость позволяла с легкостью рубить деревья, обтесывать бревна и сооружать из них дом. Единственное, что замедляло ход строительства — это приступы головной боли. В эти часы я делал перерыв, чтобы после них вновь приступать к делу. Конечно, от помощника я бы не отказался, но не хотел никого привлекать к своим проблемам. Времени было много, леса тоже, технология постройки мне известна. И хотя раньше я никогда ничего подобного не делал, но совершенно точно знал, какие последовательные шаги надо предпринимать в этом строительстве. Пока шла стройка, я ночевал под открытым небом, соорудив себе наподобие шатра от дождя. Хорошо, что было почти лето, и ночи оказались не очень холодными, хотя и приходилось до утра поддерживать огонь в костре.
Через две недели многое было сделано, но запас продуктов быстро подходил к концу. И хотя в перерывах между работой я успевал охотиться, ловко подстреливая дичь, мне нужны были крупы и овощи, которых в лесу не найдешь. В общем, снова пришло время отправляться в деревню, о которой у меня сложилось не самое лучшее мнение. Все эти дни я много думал о некоторых странностях, поразивших меня во время первого визита. Почему не было видно мужского населения в деревне? Что за странное собрание происходило там? И самое главное, кто эта гордая, печальная девушка? Даже не знаю, почему именно последний вопрос более настойчиво требовал ответа.
Следующим утром, приведя себя в порядок, с наслаждением искупавшись в холодной реке и побрившись, я отправился по уже знакомому маршруту сквозь лес. Через несколько часов вдалеке показались очертания домов. Когда я подъехал ближе, моему взору предстала совершенно другая картина, чем в прошлый раз. Все суетились и бегали, словно их что-то не на шутку встревожило. Дети, женщины и старики носились по своим дворам, в панике собирая какие-то пожитки и утаскивая их внутрь домов. Что-то происходило, и наводило на людей настоящий, неподдельный ужас. Мимо меня со всех ног бежал мальчишка, чуть не налетев на мою лошадь.
— Эй, парень, что случилось? — ничего не понимая, спросил я.
Он резко остановился, испуганно оглядываясь по сторонам.
— Убегайте! — в панике воскликнул он — Это они и скоро будут здесь! Прячьтесь!!!
И, резко развернувшись, он со всех ног побежал прочь. Я так ничего и не понял. Что могло всё это значить, для меня оставалось загадкой. Кого испугались эти люди и почему с такой паникой прятались? В любом случае, меня это не касалось.
Размышляя над странным поведением местного населения, я неспеша подъезжал к знакомому магазину. Остановившись рядом с дверью, я в нерешительности спрыгнул с лошади. Всё последнее время меня не покидали мысли и о своем, не достойном дворянина, поведении, и о красивых, печальных глазах юной леди. Я просто не мог допустить, что она плохо думает обо мне. Хотя, конечно же, тогда я это заслужил. Так или иначе, но я собирался извиниться за свою грубость.
— Что еще Вам угодно?
Ее холодный, пренебрежительный тон был мною вполне заслужен, но я чувствовал, что взбешен, или на нее или на самого себя.
— Еще вон те инструменты — кивнув на соседний прилавок, пробормотал я, пытаясь держать себя в руках.
Девушка послушно принесла их, снова не произнеся ни слова.
Я быстро сгреб все покупки в походную сумку и, не дожидаясь сдачи с оставленных денег, поспешно пошел прочь.
— Вы кое-что забыли — услышал я на пороге ее строгий голос.
Оглянувшись, я увидел, что она приготовила сдачу, терпеливо ожидая, чтобы я ее забрал.
— Оставьте себе. Ведь я оторвал Вас от важных дел своим визитом. Пусть это будет компенсацией.
И не сказав больше ни слова, я резко вышел, хлопнув дверью. Понятия не имею, что на меня нашло, и почему вел себя таким образом. В душе закипело негодование и непонятная злость, которую невозможно было обуздать. Прикрепив сумку к лошади, и запрыгнув в седло, я уже собрался уезжать из этой жуткой деревни, как вдруг на пороге магазина появилась девушка. В ярком свете дня она выглядела еще более бледной, с темными кругами под глазами, которых я раньше не заметил. Она молча подошла ко мне, с достоинством королевы, и положила монеты, которые я не взял, перед моей лошадью.
— Я не нуждаюсь в подачках — гордо вскинув голову, тихо произнесла она — Если Вам не нужны деньги, пусть они лежат на дороге.
Я смотрел на нее широко открытыми глазами, чувствуя невероятную злость. Она же смело выдержала мой нелюбезный взгляд, даже не моргнув, и я поразился, откуда у нее столько спокойствия на мое самодурство.
Резко осадив лошадь, я галопом поскакал прочь, ощущая в душе целый шквал эмоций — удивление, злость, презрение к себе и непонятное чувство восхищения поведением этой гордячки.
Глава 10 Постройка дома велась очень быстро. Моя физическая выносливость, сила и скорость позволяла с легкостью рубить деревья, обтесывать бревна и сооружать из них дом. Единственное, что замедляло ход строительства — это приступы головной боли. В эти часы я делал перерыв, чтобы после них вновь приступать к делу. Конечно, от помощника я бы не отказался, но не хотел никого привлекать к своим проблемам. Времени было много, леса тоже, технология постройки мне известна. И хотя раньше я никогда ничего подобного не делал, но совершенно точно знал, какие последовательные шаги надо предпринимать в этом строительстве. Пока шла стройка, я ночевал под открытым небом, соорудив себе наподобие шатра от дождя. Хорошо, что было почти лето, и ночи оказались не очень холодными, хотя и приходилось до утра поддерживать огонь в костре.
Через две недели многое было сделано, но запас продуктов быстро подходил к концу. И хотя в перерывах между работой я успевал охотиться, ловко подстреливая дичь, мне нужны были крупы и овощи, которых в лесу не найдешь. В общем, снова пришло время отправляться в деревню, о которой у меня сложилось не самое лучшее мнение. Все эти дни я много думал о некоторых странностях, поразивших меня во время первого визита. Почему не было видно мужского населения в деревне? Что за странное собрание происходило там? И самое главное, кто эта гордая, печальная девушка? Даже не знаю, почему именно последний вопрос более настойчиво требовал ответа.
Следующим утром, приведя себя в порядок, с наслаждением искупавшись в холодной реке и побрившись, я отправился по уже знакомому маршруту сквозь лес. Через несколько часов вдалеке показались очертания домов. Когда я подъехал ближе, моему взору предстала совершенно другая картина, чем в прошлый раз. Все суетились и бегали, словно их что-то не на шутку встревожило. Дети, женщины и старики носились по своим дворам, в панике собирая какие-то пожитки и утаскивая их внутрь домов. Что-то происходило, и наводило на людей настоящий, неподдельный ужас. Мимо меня со всех ног бежал мальчишка, чуть не налетев на мою лошадь.
— Эй, парень, что случилось? — ничего не понимая, спросил я.
Он резко остановился, испуганно оглядываясь по сторонам.
— Убегайте! — в панике воскликнул он — Это они и скоро будут здесь! Прячьтесь!!!
И, резко развернувшись, он со всех ног побежал прочь. Я так ничего и не понял. Что могло всё это значить, для меня оставалось загадкой. Кого испугались эти люди и почему с такой паникой прятались? В любом случае, меня это не касалось.
Размышляя над странным поведением местного населения, я неспеша подъезжал к знакомому магазину. Остановившись рядом с дверью, я в нерешительности спрыгнул с лошади. Всё последнее время меня не покидали мысли и о своем, не достойном дворянина, поведении, и о красивых, печальных глазах юной леди. Я просто не мог допустить, что она плохо думает обо мне. Хотя, конечно же, тогда я это заслужил. Так или иначе, но я собирался извиниться за свою грубость.
Страница 26 из 69
