Можно ли вампира превратить в человека? Сделать так, чтобы он не ощущал жажду крови и снова стал смертным? Не верьте, если ответят «нет». Иногда возможно всё. Но вот вопрос, что станет с душой того, кто много лет поклонялся тьме? Вырвется ли спрятанный свет из глубин мрака или так и останется замурован до конца дней? И узнать очень сложно. Почти невозможно. А цена ответа — жизнь.
Добавить в моё избранное
262 мин, 30 сек 12966
Глава 26 Два дня мы провели в яранге. Ольге становилось лучше. У нее появился румянец на щеках, и я искренне радовался, что она стала заливисто смеяться рядом со мной. Душа пела от звука ее голоса и нежного взгляда, которым она на меня смотрела. Я чувствовал себя невероятно счастливым, и только мысль о том, что это не может вечно продолжаться, настойчиво появлялась в мыслях, медленно сводя с ума.
Мы с Алексеем ждали, когда моя любимая окончательно поправится, чтобы вместе пойти домой. Мы хотели вернуться к дому, который я построил, а дальше… Я не знал, что будет дальше. Алексей, окрыленный тем, что Кайнына больше нет, и ему никто не угрожает, собирался отправиться путешествовать. Он много рассказывал о своих планах, и я с легкой завистью слушал его, потому что он чрезвычайно безмятежно относился к своей жизни. Он счастливый вампир, которому не ведомы угрызения совести и душевные терзания. Жаль, что я не такой.
Еще около трех-четырех дней мы собирались оставаться в этих холодных местах. Дальше же, мы с Ольгой хотели поехать на каком-нибудь транспорте, потому что пешком весь путь моя возлюбленная не сможет перенести. Ну а Алексей догонит нас в условленном месте, о котором я ему рассказал. Потом же наши с ним пути разойдутся, но я совершенно не представлял, что делать дальше мне. Алексей спрашивал, не хочу ли я теперь расстаться с жизнью, как раньше просил его. Конечно, он интересовался в шутку, понимая, что рядом с Ольгой, мое настроение улучшилось, и я стал чаще улыбаться. Но на самом деле я не отказался от этой мысли насовсем. Просто хотел немного отложить момент, пока не доставлю Ольгу домой.
И вот, в один из морозных вечеров, когда мы отправились на охоту, Ольга осталась ждать нас дома. Каждую ночь она не ложилась спать до самого утра, пока мы не возвращались, и лишь потом засыпала рядом со мной. На этот раз, я думал, что будет так же.
Мы с Алексеем охотились по отдельности, нам так было удобней, и возвращались домой в разное время. Вот и сейчас, когда уже забрезжил рассвет, и небо стало светлеть, я одиноко шел к яранге, надеясь там увидеть друга. До нее оставалось совсем немного, как вдруг сердце, словно камнем, упало вниз. В глазах потемнело, и жуткий страх охватил все мое существо. Там что-то произошло, и я даже боялся предположить что именно. С бешено бьющимся сердцем, я пулей побежал вперед, не замечая ничего на своем пути. Кустов, сугробов и ледяных камней не существовало, и только отчаянно пульсирующая мысль, что надо спешить, не давала покоя.
Резко дернув шкуру, которая закрывала вход, я остановился, не в силах поверить в увиденное. Ольга с кровавой раной на груди, без чувств лежала на руках у Алексея. Увидев меня, он попытался что-то сказать, но лишь нечленораздельные звуки сорвались с его дрожащих губ. Я бросился к Ольге, подхватывая ее и пытаясь понять, что с ней произошло, но когда увидел, что рана нанесена острым предметом, пол под моими ногами закачался.
— Что случилось? — словно со стороны услышал я свой безжизненный голос.
— Это Ивнэ… я зашел в тот момент, когда она выкрикивала Ольге обвинения, что она забрала тебя у нее. Кричала, что она воровка, и ты не имеешь права быть с ней. А потом она резко замахнулась и ножом ударила Ольгу в грудь. Я даже не понял, что случилось. Ивнэ быстро выбежала прочь, а Ольга… Эта рана… Она прямо возле сердца… Я его не слушал. Было слишком ясно, что с каждой минутой жизнь исчезает из любимой, которая без чувств лежала на моих руках. Горький спазм отчаянья сжал сердце, когда я понял, что теряю ее навсегда.
— Нет… Ольга… не умирай… ты нужна мне… я прошу тебя… Но она была без сознания, и только хриплый стон срывался с полураскрытых губ.
— Я убью Ивнэ! — внезапно воскликнул Алексей, с бешенством и яростью — Как она могла сделать это?!
— Нет! — отчаянно закричал я, пытаясь его остановить, когда он собрался выбежать прочь — Не надо! Хватит смертей! Это наказание мне за всё зло, что я совершил!
— Прекрати, Михаил! Ты говоришь ерунду! Надо что-то делать!
Его голос слишком слабо доносился до моего воспаленного сознания. Я не сводил глаз с Ольги, бережно опустив ее на пол. И не было больше слов, только жуткая, сжигающая боль.
— Мы должны что-то делать! — снова закричал Алексей, призывая меня очнуться от оцепенения, которое внезапно охватило мое тело — Ты должен превратить ее, пока не поздно! Неужели не видишь, что она умирает!
— Я не буду превращать ее… — тихо прошептал я, продолжая с тоской сжимать руку любимой — Я никогда не пойду на эту подлость.
Алексей на какой-то миг замолчал, и мне показалось, что он меня понял. Но когда краем глаза я увидел движение и поднял голову, он со всей силы ударил меня по голове куском доски, которая непонятно откуда появилась в его руке. Я отлетел в дальний угол, больно ударившись, и на миг потеряв над собой контроль. В глазах потемнело, а когда я медленно поднялся, потирая ушибленное место, то не сразу понял этот маневр.
Мы с Алексеем ждали, когда моя любимая окончательно поправится, чтобы вместе пойти домой. Мы хотели вернуться к дому, который я построил, а дальше… Я не знал, что будет дальше. Алексей, окрыленный тем, что Кайнына больше нет, и ему никто не угрожает, собирался отправиться путешествовать. Он много рассказывал о своих планах, и я с легкой завистью слушал его, потому что он чрезвычайно безмятежно относился к своей жизни. Он счастливый вампир, которому не ведомы угрызения совести и душевные терзания. Жаль, что я не такой.
Еще около трех-четырех дней мы собирались оставаться в этих холодных местах. Дальше же, мы с Ольгой хотели поехать на каком-нибудь транспорте, потому что пешком весь путь моя возлюбленная не сможет перенести. Ну а Алексей догонит нас в условленном месте, о котором я ему рассказал. Потом же наши с ним пути разойдутся, но я совершенно не представлял, что делать дальше мне. Алексей спрашивал, не хочу ли я теперь расстаться с жизнью, как раньше просил его. Конечно, он интересовался в шутку, понимая, что рядом с Ольгой, мое настроение улучшилось, и я стал чаще улыбаться. Но на самом деле я не отказался от этой мысли насовсем. Просто хотел немного отложить момент, пока не доставлю Ольгу домой.
И вот, в один из морозных вечеров, когда мы отправились на охоту, Ольга осталась ждать нас дома. Каждую ночь она не ложилась спать до самого утра, пока мы не возвращались, и лишь потом засыпала рядом со мной. На этот раз, я думал, что будет так же.
Мы с Алексеем охотились по отдельности, нам так было удобней, и возвращались домой в разное время. Вот и сейчас, когда уже забрезжил рассвет, и небо стало светлеть, я одиноко шел к яранге, надеясь там увидеть друга. До нее оставалось совсем немного, как вдруг сердце, словно камнем, упало вниз. В глазах потемнело, и жуткий страх охватил все мое существо. Там что-то произошло, и я даже боялся предположить что именно. С бешено бьющимся сердцем, я пулей побежал вперед, не замечая ничего на своем пути. Кустов, сугробов и ледяных камней не существовало, и только отчаянно пульсирующая мысль, что надо спешить, не давала покоя.
Резко дернув шкуру, которая закрывала вход, я остановился, не в силах поверить в увиденное. Ольга с кровавой раной на груди, без чувств лежала на руках у Алексея. Увидев меня, он попытался что-то сказать, но лишь нечленораздельные звуки сорвались с его дрожащих губ. Я бросился к Ольге, подхватывая ее и пытаясь понять, что с ней произошло, но когда увидел, что рана нанесена острым предметом, пол под моими ногами закачался.
— Что случилось? — словно со стороны услышал я свой безжизненный голос.
— Это Ивнэ… я зашел в тот момент, когда она выкрикивала Ольге обвинения, что она забрала тебя у нее. Кричала, что она воровка, и ты не имеешь права быть с ней. А потом она резко замахнулась и ножом ударила Ольгу в грудь. Я даже не понял, что случилось. Ивнэ быстро выбежала прочь, а Ольга… Эта рана… Она прямо возле сердца… Я его не слушал. Было слишком ясно, что с каждой минутой жизнь исчезает из любимой, которая без чувств лежала на моих руках. Горький спазм отчаянья сжал сердце, когда я понял, что теряю ее навсегда.
— Нет… Ольга… не умирай… ты нужна мне… я прошу тебя… Но она была без сознания, и только хриплый стон срывался с полураскрытых губ.
— Я убью Ивнэ! — внезапно воскликнул Алексей, с бешенством и яростью — Как она могла сделать это?!
— Нет! — отчаянно закричал я, пытаясь его остановить, когда он собрался выбежать прочь — Не надо! Хватит смертей! Это наказание мне за всё зло, что я совершил!
— Прекрати, Михаил! Ты говоришь ерунду! Надо что-то делать!
Его голос слишком слабо доносился до моего воспаленного сознания. Я не сводил глаз с Ольги, бережно опустив ее на пол. И не было больше слов, только жуткая, сжигающая боль.
— Мы должны что-то делать! — снова закричал Алексей, призывая меня очнуться от оцепенения, которое внезапно охватило мое тело — Ты должен превратить ее, пока не поздно! Неужели не видишь, что она умирает!
— Я не буду превращать ее… — тихо прошептал я, продолжая с тоской сжимать руку любимой — Я никогда не пойду на эту подлость.
Алексей на какой-то миг замолчал, и мне показалось, что он меня понял. Но когда краем глаза я увидел движение и поднял голову, он со всей силы ударил меня по голове куском доски, которая непонятно откуда появилась в его руке. Я отлетел в дальний угол, больно ударившись, и на миг потеряв над собой контроль. В глазах потемнело, а когда я медленно поднялся, потирая ушибленное место, то не сразу понял этот маневр.
Страница 67 из 69
