Груз 200

Промокла полностью, с головы до пят за считанные секунды, но мне от этого только легче.

Стальная громада остается за спиной, а я бреду по путям, радуясь тому, что поезда и его пассажиров больше нет.

Занимается заря. В Новом Городе, как всегда в Европе, тихо. В предрассветный час нет ни одной живой души. Мокрые камни мостовой словно зеркала откидывают тысячи солнечных зайчиков умножая робкие первые лучи. Крупные капли ударяются о черепицу остроконечных крыш и с тихим звуком разбиваются на множество куда меньших, сверкающих.

Красиво.

— Вы совсем вымокли.

Меня прикрывают зонтом, а я боюсь пошевелиться, замираю, что бы удостовериться.

Мне не показалось.

Это тот самый голос.

Самый родной из всех.

— Это никуда не годится.

Как это вышло? Как это возможно? Вопросы, объяснения, одно невероятней другого и, кажется, вот сейчас, сейчас проснусь, но… — Я знаю здесь недалеко одно кафе. Там можно точно отогреться у огня. И если очень попросить, нам отдадут плед. Не стой как каменная, пошли.

И мы идем.

— А если промывание?

— Поздно. Что говорят в лаборатории?

— Один бес поймет в их записях. Какой-то нейротоксин из группы морфинов.

— Все. Теперь точно все.