Легенда о вендиго

Что там этот «псих» говорил-вспомнить, что произошло в последнее время со мной? А ну-ка… От другана, с которым мы собирались открыть свое дело, ушла жена, прихватив все его сбережения. Наша затея провалилась, не успев стартовать. Неожиданно поднял кредитные ставки банк, где я сдуру пару лет назад взял ипотеку. Дала о себе знать давно молчавшая печень-костолом диагностировал гепатит с неутешительным прогнозом. Ну и Фира вот… В мозгу щелкнуло, и я хлопнул себя по лбу ладонью. Кретин! Этот чокнутый аналитик-и есть не кто иной, как«господин А.»! Не удивлюсь, если Фира-его любовница, и в кабинете они занимаются отнюдь не психотерапией. И, коли так, то А. имеет на меня зуб… Я повертел в руке сдохший мобильник. Что-то тут не клеилось. Если даже допустить, что вся газетная чушь, в виде исключения, не вранье, а господин А. — и есть вендиго, то почему вся эта байда началась еще до нашей с ним встречи? Или эти чудища умеют и на расстоянии действовать? Как гадалки-по фотке порчу наводят? Узнал обо мне от крали и решил извести… Но зачем тогда проплачивать статейки в газете?

Я почувствовал, как голова окончательно пошла кругом. В карманах отыскалась смятая пустая пачка-я швырнул ее из окна вместе с мертвым «дольфоном». В коридоре хлопнула дверь-я высунулся и увидел, что Фиры нет. Пропал и ее плащ, и цветастый зонт с кошечками. Остались только газеты на вешалке.

«Господину А.» я позвонил с уличного таксофона. Дождь лил и лил, просачиваясь мне за шиворот, пока я прятался в утлой будочке и слушал длинные гудки. Весь этот грязный город промок насквозь-как джунгли в сезон тропических ливней… — Алло.

Аналитик назначил мне встречу в своем кабинете, но, когда я подошел к черному входу бизнес-центра, он уже ждал меня там.

— Извини, Корн, но я использовал тебя как приманку, — начал он сходу, протягивая мне сигарету.

— Что?— не понял я.

— Я должен был проверить, действительно ли нашел вендиго.

Услышав треклятое слово, я вздрогнул.

— А ты сам кто? Тоже… вендиго, что ли?— мое лицо искривилось в гримасе.

— В какой-то степени, — субъект неожиданно улыбнулся, — у меня свой дар-перетягивать их ярость на себя. Так что, Корн, я тот, благодаря кому ты еще жив.

— Если ты еще не догадался, — продолжал А., — то причина и твоих бедствий, и смертей «красавчиков» все это время была рядом с тобой.

Глядя, как я нервно прикуриваю, он кивнул.

— Вспомнил, что с тобой происходило?— видимо, на моем лице отразилась вся гамма эмоций, потому что А. улыбнулся, как мне показалось-удовлетворенно, — вот-вот. Говорят, фурия в аду-ничто в сравнении с обиженной женщиной. Уж не знаю, чем ты так ее расстроил, но она несчастна… — А ты защитник прав шлюх или где?— я пытался нащупать хоть какой-то смысл в происходящем.

— Она несчастна, — продолжал, будто не слыша, субъект, — и, пока она несчастна, страдают и те, кто вокруг нее.

— Да плевать мне на ее проблемы, — фыркнул я, — пусть парятся те, кому она родня, я-то что? Дает-и ладно.

— Вижу, ты так ничего и не понял. До встречи с тобой она ненавидела своих клиентов. Смертельно ненавидела, я бы сказал. Ты начал с ней жить, — незнакомец прислонился к сырой стене-было заметно, что ему тяжело стоять, — подарил ей надежду. Обманул ее. И она обратила свою злость на тебя.

— А тебе-то что?— рявкнул я, сжимая кулаки. В голове все смешалось-отстраненное лицо Фиры, сдохший телефон, какая-то надежда, о которой я и знать не знал… — У меня в этом свой интерес. Прекратишь ты-прекращу и я. Мне не доставляет удовольствия оттягивать на себя ее ярость.

— Разговорчиками по дедушке, что ли?— я сплюнул.

— Нет, Корн, — субъект посмотрел на меня, и я поежился. Не хотел бы иметь психоаналитика с таким взглядом.

— Предыдущий вендиго окончился для меня этим, — он легонько стукнул себя тростью по колену, — и его ярость была куда слабее. Эта девушка способна на многое, Корн.

— Зачем тогда эти статейки в «Вестнике»?

— А это не для тебя, — господин А. прищурился, — это-для нее. Пока вендиго не знает о своей силе, его поступки хаотичны, и его ярость не направленна. Но как только он узнает о том, кто он есть и на что способен… он себя проявляет. Начинает бить целенаправленно-как правило, по тем, кто рядом.

Он щелкнул вычурной зажигалкой и со смаком затянулся. В воздухе поплыл сладковатый фимиам.

— Зная, кто твой враг, ты можешь найти оружие против него, — продолжал А., — видишь ли, все эти убийства с самого начала были завязаны на «Полуночнике». Но ни один известный мне вендиго не способен на ярость такой силы. И я начал поиск, потому что его ярость, пусть и хаотичная, уже начала приносить свои гнилые плоды. Убийства-это только начало. У меня на примете было несколько девочек из «Полуночника», но я и помыслить не мог, что Фира… Он замолчал.

— Так и что теперь делать?— не выдержал я.